Сплендор
Шрифт:
– Я не хочу танцевать.
Кэли замерла. Повернулась:
– Почему?
– Не все ли равно? Мне казалось, что здесь мои желания должны исполняться.
В глазах Кэли отразилась паника.
– Ваши комнаты еще не готовы. Если бы у нас было больше времени…
Джульетта стояла, переминаясь с ноги на ногу.
– Я не танцую. – Она не сказала, что просто не умеет танцевать.
Лицо Кэли разгладилось.
– Это не проблема. – Джульетта нахмурилась, и Кэли положила ладонь на ее предплечье. – Вы не обязаны танцевать. Вы можете просто общаться.
Джульетта прикусила нижнюю губу. А чего она ожидала, когда Армонд одевал ее в это платье? Как она могла не подумать о бале? Но, возможно, Кэли права. Надо попробовать.
– Если вам здесь будет некомфортно, вы сможете покинуть отель, – сказала Кэли, словно почувствовав, что Джульетта колеблется.
Джульетта вздохнула и чуть заметно кивнула.
– Вот и хорошо. – Кэли взяла ее за локоть. – Потому что мы будем помогать вам во всем. – Они прошли под аркой.
И вошли не в бальный зал, а в рай.
На бархатном небе сияли яркие звезды. Деревья были усеяны сотнями маленьких мерцающих огоньков. Гости наполняли хрустальные бокалы из находящегося в центре двора огромного фонтана, из которого, пузырясь, била жидкость цвета солнечного света. Одни гости танцевали, другие стояли небольшими группами, болтая, а третьи сидели за уютными столиками, лакомясь различными десертами, выглядящими затейливее, чем все, что Джульетта видела прежде.
– Развлекайтесь, – сказала Кэли, сжав ее руку. – Я еще подойду к вам.
Джульетта попыталась возразить – она совсем не хотела сюда приходить, тем более в одиночку – но было уже поздно. Не зная, что делать, она огляделась по сторонам в поисках кого-нибудь такого, с кем можно было бы поговорить. И ее взгляд упал на него. Того молодого человека, которого она видела раньше.
Он направлялся к ней, держа в руке тарелку с десертом.
– Должно быть, вы Джульетта, – сказал он, подойдя к ней и в точности повторив слова Армонда. – Я Анри.
Анри. Это имя подходило ему.
Джульетта склонила голову набок:
– Почему меня тут все знают?
Анри засмеялся.
– Вовсе нет, мы вас почти не знаем. – Он протянул ей тарелку. – Вам хочется есть?
Вообще-то, ей хотелось есть. Она взяла у него десерт. На позолоченной тарелке лежал большой кусок шоколадного торта, политый карамельным соусом. От него исходил божественный аромат. Анри дал ей изящную серебряную вилку.
Джульетта откусила кусочек. У торта был чудный вкус.
Ее захлестнул целый вихрь чувств. У нее засосало под ложечкой. Этот торт имел вкус дня, проведенного ею вместе с Клэр. Вкус смеха ее сестры – высокого, жизнерадостного и звонкого, как колокольчик. Это было как прохладная трава под ее босыми ногами. Как игра в пятнашки между деревьями в солнечный летний день.
Один кусочек торта вызывал у нее ощущение своей нужности, а другой – ощущение утраты.
У торта был вкус любви.
Вкус пепла.
Почему она не может просто забыть о своей сестре и наслаждаться пребыванием в отеле, как это сделала Клэр, –
Ее обжег страх. Что, если она вообще не способна быть счастливой?
Что, если она настолько сокрушена, что даже «Сплендор» не может сделать ее прежней?
Глава четыре. Анри
Десерт оказался ошибкой. В ушах Анри застучала кровь, и мысленно он отругал себя. Ему следовало попросить Амеллу сдобрить этот торт страстью или ощущением счастья. Он забыл, как легко любовь – если она утрачена – превращается в душевную боль.
Анри осторожно взял тарелку из руки Джульетты и поставил ее на ближайший столик.
– Похоже, этот десерт вам не по вкусу. Я найду вам что-нибудь другое.
Но она уныло смотрела на торт, как будто он отобрал у нее нечто драгоценное и ей хочется получить это обратно. Все шло хуже и хуже.
На его ладонях выступил пот, и он прижал их к своему пиджаку, надеясь, что они быстро высохнут. Может быть, будет лучше, если она пока вообще не станет ничего есть. Он легко коснулся ее локтя, чтобы привлечь ее внимание.
– Хотите потанцевать?
Она посмотрела ему в глаза:
– Нет.
От удивления он рассмеялся:
– Нет?
Она напряглась:
– Нет.
Почему ей так тяжело? Гости «Сплендора» хотели быть здесь. Они жаждали отдаться фантазиям. Так почему же она полна сомнений?
– Могу я спросить вас – почему? – спросил Анри.
Джульетта оглядела толпу, как будто могла найти ответ среди пар, танцующих под звездами. Может, она боится?
Анри приподнял бровь, ожидая.
Наконец она прикусила губу. Ее плечи поникли.
– Я не умею танцевать.
Выражение ее лица было неуверенным, на нем читалась беззащитность. Анри ощутил сочувствие.
– Это не проблема. Я могу сделать так, чтобы вы почувствовали, будто всегда умели танцевать.
Она открыла рот, словно затем, чтобы отказаться, но тут же закрыла его. И с вызовом вздернула подбородок.
– Я вам не верю.
– А вы попробуйте.
Она несколько долгих секунд смотрела ему в глаза, затем вложила свои пальцы в его протянутую руку. Ее кожа была теплой и гладкой.
Анри вывел ее на середину танцевальной площадки. Волшебство потекло по его рукам к кончикам его пальцев. Он прижал ладонь к пояснице Джульетты. Она резко втянула в себя воздух, когда иллюзия овладела ею. Интересно, что она сейчас слышит? Веселую мелодию, которую играет дюжина скрипок? Неистовый бой барабанов? Высокие звонкие звуки флейты? Он мог заставить ее погрузиться в фантазию, но детали этой фантазии порождало воображение Джульетты. В ее широко раскрытых глазах мелькнул страх, и на секунду Анри испугался, что сейчас она бросится прочь. Но затем ее веки сомкнулись, а губы изогнулись в мягкой улыбке.