Стена
Шрифт:
– - Я просто стараюсь избегать камер.
Тут уже пришла пора Саши удивляться.
– - Камер?
– - Я вообще-то не отсюда, забыл?
– - продолжала негодовать южанка, -- Мне вообще тут нельзя светиться! А у вас везде наблюдение понавешано! Там, там, там!
– - крутясь на месте, показывала она в совершенно случайные места -- И только не говори, что не знал.
Заметив в лице своей экс-барышни неподдельный гнев, Саша осознал всю глупость ситуации и виновато потупил взгляд: конечно, он знал про камеры, и всё равно не догадался. Похоже, Настасья всё-таки понимала, что как бы не в своей части Саратова.
– - Ладно -- всё равно почти пришли -- возмущённо пискнула она и снова засеменила в одном ей известном направлении.
Застыв на секунду, Александр поспешил за южанкой. Сама
– - Тась, ну может, всё-таки скажешь, куда мы идём? Мне, между прочим, стрёмно.
Настасья остановилась и снова любопытно на него уставилась. Только сейчас парень заметил: теперь их разница в росте была ещё заметнее -- прежде носившая высокие каблуки с целью компенсировать эту свою миниатюрность, сейчас тонкие как спички ноги Таси были обуты в тёплые, покрывшиеся от долгого хождения по городу толстым грязевым налётом бежевые угги.
– - Так всё-таки по имени меня звать будешь?
Сказанное с лёгкой улыбкой, в голосе Настасьи не было ни намёка на злорадство или яд, однако от него всё ещё веяло не очень приятными воспоминаниями.
– - Могу передумать -- буркнул в ответ Саша.
Настасья ничего не ответила: не очень хотелось признавать это, но всё же -- обращение по имени было ей куда приятней.
– - Выключи телефон, пожалуйста -- вдруг попросила она.
Откровенно подозрительная просьба заставила Александра снова застыть на месте.
– - Зачем?
– - покривив лицом, спросил он.
– - Всё равно сигнал ловить скоро не будет -- пожала плечами Настасья, -- Эти смарты вечно зарядку жрут, пусть хоть остынет.
Слова её звучали логично, но это не снимало с них вполне обоснованных подозрений: откуда Саше знать, куда его ведут? Может, она -- приманка? Приманка для таких наивных глупцов, чтобы потом обчистить их до нитки, а потом скинуть откуда-нибудь под машину? Понимая, что так в случае чего он не сможет подать сигнал бедствия, на сей раз Саша не подчинился просьбе южанки, а переведя телефон в беззвучный режим, просто пошёл дальше.
Пройдя ещё пару кварталов, Настасья бодрым шагом пришла к какой-то жестяной коробке, отдалённо напоминающей на скорую руку собранный из листового металла гараж, резко остановилась у её двери и объявила:
– - Ну всё -- пришли!
С облегчением вздохнув, Саша с интересом огляделся по сторонам. Тихая, спокойная, в апельсиново-жёлтом свете то и дело подмигивающих кому-то из-за проблем с энергосетью уличных фонарей, в лучах изредка проглядывающей из-за пелены облаков луны Армейская улица выглядела такой мягкой, бархатной, что просто хотелось прилечь прямо здесь на диван и полежать, любуясь, как угольно-чёрная мгла ночи постепенно берёт своё. Регулярные мигания жёлтого сигнала одинокого светофора над головой пленяли взор, затягивая в свою ловушку нескольких непонятно откуда взявшихся в такую холодрыгу комаров. Едва слышные вдали шумы автомобилей не давали почувствовать себя одиноко, не мешая при этом ощущать себя в приятном уединении. Лёгкий прохладный ветерок, несущий с собой редкие крупицы снега, чуть слышно колыхнул ветки тополей, робко зашелестел их каким-то чудом так и не опавшими листами, а затем забавно распушил причёску Настасьи.
Наблюдая, как та копается в карманах куртки в поисках чего-то, Александр задумчиво посмотрел в другую сторону. В окнах соседних домов догорали последние одинокие огоньки -- привыкшие ложиться спать раньше наступления комендантского часа пенсионеры уже укладывались на покой, один за другим погружая дома во всё больший мрак. Экономя электричество, в один миг, ровно в пол-девятого потух каждый второй фонарь в округе. И только вдали, за высокой чугунной оградой, ещё один дом по-прежнему сиял своими огнями, неприятно напоминая всем о своём существовании. Театр Российской Армии, бывший Театр имени Слонова, был, наверное, единственным местом во всей северной части города, где даже после наступления одиннадцати вечера Северный Саратов не умирал и не возрождался заново в шесть утра, а бодрствовал круглые сутки. Когда-то окружённое зеленеющими почти половину года клумбами с цветами,
Стиснув зубы наблюдая, как возле стен театра туда-сюда шныряют, бесполезно тратя свои силы и время, одинокие солдатики, Саша неожиданно услышал звон солидной связки ключей. Резко обернувшись, он вдруг заметил, как Настасья вставила в замочную скважину "гаража" один из них и быстро повернула ключ на два оборота. Раздался громкий щелчок -- не особо крепкий замок тут же раскрылся у неё в руках. Тихонько отворив жестяную ставню, Настасья мигом шмыгнула внутрь и еле слышно прошептала Саше из темноты:
– - Пошли!
Чуть приглушённое эхо вслед за её шепотом настораживало. Правду говоря, Александр уже всерьёз побаивался того, что его может там ждать. Застыв на своём месте как истукан, парень не знал, что придумать. Что она делает? Что это вообще за гараж посреди города? Но стоило ему об этом подумать, как сквозь приоткрытую дверь Саша увидел слабый огонёк фонаря. Любопытство вновь пересилило естественный страх и искушённый им северянин в который раз пошлёпал вслед за южанкой.
Приблизившись к загадочным жестяным вратам, Саша приоткрыл их и тут же оцепенел от удивления: сжимая в правой своей руке маленький карманный фонарик, Настасья стояла на покатой лестнице, ведущей вниз, и светила куда-то в стену -- то, что Александр принял за простой гараж, на деле было лишь верхушкой айсберга, дно которого скрывалось где-то за поворотом в непроглядной темноте. Робко, точно сомневаясь в разумности таких действий, южанка протянула ему фонарь из алюминия куда большего размера, нежели свой. Если это западня, то зачем отдаёт средство нападения? И откуда этот переход вообще взялся? Судя по тому, что лестница кое-где успела рассыпаться, переходом уже давно не пользовались, а стало быть, построили его ещё до разделения города. Учтя то, что они сейчас на территории России, мозг молодого человека наотрез отказался дать хоть какой-нибудь вариант развития событий, в котором эта девушка может нанести ему вред, а потому Саша взял у неё из рук фонарь. Закрыл дверь, кое-как умудрился через щель повесить и аккуратно прикрыть, но не застегнуть замок снаружи -- и посветил фонарём в переход.
Взору Саши открылась немного жутковатая картина: с каждой ступенькой всё больше осыпаясь, к последним ступеням лестница уже превратилась в покатую горку, состоящую из обломков их сестёр. Аккуратные, декорированные однотонной светло-серой плиткой стены кое-где уже потеряли свои кирпичики, но в целом переход выглядел вполне пристойно -- видно, забросили не так давно. С помощью фонаря Саши наконец разглядевшая дно спуска Настасья подошла к краю лестницы и осторожно, стараясь не навернуться на каком-нибудь куске ступени, засеменила вниз.
– - Аккуратнее, тут скользко -- предупредила она.
Где-то семью метрами ниже в свете фонаря показался клочок тоннеля, ведущего куда-то под улицу, как раз в сторону театра. Аккуратно, следуя наставлениям Настасьи, Александр медленно пошёл вниз по лестнице. Осторожно переступая со ступеньки на ступеньку, Саше то и дело казалось, что сейчас под ним что-нибудь обвалится. Тем не менее, парень довольно быстро спустился вниз, последние пару метров лестницы выпендрёжно съехал по покатой горке и остановился возле своей рыжей проводницы.