Стигматы Палмера Элдрича
Шрифт:
Густая, тягучая слизь медленно вытянулась, потом задрожала и сжалась. Куски твердого серого вещества в ее середине соединились, образовав шарообразную выпуклость, со спутанными зелеными прядями волос на макушке. Обрисовались неясные очертания глазниц - пустых. Возникал череп чего-то, чему лишь предстояло стать живым существом. Подсознательное желание Лео, чтобы девушка испытала самые жуткие стороны процесса эволюции, вызвало к жизни это чудовище.
Челюсти, клацнув, открылись и закрылись, как будто ими управляли невидимые веревочки. Плавая по поверхности
– Видите ли, мистер Булеро, она так долго не прожила. Вы об этом не подумали.
Голос принадлежал явно не Рони Фьюгейт, а Монике - хотя он и плохо его помнил; голос доносился как будто из-за толстой стены.
– Вы заставили ее преодолеть столетний рубеж, а она доживет только до семидесяти. Так что она была мертва уже тридцать лет, но вы приказали ей жить. Вы этого хотели. А что еще хуже...– беззубые челюсти клацнули, а лишенные глаз глазницы неподвижно смотрели на него, - она эволюционировала не при жизни, а в земле.
Череп замолчал, после чего медленно развалился; его куски снова плавали по поверхности лужи.
Некоторое время спустя Барни сказал:
– Забери нас отсюда, Лео.
– Эй, Палмер!– сказал Лео. Он не владел своим голосом, его трясло от страха.– Эй, слышишь? Я сдаюсь, действительно сдаюсь.
Ковер в кабинете сгнил под его ногами, превратившись в кашу, после чего выпустил живые, зеленые ростки. Лео обнаружил, что это трава. Стены и потолок рухнули и рассыпались в пыль - дождь бесшумно осыпающегося пепла. Над головой Лео появилось голубое спокойное небо.
Сидя на траве с тростью в руке и чемоданчиком - доктором Смайлом - рядом с ней, Моника сказала:
– Может быть, вы хотели, чтобы мистер Майерсон остался? Я решила, что нет. Я позволила ему уйти вместе с остальными, которых вы создали. Все в порядке? она улыбнулась.
– В порядке, - сдавленно сказал он.
Оглядываясь вокруг, он видел теперь только зеленую равнину. Даже пыль, из которой еще недавно состояли "Наборы П. П.", здание фирмы и ее персонал, исчезла, оставив лишь тонкий слой на его руках и пиджаке; он задумчиво стряхнул ее.
– Из праха ты возник, человек, - сказала Моника, - и в прах...
– Понятно!– громко сказал он.– Я все понимаю, можешь не разжевывать. Значит, все это было нереально - ну и что? Ты доказал свое, Элдрич, пусть будет так; ты можешь здесь сделать все, что хочешь, а я - ничто, я только фантом.
Он почувствовал глубокую ненависть к Палмеру Элдричу. "Если только мне когда-нибудь удастся отсюда выбраться, - подумал он, - если мне удастся сбежать, ты, ублюдок..."
– Ну-ну, - сказала девочка; в глазах ее плясали искорки.– Вы не будете здесь больше употреблять такие слова; действительно не будете, потому что я вам не позволю. Я даже не скажу, что я сделаю, если вы не перестанете, но вы меня знаете, мистер Булеро. Правда?
– Правда, - ответил Лео.
Он отошел на несколько шагов, достал платок и вытер пот со лба, шеи и углубления чуть пониже адамова яблока, которое всегда так трудно
Он согнулся пополам, и его вырвало на траву. Это продолжалось долго - ему казалось, что долго, - а потом он почувствовал себя лучше. Ему удалось повернуться и медленно подойти к девочке, сидевшей рядом с чемоданчиком.
– Условия, - бесстрастно сказала девочка.– Мы разработаем подробную систему взаимоотношений между твоей фирмой и моей. Мы нуждаемся в твоей прекрасной сети спутников, в транспортной системе, состоящей из современных межпланетных кораблей, в твоих многочисленных плантациях на Венере; нам нужно все, Булеро. Мы будем разводить лишайники там, где ты сейчас выращиваешь Кэн-Ди, перевозить их на тех же кораблях, продавать колонистам с помощью тех же опытных торговцев, услугами которых пользуешься ты, рекламировать их с помощью таких профессионалов, как Аллен и Шарлотта Фейн. Кэн-Ди и Чуинг-Зет не будут конкурировать друг с другом, поскольку будет лишь один продукт Чуинг-Зет. Скоро ты объявишь, что оставляешь дело. Ты понял меня, Лео?
– Наверняка, - сказал Лео.– Я не глухой.
– Ты сделаешь это?
– Ладно, - сказал Лео. И бросился на девочку. Он схватил ее за горло и сжал. Она смотрела ему прямо в лицо, надув губы, но не говоря ни слова, не пытаясь вырываться, царапаться или сопротивляться. Он душил ее так долго, что ему показалось, будто его руки приросли к ее шее навсегда, словно кривые корни какого-то старого, больного, но все еще живого растения.
Когда он отпустил ее, она была мертва. Ее тело наклонилось вперед, потом изогнулось и упало на бок, вытянувшись на траве. Никакой крови. Даже никаких следов борьбы, кроме темно-красных пятен на шее.
Он встал, думая: "Неужели я это сделал? Действительно ли он - она или оно, что бы это ни было, - мертво?"
Однако вымышленный мир продолжал существовать. Лео надеялся, что он исчезнет вместе с его - Элдрича - смертью. Озадаченный, он стоял, не двигаясь с места, принюхиваясь и прислушиваясь к далекому шуму ветра. Ничего не изменилось, кроме того, что девочка умерла. Почему? Где была ошибка в его рассуждениях? Невероятно, но он ошибся. Он наклонился и включил доктора Смайла.
– Объясни, в чем дело, - потребовал он.
– Здесь вы его убили, мистер Булеро, - послушно объяснил металлический голос Смайла.– Но на Луне...
– Ладно, - грубо перебил его Лео.– Скажи, как мне отсюда выбраться. Как мне вернуться на Луну и...- Он пожал плечами.– Ты знаешь, что я имею в виду. Как мне вернуться к действительности?
– В данный момент, - объяснил доктор Смайл, - Палмер Элдрич, весьма обеспокоенный и рассерженный, вводит вам в вену препарат, снимающий действие ранее введенного Чуинг-Зет. Вы скоро вернетесь.