Страдание
Шрифт:
— Когда Мика сейчас от меня отпрянул, я видела пульс на его шее и подумывала его выпустить.
— Что значит «выпустить»? — спросил Эдуард.
— Ну, в деталях я это не продумывала, но хотела вгрызться ему в горло, чтобы его высвободить, чтобы кровь могла вырваться на свободу.
— Это все из-за вампирских меток, или твоей связи со всеми этими верживотными?
— Думаю, всего помаленьку.
Эдуард посмотрел мимо меня на Мику:
— Если вы просто займетесь сексом, она перестанет думать о крови и насилии?
— Не
— А если не накормит?
— Если бы она была настоящим оборотнем, тогда утратила бы контроль над своим зверем и перекинулась, быть может, спонтанно.
— Но она не может изменить форму.
— Нет.
Эдуард посмотрел на меня:
— И сколько времени у нас есть до того, как ты потеряешь контроль?
— Дай определение потере контроля.
— Хах, так мало?
— Я едва не завалила вамп-доктора. Я чувствовала, что могу трахнуть ему мозг, а потом трахнуть его самого. Он ощущался как еда.
— Ты практически полностью имунна к вампирскому взгляду, но никогда не могла зачаровать вампира сама, — сказал Мика.
— Ты это Дамиану скажи. Я его практически полностью подчинила, когда сделала свои вампиром-слугой.
Мика поразмыслил над этим секунду-другую:
— Интересно; ты права, твоя способность контролировать немертвых со временем только усиливается.
— Но с этим вампиром у меня нет никакой связи, Мика. Раньше это срабатывало только на вампирах, с которыми была связана я или Жан-Клод. А этот доктор ни с кем из нас не связан.
— Жан-Клод новый правитель вампиров этой страны, Анита. Мастера со всей страны съезжаются в Сент-Луис, чтобы принести Жан-Клоду клятву на крови. Если Мастер доктора Кросса присоединил свою силу к нашей, то он наш вампир вне зависимости от того встречала ты его или нет.
Я переварила эту информацию:
— Так что получается — любой повстречавшийся мне вампир, теоретически предрасположен привязаться ко мне?
— Теоретически, да, — ответил Мика.
— Черт.
— Да, с этим могут возникнуть проблемы.
— Если она использует их в качестве еды, — сказал Эдуард.
— Ты и вправду думаешь, что трахнуть доктора Кросса — хорошая идея? — спросила я.
— Нет, иначе я бы покинул палату и предоставил природе взять свое.
— Тогда что ты хочешь сказать, Эд… Тед?
— Ты в больнице, и семья Мики живет здесь, приплюсуй сюда копов за дверью. Ты не можешь позволить себе кормиться на добром докторе, но на будущее — почему бы не питаться от того, кто окажется под рукой?
— Ты же знаешь, я не занимаюсь случайным сексом.
— Никогда не понимал, почему ты так паришься по этому поводу. Это такая же потребность, как и еда.
— Скажи это моногамному папаше двоих детей.
— Секс
Я уставилась на него:
— Хочешь сказать, ты изменяешь Донне?
— Я хочу сказать, что когда я вдалеке от Донны, в качестве Эдуарда, то секс под вопросом не стоит. Тед — однолюб, Эдуард — не особо.
— Ты понимаешь, что уже два раза сказал о себе в третьем лице? — спросил Мика.
— У него такое иногда бывает — жутковато, да? — спросила я.
— Есть немного, — согласился, Мика.
— Почему тебя так заботит, что у меня могут быть любовницы, когда сама спишь почти с двадцатью мужиками?
— Все мои любовники знают, что они не единственные. Мне не приходится никому врать, и даже умалчивать.
— Мы полиамурны, — сказал Мика. — А значит, каждый знает, что делают другие. Если бы мы были людьми и могли подхватить ЗПП [14] , то все равно были бы честны друг с другом, чтобы поберечь здоровье.
14
ЗПП - заболевания, передающиеся половым путем.
— Если это намек, чтобы я был осторожен, то после встречи с Донной я никогда не занимался незащищенным сексом. Я не стал бы подвергать опасности ее и нашу семью.
— Не знаю почему, но меня коробит от мысли, что ты можешь изменить Донне.
— Да она тебе даже никогда не нравилась.
— Я не испытываю к ней неприязни, просто не понимаю, что она делает в твоей жизни. Зато понимаю, что она делает тебя счастливей, чем когда-либо и мне этого достаточно.
— То же самое относительно тебя и некоторых твоих мужчин.
— Я о том — зачем рисковать своим счастьем и семьей из-за траха на стороне? Ведь на кону так много стоит.
— Ты так уверена, что Донна меня не простит?
— Она приревновала ко мне при встрече. И буквально выстраивала вокруг тебя забор. Она не из тех, кто легко делится.
— Она до сих пор не понимает наших с тобой отношений, — сказал Эдуард.
— Большинство мужчин и женщин неспособны дружить без секса, — высказался Мика.
— Потому что стоит переспать, и вы уже не сможете быть друзьями, — добавила я. — Вы можете быть влюблены, быть любовниками, но друзьями уже нет.
— Джейсон один из твоих лучших друзей, а ты с ним спишь, — заметил Мика.
Я усмехнулась, подумав о белобрысом вервольфе, менеджере и танцоре в «Запретном Плоде»:
— Джейсон другой. Джейсон это… Джейсон, и он был лучшим другом Натаниэля еще до того, как я начала с ними спать.
— Эта улыбка у тебя на лице не совсем дружественная, — отметил, Эдуард.
— Джейсон единственный человек, секс с которым не повлиял на нашу дружбу.
— И почему так?
Я пожала плечами: