Странник
Шрифт:
Так, это выходит, что, пробегая мимо в темноте, я не во всем правильно разобрался. Тут не только мастерские были, но и даже какие-то комнаты отдыха для экипажей. Ну что, будет проще устраиваться.
– Рой, бди на пулемете, мы с Хэнком осмотримся, – сказал я, подхватывая автомат и выбираясь из машины.
Так… большой ангар все же не очень впечатляет – окна в нем и двери стеклянные. Его, значит, только досмотреть, и потом… потом бы на растяжки хотя бы закрыть. Тут бы все вокруг закрыть, чтобы ни в одно здание было не залезть. Потом кто-то из чужих доберется до этого места, решит
Кстати, а что будет, если просто везде понаставить табличек «Заминировано»? Надо обдумать. Досматривать застройку «вручную» каждый день не будешь, просто опасно, могут твари завестись, а могут маршрут патруля вычислить и на него засаду устроить. Кто вычислит? Да вот эти самые «Грешники» и вычислят, например.
Плохо то, что ко многим строениям можно подобраться так, что никакой наблюдатель с крыши Базы не увидит. Для этого, кстати, тут пост и нужен. И парный пост, парный, чтобы в две стороны наблюдали, а у меня людей столько нет!
– Давай страхуй, заходим осторожненько, – сказал я, вздохнув тяжко и толкнув дверь в большой ангар.
Хотя бы тварей я здесь не чувствую. А вообще надо бы все проверить на наличие совершенно темных комнат, могут ведь и завестись. Люди шляются, тут ведь уже убивали кого-то, кровь лилась, а кровь – опять же ключ ко всему. С другой стороны, твари для Базы опасности не представляют пока, а здесь бы вместо мин…
Большой ангар напомнил мне чем-то автосервис – тоже кафетерий, зона отдыха с телевизорами, только еще и душевые до кучи, раздевалки и прочее, где экипажи нанятых самолетов могли бы дождаться пассажиров или, например, своего самолета из ремонта. Ну да, это сервис и есть, в сущности.
А здание не пойдет: по фасаду окон многовато. Или их как-то заделать? Этот ангар самый высокий, с него можно в две стороны наблюдать – правда, с огромными мертвыми зонами вблизи. Остальные строения ниже, придется уже два поста ставить, а на это людей мало. И самое главное – они друг другу даже помощи оказать не смогут.
Куда еще? В новый торговый центр у шоссе? Так там одни окна.
Надо строить пост, укрепленный. Вот так. Из чего? Вон промзона, с километр к юго-западу от аэропорта. И в ней могут… нет, в ней наверняка есть контейнеры. Обычные такие контейнеры двадцать футов или сорок. Не может не быть, потому что они есть везде. Их в два яруса, друг на друга, квадратом – форт получится. Укрепить мешками, изнутри даже можно. Бойницы прорезать. Как там, в Колорадо, под мостом было сделано. Откуда-то вывезли мешки цемента, сложили у контейнерных стенок и выстроили укрепление.
А чем плохо? Да ничем. Два контейнера друг на друге – это метров шесть в высоту, так? Ну примерно. «Егозу», или, как здесь называют, «консертина вайр», пустить по краю под крышей и у основания – да и все. Внутрь пару трейлеров, для отдыха личного состава. Даже одного хватит. И самое главное – все просматриваться будет, и сам форт в зоне прямого наблюдения из Базы, и путь машины до него тоже.
Работы много? Да и хрен с ней, зато целее будем.
– Ну что? – спросил меня Хэнк.
– Поехали обратно, – вздохнул я. – Не выйдет здесь хорошего поста. А вот не здесь – выйдет. Погнали,
12
На «сессне» летать – совсем не то что на «лайке», другой класс. И тихо, и сиденье удобней, и сидишь рядом, как в машине, и тепло, и уютно.
Проматывается снизу полотно пустынных полей, зеленых лесов и тесно сжавшихся холмов, ведет вперед узкая серая лента дороги – главный линейный ориентир внизу, – все так же спрямляющая закрученное русло Миссури. На дороге пусто, безлюдно, но опять же не показатель. До того, что ездить надо по ночам, «Грешники» уже давно, похоже, додумались.
Посмотреть я хотел на другое – что происходит на их базе? Уменьшилось количество машин или нет, видно ли какую-нибудь суету, происходит ли что-нибудь подозрительное?
– Пустота какая, – сказала Настя, рассматривая землю. – Везде такая пустота, где ни летаю. Разве что возле Баффало или Колд-Лэйка на снижение идешь и жизнь видишь. А когда из таких мест улетаешь, то даже чувствуешь себя нехорошо: не должно быть так.
– В Отстойнике что, лучше леталось?
– Нет, не лучше, там просто страшно бывало, а здесь… тоскливо, наверное. Хоть и страшно тоже. Страшно, что придется идти на вынужденную, страшно оказаться одной посреди этого всего, страшно потом выживать.
Это да, это та самая мысль, от которой никак не избавишься, пока летишь. Пусть о чем-то другом думаешь, а где-то словно тусклая лампочка мигает: «А вот если движок сейчас встанет, как отсюда выбираться будешь?» И очень эта мысль назойлива и утомительна, и очень мешает хорошо себя чувствовать, пока ты тут птицей паришь.
Хотя… выбирался же отовсюду, чего такого уж особого? Лишь была бы возможность машину куда-то посадить, а дальше не так все и страшно. Еда на сутки с собой есть, оружие есть, патроны к нему есть, даже GPS-приемник маленький есть, так что грех жаловаться, выберешься. Человек с едой и оружием побарахтается в любой ситуации. А тут еду и добыть еще можно: скот в полях попадается, да и оленей тут до черта, много раз на Базе про это слышал. Для стола их несколько раз стреляли прямо с постов, когда те близко подходили.
– Ты знаешь, о чем я думаю? – вдруг спросила она. – Мы будем жить здесь как получится или пытаться куда-то уйти?
– Уйти? – переспросил я. – Куда?
– Не знаю, но… – Она задумалась, потом сказала все же: – Когда я вышла из того сарая у дома, я почувствовала, что проход не закрылся. И пока ждала тебя, все время держала дверь закрытой, и… он продолжал работать, понимаешь?
– Да? – глуповато спросил я. – Ты знаешь, я еще ни разу про это не задумался. Вообще. Как-то хватало других мыслей.
– Каких?
– Странный вопрос, – я даже засмеялся. – Тебя найти, например. И, кстати, я дверь в тот сарай плотно уже не закрывал.
– Почему?
– Не знаю. Наверное, чтобы меня туда как-то случайно не затянуло. Как-то так. Или чтобы следом за нами ничего не выскочило. Не хотел закрывать, боялся.
– А если бы мы снова туда… куда бы попали?
– Не знаю, – озадачился я таким вопросом. – Обратно в Отстойник, нет? Так я не хочу в Отстойник, здесь лучше. Совсем не хочу.