Стриптиз
Шрифт:
Гордон — адаптировался. Мздел много и эффективно. Многократно компенсируя, естественно, свои личные расходы за счёт государства. И других… зависимых.
Это — смерть. Это смерть любому обществу. Даже если на самом верху предводитель «семи пядей во лбу». «Обратная связь» в социуме — важнейшая вещь. Как в исламе за отсутствие этого информационного канала правителей резали — я уже…
Человек с серьёзным делом — должен проходить ко мне беспрепятственно. Только… как отличить — серьёзное у него, или бред и брёх? Пока народу было немного — я мог выслушивать каждого. Теперь… Ящик
Дела, которые идут снизу по структурам приказов, докладываются мне их головами. Но есть информация, которая не проходит сквозь такие иерархии. Например: воровство начальника.
На то есть спец. службы.
«Вышел ночью в поле с конём», сказал громко:
— Начальник наш — ворует.
Рассказал коню подробно причины такого своего мнения. И можешь спокойно отправляться спать: изложенные факты будут услышаны и проверены. Не конём, конечно, но — резво.
Ничего нового: Русь всегда «прозрачная» страна. При дерьмократах, коммуняках, кровавом царизме… И «Святая Русь» — тоже. Проблема не в «стуке», проблема в адекватной реакции на «стук».
«Посади друга» — эффективная сингапурская технология. «Скажи мне — кто твой друг, и скажу — кто ты» — русская народная мудрость. Вот как бы их совместить… Не доводя дело до «Большого террора», когда — «а приятель не поленился, позвонил»…
Забегая вперёд скажу, что подобная «общественной приёмной» структура была создана под эгидой Дворцового приказа. То есть — Гапы. Устоявшееся общее мнение:
— Гапка — врунов бьёт тапком. А Воевода — по ноздри заколачивает.
повышало достоверность сообщаемых сведений.
Исконно-посконное правило: «доносчику — первый кнут» у меня не действовало. Но лже-доносительство, как и вообще — лжесвидетельство, наказывались беспощадно. По Закону Божьему — «смертный грех», по моему привычному — «лыко — в строку», «за базар — отвечаешь».
По «стуку» не бывает «нулевого результата» — кто-то должен «сесть».
Эта команда занималась не только сбором жалоб и доносов, но и их проверкой. Несколько молодых парней и девчонок, не отягчённых семьями и родословными, вносили свою лепту в поддержание в тонусе моей административной машины.
Особенно — недопущением коррупции. Тема — та же: забивает информационные каналы, блокирует эффекторы.
И приходит социуму — п-ш-ш…
Надо понимать полную «не-русскость» моей администрации. На «Святой Руси» «кормиться от должности» — само собой разумеющаяся аксиома. Как одевать шапку или креститься. «Все так живут».
Принимая людей в службу, часто видел я в глазах их изумление: казна ещё и платить будет?! И ещё большее потрясение: от кого другого — брать нельзя. Столь непривычна было сия новизна, что иные — пугались и от службы отказывались. Иные же соглашались, но правило моё не исполняли. За что я взыскивал. Многих добрых людей, просто недостаточно умных, чтобы сиё понять, я потерял, прежде чем выросли в приютах моих сироты. Коим закон мой с младых ногтей внушён был.
Харальд
«Обдирание» Тверского каравана не прошло для нурманов бесследно.
Дело — не в барахле, шмотках, оружии. Многим из них доводилось в жизни терять всё имущество. В боях, в кораблекрушениях. Хуже — они Родину свою потеряли! В ходе тамошней династически-гражданской войны.
Дело в непонимании моей системы, здешнего образа жизни. Как можно — нурмана! — за пару шкурок! — взятых у вонючих туземцев! — ободрать кнутом?! Ладно, такое в воинских отрядах временами бывает — неисполнение приказа наказывается. Но сунуть в колодки, в «известь тереть»?! Воина!
Да ещё и кузена этого Харальда! Родовая честь! — Пшла в задницу.
Сигурд сумел хорошенько промыть своим парням мозги: «нонече — не как давеча». Мои хохмочки с прошлогодним перегрызанием хрипа на пару с князь-волком, пересказанные и приукрашенные старожилами, нынешние игры с головой епископа, «Ледовое побоище» в формате «трое против тьмы», лодочка эта косопарусная… Ребята ведут себя осторожно. Чтобы не нарваться по незнанию. Потому-то с таким восторгом пошли в лесные походы этим летом — подальше от «психа лысого».
Сходили они хорошо. Лучше всех — сам Сигурд.
Это счастье моё, что внятный мужик оказался! Маршрут Ветлуга-Вятка-Кама-Волга — пройден успешно.
Дорогой имели место быть разные негоразды, хеппенсы, трамблы… а также — случаи.
Удмурты помнили и своё участие в Бряхимовском походе под знамёнами эмира, и союз с унжамерен, который закончился общим разгромом.
И что они — к нам ходили, и что мы — их побили.
Помнили и не простили.
Проводники из мари, которые называли местных вотяками, вызывали озлобление, вид вооружённых нурманов — опасение. Комбинируя эти два качества, дополняя их нашими товарами и скоростью движения, Сигурд сумел поставить пару погостов на Ветлуге, присмотреть ещё с десяток подходящих мест, описать огромный полукруг по лесным рекам и перевалить в Вятку.
Тут… моя ошибка — низко он на Вятку вышел. Надо было не от истока Ветлуги, а раньше к востоку уходить. Там речка есть. Со знакомым названием — Молога. А так выскочили прямо по Пижме на булгарский погост.
Официальный отчёт содержал фразу типа:
«Мы поговорили, поторговали и расстались в любви и согласии».
В рассказах всё выглядело несколько… разнообразнее. К устью Пижмы собралось до двух сотен вооружённых вотяков, которые край хотели порвать чужеземных находников.
«Чтобы неповадно было! По нашим рекам ходить».
Гарнизонная команда булгар в составе аж 4 инвалидов, тоже не возражала «порвать». У Сигурда не было к этому моменту и тридцати человек, из которых бойцами можно было назвать десятка два. Половина — нурманы.
Тут Сигурд велел своим воинам надраить доспехи.
Объясняю: нурманы получили назад своё собственное вооружение. С моими «панцирями за подкладкой» — такая штука не прошла бы.
В 1251 г. в походе Даниила Галицкого на ятвягов русские приготовились к бою: