Сын Авонара
Шрифт:
Я перебралась через ковры на другую сторону настила. Расин сидел на пыльном рулоне шерсти, рассматривая кровавый порез на ноге.
– Взгляните туда, – сказал он, указывая в темный угол ниши. – Я наткнулся на что-то, когда мы снимали последний ковер.
Я подняла лампу повыше, и там, в углу, терпеливо ожидая меня, стоял сундук.
– Вот он!
Стараясь не хвататься за острый, обитый железом край, который так грубо привлек к себе внимание Расина, я вытащила сундук из угла. Задержав дыхание, я отодвинула задвижку, подняла крышку и перебирала пыльное содержимое, пока не ощутила под пальцами гладкую поверхность
Я хотела заговорить, но он предупреждающе поднял руку.
– Лучше молчите. Думаю, мне стоит пойти сложить ковры, которые почему-то развалились, и когда вы завершите ностальгический осмотр экспонатов, мы уйдем. И когда мы расстанемся, у вас в руках ничего не будет.
Я улыбнулась ему.
– Вы мудрее, чем хотите казаться, сударь. Я немного осмотрюсь, пока ты складываешь свои ковры, а потом уйду, и у меня в руках ничего не будет.
Когда Расин отвернулся, я открыла коробку и осмотрела драгоценные вещи, которые в последний раз видела в руках Кейрона. Вынула потрепанный дневник, аккуратно завернула его в прозрачную ткань из сундука и положила в карман. Потом вернула коробку на место и задвинула сундук в угол.
Расин самозабвенно трудился над складыванием ковров обратно в кипу, я подхватила тяжелый край одного рулона.
– Я увидела все, что хотела. Когда ты закончишь, я буду рада уйти.
Расин кивнул и заметил:
– В таком случае, идемте. Помню, пыль сильно вас раздражала в прежние времена. Я могу закончить потом.
Секретарь повел меня по подземным коридорам обратно к дверям, за которыми светило солнце. Я протянула ему руку.
– Спасибо. Я никогда этого не забуду.
– Пустяки. Приятно, что кому-то это по-прежнему интересно. Когда-нибудь…
– Я вернусь и обо всем расскажу тебе.
25
«Если бы разгадать тайну дневника оказалось так же легко, как найти его», – думала я, поспешно направляясь к задним воротам. Конечно, Д'Натель и Баглос помогут разгадать тайну карты.
День стоял теплый и яркий. Во дворе было полно слуг и солдат, погонщиков и садовников, занятых исполнением приказов и прихотей сильных мира сего, обитающих в этих стенах. Всего несколько шагов – и я окажусь за пределами дворца, на пути в маленькую жаркую комнату на улице Текстильщиков, где меня ждут принц и дульсе.
– Прошу прощения, сударыня.
Я сделала вид, что не замечаю хорошо одетого человека, который шагал в ногу со мной. Дневник в кармане тяжело бил по ноге. Щеки горели.
– Прошу вас, всего на одно слово.
Беглый осмотр убедил меня в том, что он обращается ко мне. Человек, шагающий в ногу со мной и пытающийся на ходу отвесить поклон, был приблизительно моего возраста, идеальный образчик мелкого придворного, который всего добивается сам. Его элегантный наряд был дорогим, но не броским, манеры безупречными, зато волосы изрядно поредели, а тело, втиснутое в темно-синие штаны, кружевную рубаху и шелковый жилет, было довольно дряблым.
Проклиная свое везение, я опустилась в реверансе, устремив глаза на гравиевую дорожку.
– Вы обращаетесь ко мне, мой господин?
– К вам, моя госпожа. Леди Сериана из Комигора, разве я не прав?
Кланяясь, он опытным взглядом окинул меня всю, от
– Разве по моему виду можно заключить, что я ношу столь высокий титул?
– Вас узнали, когда вы входили в ворота, моя госпожа, и мне приказали дождаться вашего возвращения. С вами хочет поговорить ваш брат.
– Я не притязаю ни на какое родство.
– Прошу, прошу вас, сударыня, – он захлопал глазами и взмахнул рукой, – я осведомлен о вашем умении вести словесные баталии и охотно признаю свое поражение с самого начала. Я терпеть не могу игр, так же как я терпеть не могу насилия. Мне бы хотелось, чтобы вы пошли добровольно. Герцог мечтает вас видеть, он не позволит мне принять отказ.
От его обходительности я заскрипела зубами.
И снова пошла к воротам. Ни к чему притворяться.
– И какой же вид насилия вам так неохотно придется применить, если я откажусь навестить убийцу, произведенного на свет моими родителями? Веревку? Цепи? Ваш столь подчеркнуто скромный меч? Или, может быть, вы просто позовете на помощь стражу?
Он шел за мной, совершенно спокойный, руки сложены за спиной. Можно было подумать, что мы договариваемся о званом обеде.
– Я не собираюсь вникать в тонкости ваших взаимоотношений с герцогом, сударыня. Я лишь недавно служу У него. Но у меня сложилось впечатление, что приказ его светлости, хотя и однозначный, проистекает не из враждебности. Он сказал, что, как только вы выслушаете его, вы сможете уйти. Неужели вы не воспользуетесь случаем удовлетворить собственное любопытство, если уж не хотите исполнить желание герцога?
На редкость проницательный господин. Совсем не то, что обычные помощники Томаса. И никакого насмешливого блеска в глазах, как у Дарзида. Где, интересно, эта змея?
Мой спутник щелкнул пальцами, и появились три стражника в красных мундирах, они вились вокруг нас, словно яркие колибри вокруг особенно душистого цветка. Стражники держались на почтительном расстоянии, но перегородили мне дорогу в любом направлении, кроме того, что указывал мой дружелюбный провожатый.
– Сюда, сударыня.
– Итак, вы остановились на моем последнем предположении. Самый трусливый способ.
– Практичный. Лучше всего. Кстати, меня зовут Гарлос.
Я перешагнула дворцовый порог, и меня обступили воспоминания. Больше всего хотелось закрыть глаза и перенестись на жесткую деревянную скамью перед домиком Ионы. Насколько свежий воздух долины прекраснее мертвящего трехсотлетнего удушья этого места.
Гарлос вел меня по пустым гулким переходам, по крутым лестницам, скрипящим половицам хозяйственных коридоров. Прошла четверть часа, и мы вошли в неприметную дверь в длинной широкой галерее. Стены были увешаны оружием: полированный медный щит высотой в человеческий рост с восходящим солнцем Аннадиса, сабля, рукоять которой украшали рубины, алебарды, копья, похожий на заступ топор, острый, словно кинжал. В освещенных лампами альковах возвышались статуи героев и украшенные камнями доспехи. За поворотом оказалась картинная галерея, где со стен двадцать поколений принцесс, королев, королей и полководцев приторно улыбались, таращились и хмурились, а золота с любой рамы хватило бы, чтобы купить целый город. Толстый красный ковер заглушал наши шаги.