Сын Авонара
Шрифт:
– Уверена, ты понимаешь, что умение хранить тайну – та добродетель, которую мой брат ценит превыше всего.
Гарлос легко согласился.
– Полагаю, по части этой добродетели у меня найдется мало соперников.
– Вот, например, этот случай со мной… семейное дело…
– Я не стану обсуждать его ни с кем.
– Даже если этот кто-то окажется близок герцогу.
– Разумеется.
– Отлично. Ты далеко пойдешь.
Смешиваясь с толпой за задними воротами, я представила Гарлоса, глядящего мне вслед и недоумевающего, как получилось, что ему приходится выслушивать политические советы от особы, достойной по внешнему
26
Разгоряченная, потная, с раскалывающейся от непривычного городского шума головой, я шла по многолюдной улице Текстильщиков. В знойном воздухе стояла удушливая вонь красок, все вылезли на улицу из тесных лавок глотнуть воздуха. Потные торговцы переносили и складывали мотки шерсти и рулоны тканей всех мыслимых цветов и фактуры, зазывалы расхваливали достоинства своих ниток и пряжи, пуговиц и лент.
Я не знала, что думать о словах Томаса. Известно, что преступников преследуют видения и страхи, и Томас заслужил свои ночные кошмары. Теперь, когда я вышла в дневной свет, жуткое предположение, что Дарзид может иметь какое-то отношение к миру гондеев, казалось смехотворным. Он был помощником Томаса уже восемнадцать лет, а до того служил Эварду и королю Геврону. У меня не было доказательств, что Дарзид и его подлый прихвостень Мацерон повинны в чем-либо, кроме особого усердия при исполнении обязанностей по уничтожению магов. Возможно, зидов просто привлекают самые омерзительные обитатели любых миров. Но признание брата лишь укрепило мою лишенную разумных оснований догадку. Почему сны Томаса так внезапно прекратились, когда исчезла связь с Дарзидом?
– Сейри, девочка!
Я обернулась и увидела развевающийся в воздухе красный платок, им махал седой человек, пробивающийся ко мне сквозь толпу.
– Яко, что тебя сюда привело?
Старик утер лоб платком.
– Бочки. Ты же слышала от меня о моем друге, Роджере-Воле, торговце рыбой? На прошлой неделе он написал, что у него заканчиваются бочки. А у меня их полно после крушения «Мими», поэтому… – Он пожал широкими плечами. – А ты, детка? Что ты здесь делаешь? Ты узнала что-нибудь о нашем молодом безумце и его намерениях? Он еще не заговорил? Кстати, ты знаешь, что Грэми в городе?
– Роуэн здесь? – Хотя мы не видели погони во время переезда из Валлеора, Д'Натель был уверен – нас преследуют. Он не знал, шериф это или жрецы… или все вместе.
– Да, он неподалеку, и тебе лучше не попадаться ему на глаза. Он едва из штанов не выпрыгнул, когда вернулся из Гренатты и узнал, что тебя нет. Сказал, лучше бы тебе вернуться до Дня Долготерпения. В этом году он сам хочет тебя кое о чем расспросить. Он и на меня наседал, не знаю ли я, где ты.
– Он не должен ничего узнать. Поэтому я не могу позволить тебе…
Лицо Яко стало таким же красным, как его платок.
– Молчи! В Данфарри царит тоска с тех пор, как ты уехала. Я вдруг увидел, каким ископаемым стал. Оказался в сухом доке, но теперь с этим покончено. Я буду ходить за лошадьми, чистить парню башмаки, делать все, что скажут, но я хочу путешествовать с вами.
– Это очень опасно, Яко.
– Я еще не совсем развалина.
Неужели мои же слова обернулись против меня? Тенни посмеялся бы. Неужели Якопо нельзя выбрать опасность, спросил бы он, как и всем остальным?
– Конечно, ты не развалина. Я никогда этого не
Яко схватил меня за руку и оттащил в сторону от упряжки мулов, слишком быстро движущейся по людной улице.
– Тогда расскажи мне, куда вы направляетесь? Что узнали в Юриване? У моряков повсюду друзья, они помогут, если вы только скажете мне, что нужно.
– Не сейчас. У меня дело, не терпящее отлагательства, к тому же нельзя, чтобы нас видели вместе. – Если Роуэн близко, я не рискну вести Яко к Д'Нателю. Но кажется, было бы неправильно отказываться от его помощи. Если дульсе с принцем не смогут прочитать карту, опытный навигатор или его друзья могут пригодиться. – Завтра, Яко. Завершай свои дела. А завтра в полдень я все тебе расскажу.
Мы договорились встретиться в пивной сразу за западными воротами. Он казался довольным. Я помахала ему на прощание и снова пошла по улице, заходя в лавки, останавливаясь возле лоточников, высматривая возможного преследователя и постепенно приближаясь к тому месту, где ждут Д'Натель с Баглосом.
Только я вошла под тень яркого голубого навеса, как всех заставил шарахнуться в сторону прошедший мимо огромный человек с двумя гигантскими корзинами шерсти. Не успела я шагнуть к стене, как меня сбили с ног трое мальчишек, несущихся сквозь толпу, – они утащили у торговца целый сноп цветных лент. Когда меня подхватила крепкая рука, я подумала, что это какой-то добросердечный прохожий помогает мне подняться. Но вместо того, чтобы поставить меня на ноги и отпустить, меня затащили в темный проем между двумя домами. Я не успела произнести ни слова протеста, как сзади протянулась рука и зажала мне рот.
– Наконец-то! – произнес знакомый голос – Думал, мне придется объехать все Четыре королевства ради того, чтобы просто поговорить с тобой.
Проклятье! Я брыкалась и пиналась, но Грэми Роуэн был гораздо сильнее и полон решимости удержать меня. Он затащил меня подальше в переулок, ловко отпихивая котов, шипевших и выгибавших спины на посягающих на их законные владения. Я до крови прокусила ему палец. Выругавшись, он отдернул руку; выплюнув кровь, я закричала изо всех сил:
– На помощь!
Роуэн тут же закрыл мне рот окровавленной рукой и усилил хватку.
– Будь все проклято, ты что, свихнулась? – Он затащил меня в угол и развернул к себе. Его мрачное лицо пылало, зеленые глаза блестели.
– Обещай, что будешь вести себя тихо и выслушаешь меня. Обещаешь?
Я кивнула, шаря по нему глазами в попытке разглядеть медные пуговицы на его мундире: увидеть, все ли они на месте. Но он стоял слишком близко. Шериф неуверенно убрал руку, готовый снова зажать мне рот, если я попытаюсь кричать. Я стояла спокойно, и он немного ослабил хватку, но не настолько, чтобы я могла вырваться.
– Прости, что напугал, – заговорил он, – но после того, как я чудом нашел тебя в этом проклятом городе, я не позволю тебе снова исчезнуть.
– Как ты меня нашел?
– У меня есть друг, обладающий необычной способностью находить людей.
Ах, да. Его друзья. Меня не обманет этот подкупающий тон. Бежать было некуда, но я все равно вырвала руку из его хватки.
– Ты хочешь арестовать меня? Где твои друзья?
– Я не собираюсь тебя арестовывать. Я вышел победителем в нашей игре в кошки-мышки, и единственный приз, о котором я прошу, – пара минут без пререканий. Это вообще возможно?