Сын эпохи
Шрифт:
— А вы? — спросил Гончаров Данилкина.
— Товарищ начальник цеха, Вы сами знаете, куда нам надо, и я думаю, что здесь прекрасно научат нас работать так, как это надо, — ответил Данилкин на вопрос начальника.
— Вот это молодец! — воскликнул Гончаров. — Слово «прекрасно» вас украшает. Как фамилия?
— Данилкин.
— Данилкин? А вот что, товарищ Данилкин, направлю-ка я вас к Тахтаулову помощником.
— К кому?
— К Александру Григорьевичу Тахтаулову, мастеру участка гидравлических
Недолго работал Данилкин помощником у мастера. Точность и оперативность исполнения порученного задания отличали молодого специалиста. Высокая дисциплина, стремление к знаниям выделяли его среди ровесников. Росло и крепло уважение к нему со стороны рабочих и администрации цеха, и пришло время, когда Данилкина назначили сменным мастером.
Заместитель начальника цеха по подготовке производства Сергей Николаевич Муравицкий рассудил иначе. Он попросил Гончарова, отдать Данилкина в его распоряжение.
— Он мне вот так, позарез, нужен! — убеждал Сергей Николаевич начальника цеха. — Анализ брака и его причины сейчас в цехе лучше Данилкина никто не сделает.
Не сразу, но уступил Гончаров Муравицкому.
— Ну, хорошо, Сергей Николаевич, хорошо! Я дам тебе Данилкина, но сам видишь, вряд ли сейчас такого же взамен найдём. Так что не взыщи, если понадобится, я его опять на свое место верну.
На том и порешили.
К приходу Петра Данилкина на завод на стальные магистрали страны вышло уже более шестидесяти паровозов новой серии.
Однако при их эксплуатации выявилась течь котлов по связям, чего не было на паровозах других серий. На завод из железнодорожных депо стали поступать тревожные сигналы.
На стол начальника цеха легла копия телеграммы, текст которой не сулил ничего хорошего. Отправитель — Прокуратура СССР. В кабинете Гавриила Степановича собрались его заместители: Сергей Николаевич Муравицкий, Иван Васильевич Седов, начальники смен и участков, мастера, технологи. Пришёл персонально приглашённый Данилкин.
— Товарищи, — Гончаров окинул взглядом присутствующих, — наши паровозы стоят в депо без движения. Прокуратура СССР, — Гавриил Степанович показал копию телеграммы так, чтобы видели все, — обязывает наш завод срочно принять меры.
Наступило тягостное молчание. О том, что котлы нового паровоза текут, на заводе знали. Как приостановить эту течь, не знал никто. Много было советов, предложений, но улучшения не наступало, течь ликвидировать не удавалось.
— Все части котла паровоза — начал говорить Иван Васильевич Седов, — в том числе топку, заднюю трубчатую решётку, жёсткие связи, анкерные болты мы выполняем из стали…
— Это не только из-за экономии меди. При таких размерах котла, как у нашего паровоза, медная топка невозможна, — разгадал ход его мыслей Сергей Николаевич
— Конечно, топка котла этого паровоза по своим размерам, конфигурации и давлению отличается от паровозных топок, выполняемых из красной меди.
— А ведь первые пропуски у втулок связей мы обнаруживали при гидроиспытаниях.
— Эти пропуски для нас не были неожиданными, — вступил в разговор старший мастер Фёдор Васильевич Сотников. — Теснота расположения втулок по ухватному листу затрудняет доступ к ним для варки.
— Да, пропуски были в трубах, связях и анкерных болтах, — подтвердил Александр Григорьевич Тахтаулов. — Но они нами были исправлены.
— Вы что скажете, молодой человек? — обратился Гончаров к Данилкину.
— Я что скажу? — удивился Данилкин.
— Да, вы!
— Товарищ начальник цеха, — Данилкин встал, — думаю, надо тщательно проверить весь технологический процесс изготовления котла. Начиная со связей, нарезки резьбы, отверстий, вворачивания болтов и так далее.
— Разве мы этого не делаем? — Гончаров пристально поглядел на Муравицкого.
— Наверное, есть что-то такое, что нами остается незамеченным — дополнил Данилкин.
— Сергей Николаевич, вы что по этому поводу думаете?
— Наверное, Данилкин прав, — не спеша, как бы взвешивая каждое слово, ответил Муравицкий. — Видимо, что-то у нас всё-таки остается незамеченным.
— Что вы можете предложить?
— Надо, чтобы на рабочих местах, — высказал свое мнение Данилкин, — к технологии изготовления котлов относились с должным пониманием.
— У тебя какая тема дипломного проекта была? — неожиданно на «ты» обратился начальник цеха к Данилкину.
— Котлы и котельные установки.
— Ну что ж! Свежая голова! Мы тут вроде бы как притёрлись, ко всему пригляделись, пообвыкли, а ты человек новый, может, и впрямь что увидишь. Пока все свободны, идите на свои рабочие места, Муравицкий и Данилкин, останьтесь.
Известие о полномочиях Данилкина быстро облетело цех. На каком бы участке он не появился, всюду к нему относились с пониманием, к его словам, к его мнению прислушивались. И Пётр совершенно забыл дорогу домой, днём и ночью не выходил из цеха, днём и ночью находился там, где его присутствие, как он сам считал, было необходимо.
— Ну что, наука, скажешь? — добродушно улыбаясь, обратился к подошедшему Данилкину рабочий средних лет, недавно пришедший работать на участок.
— Вы связи как завёртываете? — ответив на приветствие, спросил Пётр.
— Весьма туго!
— Туго? Зачем? Вы же перенапрягаете резьбу!
— Да что с нею станется? Крепче держать будет!
— Крепче? Нет! Расклёпка головки связи или раздача бородком увеличит перенапряжение резьбы, и она со временем ослабнет, и связь потечёт.