Сыщицы-затейницы
Шрифт:
– Вот интересно, а если нам не один день придется вести наблюдение, мы что, будем проводить месячник чистого подъезда? И как же только милиция с такими делами управляется?
Конечно, нужно было бы лечь и отдохнуть, чтобы не зевать на посту, но Люся чувствовала, что сейчас она так сильно переживает за подругу, что ни о каком сне не могло быть и речи. И все же она прилегла на подушку, и буквально в ту же минуту Финли вздрогнул от раскатистого храпа хозяйки…
Казалось, Людмила только что прикрыла глаза, как за плечо ее уже кто-то тряс. Перед подругой стояла
– Ты что, уже нанаблюдалась? – недовольно пробурчала Люся.
– Ой, подружка, вставай, теперь тебе надо…
Бесцеремонно растолкав подругу, Василиса подробно рассказала, почему явилась раньше срока.
Елозить сухим веником по ступенькам Василисе пришлось недолго. Очень скоро внизу послышались торопливые шаги, и было слышно, как отворилась дверь Машиной квартиры.
– Входи, – сказали из-за двери, причем так коротко и глухо, что сыщица даже не поняла, кому принадлежит голос.
Чтобы лучше расслышать все, о чем говорят в квартире, Василиса было хотела спуститься к самой двери, но не успела – невидимый гость сразу же выскочил на лесничную площадку и понесся вниз по ступенькам. Василиса боялась пошевелиться и даже задержала дыхание. Когда шаги стихли, она выглянула в маленькое окно. От подъезда торопливо удалялся подросток. Пришлось бросить веник с ведром и кинуться в погоню. Женщина догнала его быстро, паренек просто не мог себе представить, что какой-то детектив вдруг будет его преследовать. Это был не Денис и не Богдан, на младших мальчиков он тоже не походил, ну и, конечно, это была не Таточка.
– И зачем же, дружок, ты прибегал к Маше? Может, ты знаешь, где прячутся ее детки? А может, еще для каких сомнительных целей? – задыхаясь от быстрой ходьбы, бубнила себе под нос Василиса.
Паренек быстро прошел мимо огромного универмага, свернул в старенький двор и скрылся в крайнем подъезде унылой пятиэтажки. Женщине этот дом был уже знаком. Не так давно они с Люсей организовывали здесь юбилейные торжества для одного старичка со смешной фамилией Кляп. В крайнем случае можно было подняться к нему на этаж и расспросить, в какой квартире проживает таинственный подросток. Хотя… Трудно было предположить, что этот отрок живет в семье – весь его облик говорил о ночлежках совсем не домашних. Василиса, чуть отстав, вбежала за пареньком в подъезд. Ее поразила полная тишина. Нигде не щелкали замки, не запирали за пришедшими дверь. Женщина быстро поднялась до пятого этажа, мальчишки нигде не было. Значит, оставалось одно – подвал. Идти туда совершенно не хотелось, но что было делать? Василиса дернула дверь, и на нее обрушилась теплая и сырая волна вони. Где-то слышались негромкие ребячьи голоса.
– Здравствуйте, прилично устроились! – проговорила Василиса, приблизившись к ребятам.
Толстые трубы, обмотанные пожелтевшим тряпьем, пересекали большую комнату. Вместо обычной входной двери зиял широкий проем. Помещение было относительно чистым, у одной стены валялись два матраса, погнутая раскладушка и стоял безногий диван. А у другой за облупившимся столиком расположились
– Хорошо, говорю, устроились. Крысы не беспокоят? – пыталась завязать беседу Василиса.
– Сейчас шуганем одну, и не будут беспокоить, – отозвался парнишка лет пятнадцати.
Гостья с любопытством разглядывала ребят. Но никак не могла вычислить, за кем же она бежала. Все обитатели подземелья были примерно одного возраста и одеждой друг от друга особенно не отличались. Правда, были какие-то полосочки, черточки на куртках разных оттенков, но Василиса с ее зрением не разглядела в подробностях одежду парня, за которым бежала. Гадать можно было до осени, и женщина ринулась, как говорится, напролом.
– Кто из вас только что пришел? – строго спросила она.
Мальчишки усмехнулись и отвечать гостье не собирались.
– Ребята, скажите же мне, кто из вас только что появился, это очень важно. Да вы что, не помните?
– Не-а, у нас память от сигарет и клея в голове не держится. А что такое? – спросил паренек с хитрыми глазами.
Василиса озабоченно потопталась и наконец решила пойти проверенным путем:
– Давайте договоримся, вы мне указываете того, кто только что пришел, а я вам даю пятьдесят рублей.
– Ха-ха-ха, – заржали обитатели подвала.
– Хорошо, понимаю, сумма не устраивает. Тогда так: вы мне – все про ту квартиру, где только что были, а я вам – сотню.
Ребята совсем развеселились и уже с интересом разглядывали непонятную женщину. Они ждали, что же еще она выкинет занимательного. Однако отвечать на Василисины вопросы и не думали.
– Сто! Нет? Хорошо, сто двадцать! Сто двадцать четыре и пятьдесят копеек, у меня больше нет.
Мальчишки продолжали потешаться. А один сорванец с добрым лицом вдруг проникновенно произнес:
– Бабушка, если бы мы не уважали старость, то сами бы у вас все взяли, без лишних разговоров. А теперь, думаем, вам лучше удалиться. Приходите после пенсии, поторгуемся.
Идти обратно в подъезд Марии смысла не было, и Василиса прибежала домой…
– Понимаешь, Люся, они нам просто так ничего не скажут, какие деньги ни предлагай, надо у ребят выведать все хитростью.
– Как это? – поморгала Люся.
– Очень просто – надо влиться в их ряды. Нужно же узнать, зачем они ходили к Маше, что там делали и кто им открывал. Меня они узнают, поэтому придется идти тебе.
– Куда идти? – боялась поверить своим ушам Люся.
– Я же тебе объясняю – в подвал! Ты тоже станешь беспризорной. Ну на некоторое время, конечно. Не беспокойся. Мы тебя соответственно нарядим, у нас же с тобой костюмов – каких хочешь. Подкрасим немного, подшпаклюем. Ничего страшного, посидишь возле универмага.
– Ты сама-то пробовала на таком морозе сидеть? – не хотела становиться беспризорницей Люся.
– Ну, не посидишь, так постоишь, копейки пособираешь. Я думаю, они сами тебя найдут, потому что это точно их район.