Тигр в лабиринте
Шрифт:
«Бамбуковая Стрекоза» продолжала плавно лететь, и город скорби постепенно отдалялся, превращаясь в маленькую точку. Мы сидели ошеломленные, не произнося ни звука, и в конце концов Ли Као нарушил тишину:
— Подозреваю, что это был гигантский сородич самого обычного паука, — сказал он. — Живя под землей, он обладал острым зрением и казался невидимкой, пока землетрясение не выгнало его наверх. Существа на планете удивительно умеют приспосабливаться к окружающей среде, и есть много подземных тварей, которые стали настолько прозрачными, что их практически нельзя разглядеть.
Он
— Жаль, правда, мы не смогли сохранить его тело. Я бы был не прочь узнать, чем питалось это насекомое и когда у него появились глаза, до или после катастрофы.
Интересный экземпляр! Редкий вид. Хотя мы не станем жалеть о его смерти.
Глава 20, в которой Ли Као продолжает размышлять над природой детских игр, а Пещера Колоколов принимает очередных посетителей
Время шло, лопасти вращались у нас над головой, и, выбрасывая клубы дыма,
«Бамбуковая Стрекоза» продолжала мчаться над ослепительной поверхностью пустыни.
Корзину бросало ветром, смерчи, словно грифы, кружили вдалеке. Жара стояла столь невыносимая, что я думал, сойду с ума. Но вот наступил вечер, солнце скрылось, и Скряга
Шэнь вдруг оживился и указал на темную полоску на горизонте.
— Деревья! — воскликнул он. — Смотрите, деревья! Пустыня заканчивается!
Он был прав. На востоке начали собираться облака. Где-то далеко сверкнула молния, и я подумал, что дождя в этих местах не случалось, наверное, уже тысячу лет.
— Друзья, если корзину зальет водой, у нас будут серьезные неприятности, — предостерег Ли Као.
Мы вытащили несколько бамбуковых прутьев из днища корзины, и помимо дырки в нашей «колеснице», сквозь которую могла протекать вода, мы получили превосходные
«зонтики». Прутья служили каркасом, а «крышу» заменяли наши же собственные штаны.
Мы успели как раз вовремя. Сверкнула молния, грянул гром, и полил проливной дождь.
— Я всегда мечтал пролететь по небу в грозу! — радостно крикнул Ли Као.
— Потрясающе! — в один голос ответили мы.
Но это и впрямь было удивительно. Мне даже стало немного обидно, когда дождь прошел и на ночном небе показались звезды. В ушах свистел ветер, и вдалеке серебряной лентой мерцала река. Из труб по-прежнему вырывались клубы дыма, и «Бамбуковая Стрекоза» продолжала свой полет по иссиня-черному небу Китая — крошечная точка среди мириад сияющих звезд.
Вскоре Скряга Шэнь задремал, затем уснул и Ли Као, а я еще долго смотрел то на небо, то вниз, на освещаемую лунным светом землю. Ощущение полета отличалось от тех, которые я часто испытывал во сне, и, сказать по правде, летать во сне мне нравилось куда больше. Там я, подобно птице, парил на крыльях ветра и мог лететь куда угодно. Я был свободен. Здесь же я оказался всего лишь пассажиром и, по правде, ужасно бранил себя за недовольство. Мне выпала честь полетать на удивительном чуде света, а я…
Ли Као тоже бранил себя, правда, по другой причине. Он что-то бормотал во сне, и я прислушался.
— Глупец. Ты слеп, как крот. Где твоя голова?.. — он заворочался и почесал нос.
— Почему
Он снова замолчал, и я подумал, что если он говорил о невидимой руке, то это и впрямь непонятно. Если паук охранял сокровища правителя, как прилив — лабиринт, то почему не посадить чудовище на острове? Невидимый, он бы спокойно ждал на том конце моста, и каждый желающий забрать сокровища тут же стал бы добычей голодного паука.
Это все равно, что принести завтрак в постель.
— Дети, — снова проворчал Ли Као. — Игры. Глупости или нет? Маленький мальчик!
Он вздохнул, дыхание стало ровным, и вскоре старик мирно захрапел. Скряга Шэнь тоже спал, и по его крючковатому носу катилась слеза. Он что-то бормотал, и я наклонился поближе.
— А Чэнь, — шептал он, — папочка здесь, папочка рядом. Больше он ничего не говорил, и вскоре заснул и я. Проснувшись, я увидел розовые и оранжевые облака, бледнеющие на лазурном небе, и горные пики вокруг. Мы летели по узкому проходу между скалами, и мои спутники, сняв халаты, рулили «колесницей». Повсюду росли диковинные деревья, и их ветви, казалось, пытались поймать облака. Я сладко зевнул и, скинув халат, принялся помогать им. В какой-то момент мы пролетали так близко от скалы, что я высунул руку и зачерпнул пригоршню снега. Он был свежим и превосходным на вкус.
Но вот горы остались позади, и под нами распростерлась прекрасная зеленая долина.
На полях крестьяне жгли сорняки, и струйки дыма поднимались с земли, а в воздухе пахло травой и цветами.
Ближе к полудню «Стрекоза» начала фырчать, лопасти замедлили ход, и мы постепенно стали опускаться по направлению к небольшой деревне, примостившейся возле реки. Можете не сомневаться, что жители на несколько ли в округе сбежались посмотреть на странную огнедышащую птицу, спускающуюся с неба. Мы торжественно пролетели над деревенской площадью, «Стрекоза» выбросила последний сноп дыма и огня, конструкция плавно приземлилась, и перед обалдевшей толпой предстали трое полуголых людей с набитыми сокровищами поясами и «зонтиками» над головой.
— Меня зовут Ли Као, и у меня есть один маленький недостаток, — учтиво кланяясь, произнес мастер Ли. — А это мои уважаемые спутники — Десятый Бык и Дерево Щедрости, ранее известное под именем Скряга Шэнь. Мы приносим в дар вашей деревне невероятную «Бамбуковую Стрекозу», и лично я советую поставить вокруг нее хороший забор и брать деньги со всех, кто захочет на нее посмотреть. Думаю, голод вам не грозит лет триста. А теперь покажите нам, где тут ближайшая винная лавка. Мы собираемся напиться вусмерть.
Мы действительно устали, и это была неплохая идея, но по счастливой случайности
«Стрекоза» приземлилась недалеко от цели нашего пути. Пещера Колоколов находилась совсем близко, и времени на отдых не оставалось. Следовало спешить.
Мы купили лодку, спустили ее на воду и через два дня оказались на месте.
— Гора каменных колоколов, — сказал Скряга Шэнь, указывая вперед, — вход в пещеру со стороны реки, так что мы сможем спокойно заплыть внутрь.
Ли Као толкнул меня локтем.