Тьма
Шрифт:
Вампир замолчал, тоже устремив взгляд за реку. Я искоса посмотрела на Винсерта, который стоял у самый кромки воды и, прищурившись смотрел на тот берег. В руках король сжимал зеленый ремешок, тот самый, который носила его сестра. Надо же, столько лет прошло, а она все еще его не выкинула… И все-таки Вин переживает гораздо сильнее, чем показывает. Впрочем, как и я.
— Завтра мы так спокойно уже не посидим, — тихо сказал Нерон.
— Почему? Может, не так уж все окажется
— Когда находишься на территории врага, нельзя расслабляться ни на секунду, — покачал головой вампир.
Я пожала плечами. В конце концов, другого пути все равно нет. По крайне мере у меня и Вина.
Больше мы ни о чем не говорили. Хорошо, когда тебя понимают без слов. Сейчас мне не хотелось говорить, и Нерон это понял.
С юга подул теплый ветер, но и от него пришлось поежиться. С неба донесся жалобный крик одинокой чайки, патрулирующей окрестности. У берега зашуршал рогоз и оттуда выпрыгнул мокрый люм.
— Ты что там делаешь? — удивилась я, когда зверек отряхнулся, и посмотрел на меня.
«Рыбку хотел поймать на обед. А она возьми, и заговори. Мол, отпусти меня, белый и пушистый зверь, я тебе еще пригожусь».
— А ты? — удивилась я.
«А я не такой дурак, чтобы ее слушать», — хмыкнул люм. — «Я ее принести хотел, да на мокрых камнях поскользнулся, и в воду упал… ну она и улизнула».
— Не знала, что рыбы говорят, — произнесла я. — Это прямо золотая рыбка получается…
«И вовсе она не золотая была, а серая, обычная горюшка», — отозвался люм. — «Эх, такой ужин упустил…».
— Да ты не переживай, — сказала я. — Все равно одной рыбкой не наешься.
«Вот еще! Буду я из-за какой-то рыбы переживать», — отвернулся люм.
До вечера мы сидели на берегу, и практически ничем не занимались. Вин рассчитывал, что скоро мостки будут готовы, и мы сможем переправить через реку обоз. Ну а с лошадьми что-нибудь потом придумаем.
В город идти было неохота, хотя бы потому, что угрюмые лица его жителей наводили тоску, а здесь — свежо, природа, красота. Чтобы не было холодно, разожгли костер, а к ужину зажарили на нем пойманную Вином утку.
— Ваше высочество, — к костру подошел Хэл, воин, которому поручили заниматься приготовлением переправы. — У нас небольшая проблема.
— Что случилось? — спросил Винсерт.
— Ствол внутри оказался полностью гнилым, и дерево не выдержит тяжесть обоза.
Король скрыл удивление и, подумав, произнес.
— Сколько времени потребуется, чтобы сделать новые мостки?
— Не меньше суток, — ответил воин. — Еще полдня на установку — чтобы перекинуть их через реку, придется воспользоваться помощью, но даже десять оборотней не
— Другого варианта все равно нет, — сказал король, но слова эти дались ему нелегко. — Делай как считаешь нужным.
Когда воин ушел, Вин помолчал, а потом сказал.
— Придется вернуться в город. Мы не можем ночевать у реки. Да это и ни к чему.
— Я, пожалуй, посижу еще, — отозвалась я, плотнее закутываясь в плащ. — Здесь хорошо.
— Только сильно не засиживайся, — сказал Винсерт. — Нам с Нероном придется уйти, нужно посмотреть, что там делают рабочие. А то как-то странно все это, два дерева — и оба гнилые.
Вампир поднялся, не очень довольный тем, что придется оставить меня одну. Ничего, мне нянька не нужна, чай не маленькая уже. К тому же со мной будет люм, если что — превратится в дракона и всех напугает.
— Я скоро приду, — пообещала я.
Воцарилась тишина. Первые звезды на небе казались бледными и усталыми, словно вот-вот погаснут. Зато огромная луна на фоне светлого неба выглядела очень колоритно. У берега шумел рогоз, и тоненько напевала серая птичка, усевшись на стебель камыша.
Покой, благодать.
Вот только раздражает мигающий на том берегу огонек, словно…
«Кто-то подает сигнал», — мысли люма опередили мои собственные.
Не знаю, кто это, но вряд ли друзья — в землях кочевников друзей нет. Зато полно тех, кто ненавидит оборотней. Поэтому лучше потушить костер и постараться не светиться на открытом пространстве берега.
«Кажется, они подумали, что костер — это сигнал», — деловито заявил люм.
«Что?» — не поняла я.
«Сигнал», — повторил люм. — «В городе есть кто-нибудь, кто связался с нашими врагами, и должен подать им сигнал. Те, кто на том берегу, не знают, что на берег придут другие люд… то есть оборотни».
«Больно умный», — отозвалась я.
Пока мы рассуждали, огонек на том берегу погас.
Позади затрещали ветки.
— Да осторожнее ты! — незнакомый голос раздался неподалеку от нас. Мы с люмом притихли, лежа за зарослями осоки в небольшой ложбине.
— Замолчи, — огрызнулся второй. — Не хочешь, иди обратно!
— Ну, и где твои «союзники»? — хмыкнул первый. — Чтоб я еще раз поверил в твои враки!…
— Заткнись, — шикнул второй. — Гляди.
Теперь уже на нашем берегу вспыхнул огонек — сквозь траву я видела, что темный силуэт у берега держит в руках масляную лампу. Он проводил ладонью вверх и вниз перед ней, и свет то вспыхивал ярче, то закрывался рукой и гас.
Странно… что все это значит? Неужели люм прав? Не думала, что он такой умный.