Транс
Шрифт:
Не удержался и поцеловал ее в шею около уха. Она медленно повернула голову и, не открывая глаз, затихла, словно прислушивалась. Я вновь, очень нежно – но в губы. Она стремительно повернулась и обняла меня.
– Стоценко нервное расстройство заработал, – сказала Милка. – Старуха не пускает его Туда. Говорит, лечиться надо… Жорка – конь, мерин, бычара… И воду сам носит, и за огородом смотрит. Пристает, кобель! Я его вчера граблями по хребту. Сказал бы ему пару ласковых, чтоб не лез.
– Из «Посоха»… Может, приезжал кто?
– Стоценко пакет получил. Злющий сделался. Матерился по-черному. Обзывал кого-то.
Жорка хлебал щи, поглядывая на меня с тайной издевкой. Лицо его покруглело.
– Видал, какой красавец возрос на деревенских харчах? – Милка, как мне показалось, с восторгом глянула на Жорку. – Прямо не верится, что совсем недавно в постель писал. Штаны не мог сам расстегнуть по нужде сходить – бабу Аню просил. А сейчас – герой!
Йог побледнел. Бросил ложку в тарелку с борщом и выскочил из-за стола.
– Иди, иди… И не сверкай глазищами-то, герой-любовник. А то еще схлопочешь граблями по загривку.
– Скажи ей, чтоб заткнулась. – Жорка остановился в проеме двери. – Выпендривается!
– Ну? Чего глаза вылупил? Захребетник! Тебе здесь не курорт по профсоюзной путевке. Нажрал морду!
Жорка хотел что-то сказать, но лишь пожевал губами и выскочил на улицу.
Стоценко с некоторым интересом наблюдал происшедшую сцену. Но едва в горнице стало на одного человека меньше, опять нагнул голову и начал лениво водить ложкой по краю тарелки.
– Обидела парня, – сказала баба Аня, осуждающе глянув на Милку. – Он из-за тебя и живет-то в этом доме.
– Так вы же сами просили, чтоб дразнить его.
– Просила… Теперь хватит. Любит он тебя… Я тут написала кое-что. – Баба Аня ткнула пальцем в лежащую на столе тетрадку и глянула на меня. – Про мозговые расстройства. Отошли куда надо… Якову и Стеше привет передай при встрече.
Я хотел что-то сказать, но старуха погладила Милку по голове, чмокнула в лоб и, кряхтя, пошла к кровати. Легла, шепча то ли молитву, то ли песню.
Я и Стоценко вышли на улицу. И в лес.
– Хотел Туда вернуться, но не смог, – пожаловался Стоценко. – Какую-то дрянь каждый день хлещу. По нескольку литров… «Посох» прислал Еремеева. Ждет тебя. И пакет привез. – Он достал из-за пазухи сверток.
В пакете было письмо и десятка два фотографий. На каждом снимке рисунки Стоценко – слева, а справа – такие же, но более профессионально. Только русалка Стоценко лежит на камне, а художник поместил ее на дерево, обе очень похожи, словно с одной натуры писаны. Я отложил снимки и стал читать письмо вслух:
«Поляков, здравствуй! Присланный тобой архив наделал много шума. Экспертиза установила, что письма фальшивые, но сделать такое мог только гений, – компьютер высказал предположение, что существуют оригиналы писем, с которых сняты копии. Но компьютер также уверяет, что почерк принадлежит авторам этих посланий! Все бы хорошо, однако как быть с бумагой? Ведь она выпущена – а это совершенно точно, если верить лабораторному анализу химиков, – после того, как большая часть корреспондентов умерла. Вот тебе и основание считать письма
Серия рисунков – назовем ее словом «поцелуй» – самое интересное и загадочное в твоем деле. Суди сам. Точки, ограниченные сторонами треугольника, есть не что иное, как созвездие. Так считает один из ленинградских астрономов-любителей. В его атласе для Этого созвездия даже есть имя – Атон 241 – (А). Но, как уверяет любитель, смотрят на это созвездие не с Земли, а с точки, расположенной в другом созвездии. Можно бы посчитать бредом, но треугольник показали другому астроному, и он… подтвердил догадку любителя. Подтвердил! Это во-вторых.
Рисунки, как ты утверждаешь, сделанные с натуры, – обыкновенная интерпретация творчества художника Ивана Билибина. Ты убедишься в этом, внимательно посмотрев на фотографии. Зачем так шутить?.. Это третье.
Четвертое. Записи Архелаи-Анны систематизируем. Лаборатории «Посоха» уже готовят препараты по рецептам ворожеи. Есть положительные результаты. Радуйся.
При тебе постоянно будет находиться доверенное лицо нашей фирмы. Совет решил взять все расходы, связанные с твоим пребыванием у Архелаи-Анны, на себя. Желаем успеха».
Под письмом стояла печать для документов, идущих за границу, и подпись председателя, именовавшегося в письме президентом.
– Я нашел пластик с другим рисунком. На нем нет целующихся. Какой-то динозавр, дракон с зубами, еще треугольник, символы. Оба пластика одинаковы, если б не целующиеся.
– Лес кругом, дом лесника меж стволов. – Стоценко глянул на меня укоризненно. – Птицы поют, муравьи в траве ползают. Жорка в твою женщину влюбился – жизнь, куда ни глянь. И все в ней ясно, относительно конечно. Если не лезть в философию… Но в твоей и моей памяти существует другой мир. В нем есть место чудесам. Яков утверждает, что чудеса творятся естественным путем. – Стоценко развел руками. – Можно допустить, что в Том мире были не мы, а наши информационные двойники. И только они могут превращаться в ангелов, обезьян, ящериц. Но кто же тогда Яков? И кто – Черный? Зачем он строит то, что с его подачи мы называем словом «больница»?.. Я разговаривал с Еремеевым. Боюсь, «Посох» подозревает, что мы свихнулись, – Еремеев приехал с каким-то медиком. Не хотел бы познакомиться с ним?
– Значит, теперь ты считаешь мир Якова реальным?
– Ты опять ничего не понял! Нет Того мира! И быть не может, пока не отменили физических законов… Есть модель пространственно-временного континуума, который мы посещаем, будучи под воздействием изготовленного старухой биостимулятора психических процессов нашего мозга: как прозрение, просветление, сатори – прорыв в ту точку времени, в которой Землю посещает Нечто, способное нанести вред человечеству. Совсем не случайно Черный превращается в аморфное пупырчатое существо. Наш мозг не знает такого, никогда не имел дела с подобной формой живой материи. Другими словами, мы видели лишь символ опасности, грозящей Земле. Старуха заставила наш мозг ощущать опасность, сделав его чрезвычайно чувствительным к сигналам такого рода… И, чтобы не утонуть в абстракции, наш мыслительный аппарат изобрел мир Якова и Стеши. Но главное – Черный и дела его.