Трое против Зоны
Шрифт:
– Стрелять не советую! – крикнул.
И приземлился ровно перед выходом, между дверью и быстро развернувшимся Брежневым. Одновременно соединил два артефакта. Сборка вспыхнула синим, разбрасывая искры, внутри нее вихрем кружились яростные молнии. Я поднял выше сборку – и конец волчьей лозы. Растение свисало с пальцев, хищно шевеля усиками, которые так и тянулись к аномальному образованию.
– Знаете, что это? Волчья лоза! Проводит аномальную энергию лучше и быстрее, чем вода – электричество. Вы в ловушке, вашу мать! Если я соединю сборку и лозу – все здесь
Брежнева перекосило, но он, кажется, лучше всех понимал, что я сделал.
– Не стрелять, болваны! – крикнул он охранникам. – Нас разнесет в клочки.
Люди выходили из-за стеллажей, оглядываясь и щурясь на сиявшую у меня на ладони сборку. Брежнев с перекошенным лицом пятился, пока не уперся спиной в стол.
– Артефакты не взрываются, – неуверенно произнес добродушный Архаров.
– Некоторые – нет, а некоторые – еще как, – уверил я его. – Особенно если по ним шандарахнуть чем-то вроде этого. – И выше поднял голубой комок света и энергии. Одновременно покосился на часы на запястье – оставалось меньше часа до назначенного Дядей времени.
– Э, да ведь это «молния»! – воскликнул один. – Иртеньева как-то показывала, помните?
– Когда проверка приезжала из министерства, точно. Ей еще руку оторвало!
– Твою мать, стремно…
– А та «молния» поменьше была. Эй, парень, ты не боишься?
– От этого жизнь Пригоршни зависит. Так что – нет, не боюсь.
Они начали переглядываться. Тут были знакомые и незнакомые, последних больше. И всех их сейчас мне предстоит убедить. Кому они поверят, пришлому сталкеру или собственному начальнику? Посмотрим, посмотрим… еще не все козыри раскрыты.
– О чем ты? Чего тебе вообще надо? – раздались голоса. Уже все охранники на складе подтянулись к столу.
– Хочу, чтобы вы меня выслушали.
– Не слушайте его! – крикнул Брежнев, не сводя с меня ненавидящего взгляда. – Он диверсант! Он пробрался на базу обманом, чтобы спасти своего друга! Что?! Вашу мать, он вас обманет… он скажет правду… – последние слова он процедил, изо всех сил сжимая зубы, чтобы не проговориться. И взвыл: – Что, мать вашу, происходит?!
– Ну-ка, повтори, – ласково попросил я его. – Зачем я здесь? Что ты хотел набрехать своим людям, чтобы очернить меня? Так я сейчас расскажу. – И я обратился к удивленным не меньше Брежнева охранникам. – Слушайте, пока не поздно! Этот человек предал вас. Он договорился с отрядом наемников и сегодня, в пять утра, должен впустить их на базу, чтобы захватить ее. Сейчас половина пятого. Шнобель, с которым я пришел сюда, – из их банды. Он должен помочь вашему начальнику перебить дежурную смену и впустить остальных. Бандиты собираются захватить базу. Это правда? А ну отвечай!
Бритая голова Брежнева побагровела, глаза выпучились. Замначальника охраны качался, прижав руки к вискам.
– Нет, я не буду говорить, нет!.. – сквозь зубы восклицал он. – Это все правда… вашу мать! Нет, я не скажу… твою мать, все правда! Чтоб ты сдох, как ты это делаешь?! Прекрати!
Охранники
Я тем временем продолжал:
– Теперь я прошу вашей помощи. Эти сволочи взяли в заложники моего друга и напарника Пригоршню. Если я не помогу им, если ворота базы не откроются сегодня в пять утра, бандиты убьют моего друга!
Охранники зашевелились.
– Что с Митричем? Где доказательства? – послышались голоса со всех сторон.
– Ну во-первых, он сам сказал. – Я наконец достал из кармана штанов то, что держал там все это время. Поднял так, чтобы все увидели артефакт и бирку.
– «Правдоруб»? – с некоторым усилием прочел издалека Архаров, сведя брови к переносице. – Что это за хрень?
– Я так понимаю, одна из экспериментальных разработок ваших ученых. Судя по названию и действию – госзаказ. Пси-артефакт, заставляющий говорить правду, правду и ничего кроме правды. Видите – он не может соврать, как ни старается!
Брежнева корежило все сильнее. Он повалился на колени, мотая головой из стороны в сторону и подвывая сквозь зубы. Слов, если он и пытался что-то сказать, было уже не разобрать.
– Есть еще одно, – я повысил голос. – Приведите сюда этого наемника Шнобеля, и я покажу другое доказательство. Вы ведь знаете почерк вашего замначальника?
Брежнев огляделся, приходя в себя. Кое-как поднявшись, он сделал шаг ко мне, но двое охранников, Архаров и мощный Васютин, говоривший хриплым баском, догнали и задержали его.
– Погодь-ка, – прогудел Васютин. – Давай разберемся. Некрасиво, если ты своих подставил, Митрич. Не дело это. Давай выясним. Решить надо.
Остальные согласно загомонили. Двое вышли со склада и бегом припустили по коридору, торопясь в Будку, где должны были охранять задержанного наемника. Архаров обратился ко мне:
– Расскажи-ка пока подробнее, Химик. Кто на нас собирается напасть, зачем, почему? Как? Сколько их? Какая твоя роль во всем этом?
Я повторил историю вкратце, как раз уложился к возвращению охранников.
Шнобель, войдя на склад, быстро огляделся, оценивая обстановку. Широким шагом прошел к столу, вынимая свернутую бумагу. Положил на стол, разгладил.
– Ну, смотрите, парни. Врать не буду, тем более, говорят, у меня и не выйдет.
Сгрудившись вокруг стола, охранники уставились на план базы с пометками красной ручкой.
– Это его рука! Почерк Митрича! – наперебой закричали мужики. – А ну держи его!
– Не надо меня хватать, я сам сдамся! – Шнобель поднял руки. Повернулся ко мне: – Вы мне с самого начала понравились, Химик. Не хотел я вас подставлять, – сказал он с искренней улыбкой и подвигал носом.
Не знаю, то ли это было побочное действие «правдоруба», то ли они мне действительно все сразу доверились, не знаю. Я так боялся проиграть и тем подставить Пригоршню под пулю, что не колебался ни секунды.