Трон

Димов Максим

Справившись, наконец, и с рукавами и со снадобьями, она взяла небольшой сосуд и повернулась к лежащему.

Маленькая рука просунулась между подушкой и затылком, осторожно приподняла голову, и что-то твердое коснулось его губ. Ланс внутренне подобрался, но в этот раз ему повезло — не было даже непременной горечи. Он осторожно приоткрыл глаза и снова стал наблюдать за незнакомкой. Повозившись у стола, та вскоре собралась уходить. Подоткнув в нескольких местах одеяло, слегка подправив подушку, она еще раз притронулась к его лбу и, наконец, оставила в покое.

Ланс

с особым интересом ждал, когда дверь откроется, и когда это произошло, попытался разглядеть, что находится за порогом, но увидел только часть деревянной стены коридора, и пол, застеленный узкой зеленой половицей. На пороге незнакомка обернулась, и хотя он мгновенно закрыл глаза, его не покидало чувство, что на этот раз его поймали.

Снова оказавшись в одиночестве, Ланс уже совсем по-другому осмотрел комнату. Сковывающее отупение прошло, и теперь он заметил множество деталей, упущенных ранее. Таких, как утопленная в дальней стене ниша, где вполне могли находиться его вещи, отсутствие замков и засовов на двери, застеленный толстым ковром пол. И когда взгляд его в очередной раз упал на блюдо с металлическими инструментами, он смотрел на него уже совсем по-иному. Блюдо стояло достаточно далеко и чтоб дотянуться, ему придется привстать с кровати.

«Заодно проверю, на что я теперь годен», — решил Ланс.

Он глубоко вздохнул, пошевелил ногами, руками — получилось. Тогда он попробовал сесть, и тут же левый бок обожгло сильной болью. Ланс застонал и откинулся на подушки.

Боль уходила долго, и новую попытку добраться до инструментов он предпринял, уже учитывая свои слабости. Он сумел передвинуться на самый край постели и, налегая на стол, дотянуться правой рукой до блюда. Откинув полотенце, он несколько секунд рассматривал ряды блестящих железок и, наконец, обнаружив искомое, взял. Еще немного помучившись, он расправил полотенце и вскоре уже расслабленно лежал, изучая приобретение.

По ту сторону двери послышались тихие шаги, он быстро сунул нож под матрац и закрыл глаза.

— Добрый день, офицер. Сестра сообщила, что вы пришли в сознание, и я посчитал своим долгом навестить вас.

Ланс не слышал, ни как незнакомец открыл дверь, ни как приблизился, и потому вздрогнул от этого тихого, немного грустного голоса. Он открыл глаза. Над ним склонился не старый еще человек, невысокий, слабый на вид и облаченный в такой же странный несуразный балахон, как и навестившая принца чуть ранее женщина. Глаза неизвестный скрывал за непроницаемо-черными стеклами очков. И хотя опасным этот человек не казался, Ланс сразу почувствовал в нем непонятную, не вяжущуюся с хрупким обликом силу.

— Входите, пожалуйста, — слабым голосом пригласил принц.

Гость прошел вперед, выдвинул из-под стола табуретку, и сел.

— И как мы себя чувствуем? — улыбаясь, спросил он.

— Лучше, чем должны, но хуже, чем умеем, — пошутил Ланс.

Вошедший кивнул.

— Уже неплохо, уже неплохо. Сильные боли прошли, и, полагаю, дело идет на поправку. Ведь вы не чувствуете болей?

В его голосе была неподдельная тревога.

— Нет,

все в порядке. А что со мной случилось?

— А вы… ах да, конечно. Вы получили стрелу в спину. Она прошла под сердцем, едва не задев его. В сущности, вам невероятно повезло. Вы ведь, как я понял, накоротке с теми силами, обладать коими мечтает каждый, но не каждый обладающий ими умеет с толком их использовать.

— Я действительно немного обучался магии.

— Вы очень скромны, офицер. Во время лечения я постоянно чувствовал эманации поддерживающих вас Сил. Не мне и не сейчас говорить это, но, кажется, вы крепко связаны с незримым миром. Даже чересчур крепко.

— Наверное, так оно и есть, — согласился Ланс.

— О-о, простите, — смутился собеседник. — Я не должен был этого говорить.

— Ничего, все в порядке… э…

Ланс вопросительно посмотрел на гостя. Тот с досадой несильно хлопнул себя ладонью по лбу и почти по-детски рассмеялся.

— Ох, офицер, ну как же так, опять я дал маху и не представился! Это невежливо, и вы вправе считать меня невежей. Зовите меня отцом Мором.

Не обращая внимания на попытки Ланса возразить, отец Мор продолжал, улыбаясь:

— Но меня можно понять. Для всех нас вы уже давно стали своим человеком. Стыдно признаться, но первое время ваше состояние было предметом пересудов и даже, простите, споров среди братьев и сестер. Но, уверяю, мы все желали вам скорейшего выздоровления, и только неминуемое расставание в этом случае омрачает это событие.

«Определенно, этот человек знает, как понравиться», — подумал Ланс.

— Как давно я здесь? — спросил он.

— Сегодня ровно тридцать пятый день с тех пор, как принц привез вас.

— Долго. Как дела у Его Светлости?

— Ну-у, ничего определенного я сказать не могу, до нас доходят только слухи.

От Ланса не ускользнула легкая ирония в голосе маленького священника.

— Принц, как подобает человеку его положения, совершенствуется в делах ратных и политических.

— А точнее?

— Сразу видно военного человека, — объявил отец Мор. — Уже вторую неделю Его Светлость стоит с войсками под городом своего брата, принца Ланселота — северной столицей Эринией.

Ланс так долго смотрел на отца Мора, что тот встревоженно вскричал:

— Вам плохо, друг мой?

— Нет-нет, все в порядке, отец, спасибо. Просто, как я помню, у Его Светлости были слегка иные планы.

Отец Мор равнодушно пожал плечами.

— Не знаю, я не вхож в эти круги.

— А как же остальные принцы? — придя в себя, спросил Ланс.

Отец Мор принялся добросовестно вспоминать:

— После смерти герцога они что-то не поделили между собой и, как мы, простые люди, поняли, вверху началась склока. Громогласно ничего не объявлялось, но, похоже, в немилость попали Винсент и Ланселот. Последний сейчас, как я уже говорил, у себя на севере вместе с Леонардом и Филиппом. Виктор и Фредерик, видимо, с согласия остальных, живут в столице. Принц Винсент, по слухам, разругался со своим братом, Эдвином, и теперь уединился в своих землях.