Трон
Шрифт:
— Кто он? Кто?
Бывший капитан с ужасом следил за приближающимися к нему плечистыми фигурами в черном.
— Кто?
— Принц… Винсент… Ваш брат.
Старик безвольно уронил голову. Ланс знаком велел солдатам отойти, налил из глиняного графина вина, и поставил бокал перед стариком.
— Пейте.
Тот послушно осушил его.
— Вы убьете меня?
— С чего вы взяли?
Ларсен несмело поднял глаза.
— Но ведь я знаю… — он запнулся.
Ланс тяжело вздохнул.
— Со стороны, конечно, выглядит не очень здорово, когда член королевской семьи по ночам убивает своих подданных,
Затравленное выражение на лице Ларсена сменилось изумлением и надеждой.
— Ваша Светлость, я никогда ни за что не выдам Вас!
Принц мягко улыбнулся:
— Верю и очень вам благодарен за это. Герцог угрожал вам смертью?
Ларсен истово закивал:
— Да, да, Ваша Светлость, и даже хуже чем смертью.
— Теперь он мертв, и бояться нечего.
— Но остались его дети, — в глазах хозяина снова промелькнул испуг.
— То, что вам известно, не имеет никакого отношения к убийству герцога, — заверил Ланселот. — Вас насторожила кровь на рукаве?
Хозяин молча кивнул. «Наблюдательный, сукин сын!» — выругался принц про себя.
— Вы шпионите за всеми, кто к вам приходит, или этой чести удостаиваются лишь избранные?
Ларсен вновь сделался темнее ночи.
— Почему вы следили за нами?
— Мне… мне показалось необычным… все, — пробубнил старик и потупился.
— Ох, Ларсен, — вздохнул принц и осуждающе покачал головой, — когда-нибудь ваше любопытство будет стоить вам жизни, и, похоже, случится это скоро. Ну, зачем вам нужно было это делать? У вас отличное доходное место, мы закрываем глаза на некоторые излишества с вашей стороны и даже поручаем вам задания, которые не поручаем другим, что говорит об определенном доверии. И что же в ответ? Вы шпионите, доносите, двурушничаете.
— Но, что мне остается делать, если меня со всех сторон… — пискнул Ларсен, но Ланс не дал ему договорить:
— Зачем вы влезаете в игры, правил которых не понимаете? Ведь должно же у вас быть хоть какое-то чувство самосохранения!
Хозяин «Трех дроздов» подавленно молчал.
— Вам известно, что герцог хотел предпринять?
— Нет, Ваша Светлость, он только приказал держать язык за зубами и докладывать ему обо всем, что узнаю и в дальнейшем.
— Он приходил один?
— Один, Ваша Светлость.
— Как давно вы на него работаете?
— Уже более двух лет.
— То есть, начали еще при жизни короля? — удивился Ланс. — Вы хоть понимаете, чем это могло закончиться для вас? Что вас заставляло делать это?
— Он угрожал, — мрачно проговорил Ларсен, — но даже не это пугало меня. Он пообещал, что убьет мою Ронду, мою внучку.
«Что ж, выходит, дядя сэкономил на подкупе. Впрочем, он всегда был прижимист».
— Допустим. Герцог не объяснял, почему именно к тебе пришел справляться о нас?
— Нет, Ваша Светлость, он просто заявил, что знает о вашем посещении. Я не смог ему соврать.
— А заодно выложил и остальное.
Ларсен вскинул испуганные глаза:
— Я думал скрыть это, но он был настоящим демоном, Ваша Светлость. От него ничего нельзя было утаить. Он только
Старику опять стало страшно, он мелко затрясся, но теперь принц не стал его успокаивать и просто ждал.
— Хорошо, Ларсен, никто не узнает о твоем предательстве, но за это ты должен кое-что для меня сделать. Я не собираюсь заставлять тебя исполнить что-то невозможное, или угрожать, но ты должен понять, что мне совсем не хочется, чтоб ты продолжал обделывать свои делишки за моей спиной.
— Но ведь я же не по своей воле, Ваша Светлость, меня вынудили, — вставил Ларсен.
— Пусть так, но кто может гарантировать, что история не повторится?
Они помолчали, потом Ланс снова заговорил:
— Ты должен понимать, что после всего случившегося уже никогда не сможешь отойти в сторону и, рано или поздно, но тебя непременно поставят перед выбором: либо служба, либо смерть.
Собеседник обреченно кивнул.
— Я делаю это прямо сейчас, но при этом, учти, о смерти вообще нет речи. Мне не нужен раб, мне нужен просто верный человек. В обмен тебе предлагается хорошее отношение и покровительство на самом высоком уровне. Можешь отказаться, и я тотчас уйду, но следом придут другие и другими будут их условия. Вряд ли лучшими.
— Я понимаю, я готов служить, Ваша Светлость, — одними губами прошептал хозяин «Трех дроздов».
Спустя несколько минут троица нежданных гостей покинула ресторан, и Ларсен остался один в своем кабинете. Он сидел, в полном отчаянии обхватив руками голову, и даже не замечал оставленный на столе кошель, набитый золотыми монетами. Далеко, за морем показался край солнечного диска, но соседние дома все еще закрывали его. Впрочем, окна кабинета оставались плотно зашторенными.
В огромном неосвещенном Зале они были одни. Сквозь оконные витражи можно было видеть лоскуты затянутого низкими тучами ночного неба. Далеко-далеко над морем бесновалась гроза, но раскаты грома до них не доходили, и только огненные сполохи молний на короткий миг освещали неживым светом Зал и братьев, чтоб тут же вновь погрузить его во тьму.
Впрочем, ни Винсент, ни Ланс не нуждались в каком-либо освещении. Ланс в расслабленной позе полулежал на Троне, а его брат устроился в придвинутом вплотную к подножию кресле. Они беседовали уже несколько часов, до этого у обоих за плечами был насыщенный событиями день, и будь в помещении сторонний наблюдатель, он бы без труда отметил следы усталости на их лицах. Не ускользнуло бы от его внимания и то, что расположившемуся на жестком пьедестале Лансу неудобно, и время от времени он ерзает и меняет позу. И он совсем бы не удивился тому, что это заметил и старший принц.
— Интересно, сколько ты сможешь высидеть в этом чертовом кресле? — глядя на брата снизу вверх, не без ехидства обронил Винсент.
— Сколько угодно. Кровь — великое дело!
— О-о.
— А ты неплохо осведомлен о недостатках этого сидения, — Ланс постучал по резному подлокотнику. — Признавайся, наверняка уже и сам не раз примеривался?
— У меня, во всяком случае, хватило стыда на то, чтоб делать это в полном одиночестве.
— Хо-хо, ну и каков результат?
Винсент задумчиво посмотрел на брата.