Трусиха

Ростошь Нина Валерьевна

– - А что за коробочку ты делаешь?
– не выдержала Нелли.

– - Это секрет. И вряд ли мое необыкновенное произведение можно назвать коробочкой. Скорее, Вещь. Впрочем, я вижу, ты уже не дашь мне поработать.
– Леодин быстро собрал огромную кучу деревянного хлама со стола и запер в ящик.
– Лучше расскажи о себе. Нашлась свободная минутка или ты просто сбежала?

– - Сбежала, - призналась Нелли, осторожно доставая из кармана затейливого вида бутылочку.
– Вот, смотри, что я тебе принесла. Мы были в Главном Королевском погребе

и я решила, что королю ни в жизни все не выпить. А таких бутылочек там много.

Леодин рассмеялся:

– - Да ведь это же знаменитый ливонский уксус! Я все-таки еще не дошел до того, чтобы употреблять столь неподходящее сырье. Давай-ка лучше вернем королевскую собственность на место. А я, с вашего позволения, милая дама, употреблю немножко долинного бальзама. Леодин достал из просторных складок своего одеяния любимую фляжку. Садись, рассказывай. Что сегодня творится в замке?

– - Все то же: все суетятся, готовятся к осенней церемонии возложения чего-то там.

– - Не чего-то там, а возложения плодов. Это древняя традиция, берущая свое начало во временая Ярориана Победителя.

– - Ага, вот это самое. Фея должна показывать фокусы, нас с Пажом запрягли лущить бобы, как будто это мы -- золушки.

– - Кто?

– - А, фигня! Паж, если и соглашается улизнуть, то тащит тренироваться. Уж лучше я буду возиться на кухне!

– - Наверно, он как-то объясняет столь удивительное рвение.

– - Еще бы! Все время повторяет, что я очень могущественная и должна уметь контролировать собственное тело. Ну, типа, не затанцевать, когда не надо. Паж -- ужасный зануда.

– - Неужели?
– поразился Леодин.

– - Может, я немного преувеличила, - спохватилась Нелли, - но самую чуточку. А Маринетт опять застукали с тряпкой в руках. Говорит, задумалась и автоматически начала мыть пол. А тут слуги зашли! Представляешь? Арктуллий шепотом ругался -- жуть.

– - Боюсь, я плохой отец, - понурился королевский астролог.

– - Маринетт никогда такого не говорила, - запротестовала Нелли.

– - Она и не скажет, - грустно согласился Леодин.
– Хорошая девочка.

– - Ваша дочь -- принцесса, а вы говорите, "плохой отец". Да вы должны ей гордиться!

– - Я ей и так гордился, без всяких титулов... Эх, дай-ка, ваше иномирное высочество мне вон ту бутылочку и стакан. Спасибо.

– - Пить -- вредно, - осторожно заметила Нелли.

– - Зато помогает, - парировал королевский астролог и поморщился.
– Сходи-ка ты на кухню, принеси пирожков, устроим пир горой. Мы же еще не отметили твое возвращение!

– - Сейчас, - Нелли отправилась на кухню.

Эта комната совсем не напоминала привычный девочке закуток. Скорее, помесь заводского цеха (в прошлом году пятиклашек водили туда на экскурсию) и школьной столовой. Только развешанные по стенам сковородки, травы и колбасы придавали помещению некоторый уют, особенно в отсутствие людей.

Около двери в погреб Нелли с удивлением обнаружила Маринетт, которая сидела на стульчике поваренка и, кажется,

плакала.

– - Мар, ты что?

– - Золла иногда заходит сюда, гоняет местных кулинаров, - тень улыбки пробежала по лицу девушки.

– - А ты-то причем?
– не поняла Нелли.

– - Я хочу спокойно посидеть на кухне с чашкой чая, класть локти на стол, одеваться так, как мне удобно, а не изображать дворцовый манекен, - горько вздохнула принцесса.
– В таком наряде и нагнуться-то тяжело, не то что пыль как следует вытереть.

– - Тебе уже не надо вытирать пыль, - напомнила Нелли.

– - Все равно! Хорошо хоть Крестная больше не заставляет меня ходит с жабой в волосах. Это было просто кошмарно, чувствовать, как она там копошиться... Ох, - Маринетт вздрогула.

Нелли подумала, что если бы Паж смотрел на нее так, как на Маринетт, она согласилась бы терпеть трех жаб. И одного маленького ужика. А ведь у Маринетт еще есть принц, и корона, и вообще, вся сказка написана ради нее!

– - Ты должна радоваться, а не ныть, - девочка не могла скрыть внезапной неприязни.

– - Как радоваться, если теперь меня никто не любит? Вот и ты тоже злишься, - расстроилась Маринетт.

– - Я не злюсь. Просто надо во всем видеть хорошие стороны. Раньше ты это умела, а сейчас, когда этого прекрасного так много -- хнычешь.

– - Я не хнычу, просто немного расклеилась.

– - Тебе нельзя, ты -- героиня сказки.

– - В смысле?

– - Разве отец не говорил тебе, что каждый мир -- сказка и если ты один из главных героев, то можешь творить, что хочешь.

– - Говорил, но я не очень-то верила. А уж в то, что сказка обо мне... Да я даже не могла сделать так, чтобы у меня была новая обувь!

– - Понимаешь, сначала надо сыграть заданный сюжет, - объяснила Нелли, чувствуя как испаряется раздражение.
– А потом ты становишся кем-то вроде настоящего волшебника в пределах собственного мира. Стоит только по-настоящему захотеть... Правда, у меня с этим хотением все время проблемы, - самокритично призналась девочка.
– То не того чего-нибудь хочу, то никак не могу правильно настроиться. Уже думать страшно.

Маринетт засмеялась и погладила Нелли по голове:

– - Спасибо тебе, Нел. Я надеюсь, ты будешь очень-очень счастливой -- ты такая славная.

Нелли покраснела:

– - Извини, наверно, я просто завидовала. Если кто и заслуживает стать сказкой, так это ты. Знаешь, в моем мире "Золушка" - самая любимая сказка всех девчонок. И мультики есть классные, и даже в театрах ее играют.

– - Мультики?

– - Неважно. Я к тому, что быть Золушкой -- очень круто.

– - А о чем твой мир?

– - Не знаю. Изнутри невозможно угадать. Надо заглянуть в Большую Книгу сказок, а она, как объяснил Леодин появляется и исчезает когда и куда захочет. Честно говоря, я даже держала ее в руках, но ничего не смогла понять -- просто попала сюда -- и все. Ой, я совсем забыла, меня ждет твой папа. Я обещала ему набрать еды.