ТТТ

Янов Владимир

– «Шамбала» – это тибетский таинственный город в горах. Я у Николая Рериха читал про него. Там вроде бы живут самые мудрые бессмертные люди Земли, которые управляют землянами – не всегда, конечно, но во всяких критических ситуациях вмешиваются, стараются не допускать фатальных войн и гибели нашей цивилизации. И не «чашка» он сказал, а «Чаша Грааля» – это тоже из древней легенды. Вроде как в эту чашу собрали кровь распятого Христа, и потому она стала творить чудеса. Он, кажется, считает наш камень черепком этой таинственной чаши. Ну, хочешь, я тебе книжку потом дам почитать. А то ты сейчас забыл об основном – ведь нас сюда привёл не кто иной, как сам Симба.

Вот давай у него теперь и спросим, зачем это ему было нужно. Только как он нам это объяснит, если по-русски знает всего десяток слов.

Они обернулись к Симбе и застыли в оцепенении. Из-за спины ничего не подозревающего Симбы на них смотрело чёрное бездонное дуло пистолета.

На лице сидящего на площади Совершеннолетия старого шамана отразился нескрываемый страх, его глаза широко открылись и невидяще посмотрели куда-то очень далеко.

Ребята подняли глаза повыше и увидели своего старого знакомого, владельца «Лэндика» – мафиози Абдуллу. Но самое печальное было в том, что Симба с его магическими приёмами его не видел и смотрел на ребят своим спокойным гордым взглядом, как ни в чём не бывало. Абдулла, однако, уже давно, видимо, за ними наблюдал и кое-что понял. До него дошло, что если Симба его увидит, то с ним будет то же самое, что и с его подельником Гансом. Чтобы не допустить подобного, он рукояткой пистолета несильно, но достаточно резко и нарочито небрежно ударил ничего не подозревающего негритёнка по курчавой голове. Симба удивлённо закатил глаза и медленно осел на тропу.

Старый шаман на городской площади дёрнулся, словно его ударили, покрылся холодным потом, задрожал в лихорадке, откинулся назад и потерял сознание.

– А теперь мальчики, быстренько камешек волшебненький вот сюда, – Абдулла протянул свою мосластую ладонь, – и мы разойдёмся в разные стороны довольные собой и друг другом. Имейте в виду, что это, – он угрожающе покачал пистолетом, – не игрушка. Только спокойно, калибр 7.62 и не таких укорачивал.

Он устрашающе посмотрел на ребят и повысил голос:

– Не вижу энтузиазма, молодые люди.

Ребята стояли ошеломлённые налётом и не знали, что делать. Понятно, что Абдулла не знает, что камень исчез вместе с Мариной. Но говорить ему об этом, кажется, не стоит, а то нервы у него сдадут, и нажмет, случаем, на курок. И они негласно сговорились тянуть время, а там будет видно.

– Дя-я-яденька, – затянул Сашка, – какой камень? У нас был какой-то камень, но мы его потеряли вот здесь где-то. Вот мы и приехали его искать, а тут какой-то больной иностранец упал и лежит. Мы хотели скорую помощь вызывать, да не успели. Скажите, что нам делать? Давайте мы камень поищем, вот где-то здесь мы его потеряли.

Сашка продолжал противно гнусить, украдкой поглядывая на мафиози с пистолетом. Но на того эта интермедия не произвела впечатления. Не опуская пистолета, он подошёл к ребятам и грубо похлопал их по карманам. Камня в них не оказалось.

– Так, гимназисты, а где ваша подружка? Ведь она была с вами утром. В кустиках спряталась, скромненькая моя? Животик заболел? Ха-ха! А камешек видать у неё в джинсиках, ха-ха, прячется! Давайте, показывайте скоренько, где она, иначе я вам дырок в маечках понаделаю. И этот кучерявый гуталинчик – первый в очереди!

Он ткнул пистолетом в сторону лежащего Симбы и неожиданно выстрелил в землю рядом с ним для испуга. И в этот самый момент перед ним и ребятами мгновенно и совершенно бесшумно появился странный-престранный тип.

Это был человек неопределённого возраста с измождённым серым от грязи лицом, в старой рваной сутане

с полуоторванным капюшоном, с сумасшедшим взором горящих глаз под воспалёнными красными гноящимися веками. Он что-то бормотал на непонятном языке и с ужасом смотрел на стоящих перед ним ребят и мафиози с дымящимся пистолетом в руке, непрерывно осеняя себя мелкими крестами правой рукой. Но самое поразительное было то, что у него на левой грязной, немытой, видно, уже несколько недель ладони лежал пропавший совсем недавно вместе с Мариной таинственный волшебный Камень. Одного взгляда ребятам хватило, чтобы понять, что необыкновенный цветок куда-то пропал, что камень вернул себе свою обычную форму и был чрезвычайно возбуждён. По его поверхности катились волны тёмно-багрового цвета с чёрным траурным окаймлением, изредка открывающиеся кроваво-красными короткими и жёсткими лучами. Но камень заметили не только они. Мафиози увидел его одновременно с ребятами, но его реакция была стремительной. Одним прыжком Абдулла преодолел три метра до несчастного Алквилла, ибо это был именно он, левой рукой сгрёб камень с ладони фанатика, а правой, ещё держащей пистолет, привычно саданул Алквилла по темечку, отчего тот упал как подкошенная трава, даже не пискнув и не поняв, куда он попал и что с ним случилось.

Теперь счастливый новый обладатель вожделенного камня, не обращая никакого внимания на ребят, стал внимательно и с тупым восторгом рассматривать его. Пашка не выдержал такого издевательства.

– Это наш Камень, верни его нам. Мы его нашли и они, – он показал куда-то вверх, – разрешили нам владеть этим камнем.

Абдулла опомнился:

– Слушай сюда, гимназия! Сунешься – руки-ноги оборву и спички вместо них вставлю, – угрожающе сказал он, отошёл от ребят в сторону, снова посмотрел на камень, радостно засмеялся, несколько раз с алчным блеском в глазах ласково погладил его, чмокнул в оранжевый лучик и… тотчас исчез с глаз уже несколько привыкших к этому ребят.

– Ну вот, опять в прятки играем, – разочарованно протянул Паша. – Это становится уже слишком скучно! Сначала исчезает Марина, потом откуда ни возьмись, появляется какой-то дикий монах с нашим камнем, затем куда-то пропадает сам Абдулла и с камнем, и с пистолетом. Я надеюсь, динозавр Годзилла ниоткуда сейчас не выпрыгнет?

– Насчёт динозавра не уверен, – мрачно подхватил Сашка, – но лично я хотел бы спросить у того, кто нас сюда привёл, что всё это значит.

Он кивнул на лежащего на земле и открывшего один глаз Симбу.

– Да, как ты, кстати? – спросил Паша негритенка и, достав из рюкзачка фляжку, дал ему напиться.

В это время старый шаман на площади Совершеннолетия пришёл в себя, отёр с холодного лба ледяной пот и продолжил своё заунывное скучное камлание.

Левый глаз Симбы заплыл здоровенным фингалом, впрочем, почти незаметным на его лице цвета тёмной ночи. Однако юный негр довольно быстро пришёл в себя, вскочил на ноги, погрозил кому-то, очевидно, мафиози, своим грозным копьём, и снова встал в свою обычную позу ожидания. Паша не выдержал:

– Ты чего ждёшь, вояка? Где Марину искать? Где наш камень? Ты чего нас сюда привёл? Что нам делать дальше?

Но ни один мускул опять не дрогнул на лице юного стоика. Он спокойно и серьёзно посмотрел Паше в глаза и сказал:

– Симба ждать! Биыстра!

Тут не выдержал Сашка:

– Чего опять ждать? Что «биыстра»? Ты нам, кажется, просто голову дуришь. Все из-за тебя случилось: и Марина пропала, и чудесный камень мы потеряли. Да мы тебя сейчас твоим же потешным копьём и отдубасим, Сусанин ты африканский.