ТТТ
Шрифт:
Он уже сделал шаг по направлению к Симбе, но его остановил задумчивый голос друга Паши:
– Сань, глупостей не делай, а? Вспомни, кто сопит тут в траве. Ганс Келлер – кажется, так его зовут? – тоже ведь чего-то хотел, но ничего не смог. У Симбы какие-то африканские штучки имеются, против которых мы бессильны. Да нам ничего и не надо предпринимать. Сдаётся мне, что Симба как-то общается с тем шаманом на площади, который уж точно знает, что нужно делать, а нам действительно остаётся только ждать.
И только он замолчал, как вдруг перед ними в знойном воздухе, напоённом ароматами цветущих трав и кустарников, на строгом фоне прибрежных скал появилась
Ребята не верили своим глазам:
– Маринка, наконец-то! Ты куда пропала? Где была? У нас тут такое творится – мы уже ничего не понимаем! Ты больше никуда не исчезнешь? – затараторили они.
– Привет!!! – Марина, увидев мальчишек, и вовсе засияла, подбежала и едва не завалила их своими объятьями на землю. – Я так соскучилась по вам, так старалась вернуться, что, представьте себе, сбежала почти со своей свадьбы! Вы должны оценить мою верность! – хитро посмотрела она на них. – Хотя, где уж вам?
– Какая свадьба? Ты что, за этот час уже успела затеять свадьбу? А говорила-то, говорила – надо долго выбирать, надо присматриваться к человеку…
У ребят были круглые от удивления, ничего не понимающие глаза. Но теперь уже изумилась и Марина:
– Всего один час? Да я несколько дней была в гостях у племени Белого Леопарда. И на самом деле, это было так здорово, ребята. Я была для них настоящей богиней, и за это время помогла им победить орды диких кочевников. А потом, вы не поверите, меня хотели выдать замуж за самого храброго охотника и воина племени, за юного вождя Унушу. Между прочим, парнишка тот ещё – одной стрелой двух уток на лету сбивает. И я ведь могла там остаться навсегда, но мне всё-таки удалось вернуться, хотя это было очень нелегко… Я расскажу вам всё подробно, но попозже, а сейчас надо решать, что делать дальше. Я вижу, у вас тут уже вечереет. Симба, – обратилась она к африканцу, – ты все-таки зачем нас сюда притащил?
– Вот-вот, – поддакнул Сашка. – Чтобы учинить эту потасовку?
Он показал было на поверженных охотников за чудесным камнем, но, ко всеобщему удивлению, в кустах уже никого не было. Ребята осмотрелись и заметили лишь мелькнувшую далеко среди скал сутану дикого монаха. Его немецкого коллеги по несчастью тоже уже не было видно. Но ребятам некогда было огорчаться. Им стало ясно, что пришла пора действовать.
Симба требовательно протянул руку к Марине.
– Камэнь, – строго промолвил он. – Дай.
Марина, вытащившая было камень из кармана, невольно спрятала руку за спину.
– Зачем тебе он? Что ты хочешь делать?
Но Симба был настойчив, требователен и по-прежнему немногословен.
– Симба нада, – повторял он. – Симба знать.
Марина вопросительно взглянула на ребят. Пашка пожал плечами и решил:
– Да пусть возьмёт! Для этого он, видимо, нас сюда и затащил. Дед его – колдун африканский, а он его помощник. Ведь если бы не он, кто знает, эти бандиты давно отобрали бы у нас Камень. Да ему ничего не стоит и нас усыпить, как ту пехоту, – он показал глазами в сторону сбежавших. – Дай ему камень. Он теперь и ему тоже принадлежит. Может быть, он действительно что-то знает.
Бережно, как величайшую драгоценность, взяв Камень, Симба прикоснулся к нему губами, пошептал над ним, нарисовал в воздухе некие непонятные ребятам знаки. Камень внезапно ожил, налился оранжевыми волнами, мелко завибрировал. Он снова свернулся в загадочный бутон,
19
Идти было не трудно. Сфокусированный оранжевый луч слабо освещал проход, пол был ровный, повороты не резкие. В однообразных, из серого известняка, стенах иногда встречались остатки древних коралловых рифов, раковин, местами их прорезали чёрные зигзаги даек диабазов или андезитов. В нескольких местах проход пересекали крупные, в несколько метров толщиной, гидротермальные карбонатные жилы, пустоты в которых были сложены щётками изумительных по красоте и блеску кристаллов кальцита, флюорита и других чудесных минералов, заманчиво переливающихся в свете таинственного луча.
Через некоторое время ребята почувствовали значительную перемену в обстановке. Исчезло чуть слышное звучание, сопровождавшее их с первого момента проникновения в глубь горы.
В оранжевом свете пещерные своды стали ещё более загадочными и прекрасными. И самое главное – они поняли, что уже двигаются по простому пещерному ходу, вырубленному в скале в невесть какие времена. Потолок хода был неровный, и на нём и на стенах были нередко были видны следы рубил древних каменотёсов.
Ребята двигались внутри скалы уже около получаса. Они прошли несколько резких поворотов, случались перекрёстки и раздвоения, но всякий раз дорогу им указывал волшебный проводник, освещая только тот путь, который считал нужным, и который, похоже, был единственно правильным. Вдруг Симба, шедший первым с камнем в руках, резко остановился. Оранжевый луч стал напряжённым и острым. Он упёрся в пол впереди ребят, ощупал его и вдруг часть пола перед ними с грохотом провалилась, образовав тёмный провал шириной метров пять. Позади них что-то тоже грохнуло, осыпалось, оттуда повеяло пылью и сыростью. Симба повернулся и посветил назад – весь ход позади них был завален обрушившимися сверху обломками.
– Ребята, это ловушка, – мрачно заметил Паша.
– Да, – протянул Саша, – ни назад, ни вперёд.
– Да ладно вам, – успокоила их Марина. – Симба и волшебный Камень, наверное, знают, что делают. Наши мудрые проводники, я думаю, не бросят нас в беде.
И точно! Симба пошептал что-то в сторону провала, и оранжевый луч стал расширяться, превращаясь в сферу, которая охватила всех четверых ребят. Затем светящийся шар вместе с ребятами плавно приподнялся в воздух и медленно и неслышно перелетел через пугающий тёмный провал. Когда ребята поняли, что произошло, они уже стояли на другой стороне преграды, а Симба уже готовился продолжить путь. Как ни в чём не бывало, он ещё что-то пошептал, бросил щепотку серого порошка в зияющую бездну, откуда вдруг послышалось глухое ворчание, почувствовалось некое скрытое движение. Симбу это нисколько не смутило. Он воинственно потряс своим игрушечным копьём, и опять молча двинулся дальше, скользнув по друзьям быстрым оценивающим взглядом. Ребята молча потянулись за ним. Ничего другого им было не дано.