Тупик
Шрифт:
Я с честным видом покачала головой.
— Ей-богу, не вру. Никто не мог мне ответить про мою сумку, и я отправилась к самому Бледсоу. Понимаешь, в сумке остался мой «смит-и-вессон». А он стоил триста долларов, это не пустяки.
Я знала, что этим незамысловатым приемом сумею отвлечь внимание Бобби от главного. Он никак не может свыкнуться с мыслью, что я разгуливаю по улице с пистолетом. Отец научил меня обращаться с оружием еще в детстве, он считал, что большинство несчастных случаев, связанных с огнестрельным оружием, вызвано тем, что дети не умеют с ним обращаться. Отцу нередко
Тут я чувствовала себя увереннее. Напомнила ему об автомобильной аварии.
— Твоим парням хочется верить, что это проделки хулиганов. Я же думаю, это дело рук того, кто связан с портом. Вот потому я и отправилась в Тандер-Бей — чтобы поговорить с капитаном и главным механиком «Люселлы». Вполне возможно, что убрать меня попытался один из них. Вот я и взяла с собой оружие.
Мы поговорили об этом еще какое-то время. Я сказала, что по-прежнему убеждена — Бум-Бума намеренно столкнули под корабельный винт «Берты Крупник». Кроме того, я настаивала на том, что Генри Келвина, охранника, убили взломщики, пытавшиеся найти в квартире Бум-Бума документы, которые являлись доказательством преступлений, происходивших в порту.
Но Бобби меня не слушал. Он по-прежнему не сомневался в том, что Бум-Бум стал жертвой несчастного случая, мой автомобиль изуродовали хулиганы, а Келвина прикончили перепуганные грабители. И я решила, что ничего ему больше не скажу. Если полиция ведет себя так по-идиотски, пусть сама решает все головоломки.
Потом Бобби вспомнил о моих отпечатках пальцев, оставленных в кабинете Филлипса. Я постаралась уйти от ответа:
— А зачем вы снимали там отпечатки пальцев?
— Потому что парня убили, Вики, — саркастически ответил Бобби. — Мы провели в его кабинете полную проверку. Возможно, Филлипса именно там и прикончили.
— В самом деле?
Мэллори механически водил ручкой по листку бумаги.
— По заключению медэксперта Филлипс умер от удушья. Произошло это уже в грузовом трюме. Происхождение раны на голове не вполне понятно. Так или иначе, удар был все равно смертельный. Если бы Филлипс не задохнулся, ему все равно бы не жить.
Меня затошнило. Такая ужасная смерть! Филлипс мне не нравился, но такой страшной кончины я ему не желала. Хотя, если это он столкнул Бум-Бума с пирса...
— Когда это произошло?
— В шесть утра. В воскресенье. Плюс-минус несколько часов. Послушай, Вики, я хочу знать, что ты делала у него в кабинете. И когда это было.
— Вчера часов в шесть утра я отправилась к Филлипсу, чтобы поговорить с ним о смерти Бум-Бума. Когда Филлипс отказался отвечать на мои вопросы, я пришла в ярость и стукнула его по голове бронзовой чернильницей, которая стоит у него на столе.
Бобби чуть не испепелил меня взглядом. Меня снова затошнило. Бобби кликнул Мак-Гоннигала, томившегося за дверью:
— Садись и записывай каждое ее слово. Еще одна шпилька, и
Я разглядывала ногти на правой руке. Пора сделать маникюр. Левая рука выглядела не лучше.
— В субботу вечером.
— И что ты там делала?
— Если бы я собиралась что-то украсть, то у меня как-нибудь хватило бы ума надеть перчатки. Я ничего оттуда не взяла. Просто хотела найти информацию, подтверждающую, что Филлипс нечист на руку.
— Кто твой клиент, Вики?
Я покачала головой:
— Конфиденциальная информация, Бобби.
Мы поговорили еще немного на эту тему. На самом деле я считала своим клиентом Бум-Бума, но не собиралась в этом признаваться. Бобби мог и в самом деле запереть меня под замок.
— Невозможно втащить мертвое тело в порт так, чтобы этого никто не заметил, — сказала я. — У ворот стоит полицейский. Ты спрашивал у охранников, кто проезжал в порт в воскресенье рано утром?
Мэллори презрительно посмотрел на меня:
— Уж до этого мы как-нибудь додумались бы и без тебя. Сейчас мы как раз спрашивали этих людей.
— А Нилса Грэфалка среди них случайно не было?
Бобби прищурился:
— Нет. Его там не видели. А что?
— Просто любопытно, — пожала я плечами.
Бобби продолжал приставать ко мне, желая выяснить, что именно я рассчитывала найти в кабинете Филлипса. Это продолжалось очень долго.
В конце концов я не выдержала:
— Бобби, по-твоему, смерть Бум-Бума — несчастный случай. Я же считаю, что это убийство. Я разыскивала улики, которые позволили бы мне связать Бум-Бума с «Юдорой Грэйн». Ведь он погиб возле их элеватора после того, как поспорил с их человеком.
Мэллори сложил бумаги на столе аккуратной стопкой, снял очки и водрузил их сверху. Это означало, что допрос окончен.
— Вики, я знаю, как сильно ты любила Бум-Бума. Думаю, ты ищешь в его смерти какой-то особый смысл. Сама знаешь, сколько мы тут всего видим. Кто-то теряет сына, кто-то жену, кто-то отца. Люди не могут поверить, что это произошло на самом деле. Особенно если речь идет о несчастном случае. Всем кажется, что их близких убили, что существует какой-то заговор. Почему-то это помогает смириться со смертью. Выходит, что тот, кого они любили, был человеком важным. Кому-то мешал, кто-то хотел его убить и так далее. Тебе в последнее время пришлось несладко. Бум-Бум погиб, ты угодила в катастрофу. Надо бы тебе уехать на несколько недель, позагорать на солнышке, отдохнуть. Расслабься, дай себе передышку.
После этой речи я, естественно, не стала ему рассказывать ни о документах Бум-Бума, ни о Мэттингли, прилетевшем из Солт-Сент-Мари на самолете Мартина Бледсоу. Сержант Мак-Гоннигал предложил отвезти меня домой, но я из духа противоречия сказала, что доберусь сама. Когда я наконец встала со стула, ноги совсем занемели — разговор продолжался больше двух часов. Было около десяти, когда я вошла в Северо-Западную подземку на Рузвельт-роуд. Доехала до Кларк и Дивижен, затем пересела на 22-й автобус и вылезла у Белмонта и Бродвея, решив последние полмили пройти пешком.