Творцы миров
Шрифт:
Только бы удержаться, не скатиться, не сорваться. Пока, тьфу-тьфу, держимся. Как ни странно, даже энтузиазм не угас, хотя время идет, бежит, скачет, летит. Наверное, слишком уж накопилось в каждом из нас стремление вырваться из того болота, в котором живем. И когда я вякнул насчет последнего шанса, все ухватились, как утопающие: другого шанса в самом деле может не быть вовсе…
Сегодня первое января, Новый год, никто в России не работает, и еще две недели не будет работать, за эти две недели беспробудного пьянства от алкоголя умрет сто тысяч человек, от обжорства – сорок тысяч, по пьяни попадут под
Я припарковался, окна офиса освещены, изредка мелькают тени на жалюзи. Чувствуя, как радостно стучит сердце, а горечь, что вот я снова один, Габриэлла и Кларисса в руках других мужчин, медленно уходит, я взбежал по ступенькам, тихо прошел по коридору и приоткрыл дверь.
В ноздри шабанул запах свежесваренного кофе, пахнет булочками и ветчиной. Офис выглядит живым: диваны нашими задницами протерты до дыр, продавлены, на креслах горы книг, бумаг, дисководы и коробки с ДВД, столы тоже завалены, а клавиатуры в желтых пятнах пролитого кофе. В помещении, кроме аромата кофе и ветчины, чувствуется по запаху еще и пикантная колбаска и охотничьи сосиски, только они пахнут так остро. Похоже, половина команды и ночевала здесь, заказывая продукты по инету из ближайшего круглосуточного магазина.
Скофин собрал у своего стола Ворпеда, Николая и Секиру, размеренно втолковывал им, словно деловито тесал у каждого на голове средних размеров кол:
– Кроме удовольствия набить морду живому игроку, а не компьютерному, это первая ступенька удовольствия, есть и вторая – схватка пати на пати, война кланов, гильдий и даже альянсов! Это хоть понятно? Ну а высшая ступень – противостояние Севера и Юга, Запада и Востока, Света и Тьмы… ну, как не назови, а чтоб мир расколоть на две половины…
Ворпед сказал живо:
– Можно и третью половину!
– Это как?
– Скажем, есть еще нейтралы. Которые ни с кем не воюют.
Николай нахмурился.
– Когда тигры дерутся, выигрывает китаец на дереве?
Я подошел тихо, Ворпед оглянулся на меня, отвесил вежливый поклон, остальные просто поулыбались, Скоффин объяснил наставительно:
– Не совсем так. Когда какая-то сторона выигрывает, она получает какие-то преимущества. Ну, скажем, накладывают на всю захваченную территорию добавочный налог в три-пять процентов. Или им бафы раздают НПСы бесплатно. А проигравшая сторона что-то теряет. А вот нейтралы вообще ничего не получают! Потому я бы не сказал, что нейтралом быть выгоднее. Не потеряешь жизнь, а вместе с нею частичку лэвела, зато не получишь каких-то льгот…
– То есть воюющие постоянно теряют и приобретают, а нейтралы не теряют и не приобретают?
– Да. Кому не нравится жизнь с элементами риска, пойдут в нейтралы. А кто более азартен по натуре – встанет на сторону Добра или Зла.
– В смысле? У нас же нет такого!
– Как это нет? Везде они – силы Добра, а противники – сила Зла! Ты не выдумывай, иди к первоисточнику!
Николай набычился, спросил грозно:
– Это куда-куда, ты меня послал?
Скоффин испуганно дернулся.
– Ты чего?
– Нет, ты скажи, куда меня послал, гад?
Скоффин пробормотал испуганно:
– К
– Ага, а что ты на своем поганом интеллигентном языке называешь первоисточником? Трудно сказать по-простому, что пошел нах?.. Привет, шеф!
– Спасибо, – сказал я саркастически, – заметил все-таки. Кстати, с Новым годом! Новым счастьем, это я про свой приход. Новый год – это новая надежда изменить свою жизнь к лучшему, ничего для этого не делая.
Николай спросил с удивлением:
– Сегодня – Новый год?! Тогда еще по двести… Сегодня какое число?.. Первое? А тридцать первое было?
Я сказал тепло:
– А теперь, раз я не один такой придурок, что первого января пришел на работу, марш за свои столы, а то начну кровавые репрессии. А ты, Ворпед, покажи-ка мне инструментарий создания чара… Помнится, обещал что-то совсем необыкновенное.
Николай сказал бодро:
– Есть примета: как встретишь Новый год, так и весь год будешь!
– Жуть, – пробормотал Скоффин. – Я все мечтаю, что у нас взорвется что-нибудь, все взлетим на воздух и будем счастливы… а тут такая жуть впереди!
Ворпед уже нетерпеливо ждал меня у своего стола, на дисплее высветились три ярких скина. Николай бросил ревниво:
– Фигня, ничего необыкновенного он не сделал. И не сделает. По дефолту.
Ворпед нахмурился, я отыскал и подтащил свободное кресло, Ворпед начал объяснять процесс создания нового персонажа. Теперь, значит, в настройках гигантский, ну просто гигантский выбор моделей, плюс возможность самому менять характеристики. Но если раньше меняли только рост, цвет кожи и волос, а также небольшие подвижки в чертах лица, то теперь можно кроить тело с учетом более чем шести сотен встроенных параметров. Собственно, ничего революционного, как Ворпед пробормотал сам же стеснительно, Николай чуточку прав, разработчики могли такое всобачить и раньше. Но при общем примитивизме игр тех лет глупо пару часов настраивать внешность персонажа, если в игре почти все выглядят одинаково, хватит и того, что отличаются по росту и габаритам. Зато теперь, когда на мощном железе делаем суперграфику, впервые размер и форма ресниц будут хотя бы замеченными.
Скоффин и Секира, радуясь возможности выдернуть из кресел онемевшие от многочасового сидения задницы, добрались до стола Ворпеда, нависли над нашими головами, старчески охая и растирая поясницы. Оба с видом умудренных эстетов присматривались, как Ворпед вводит границы от и до, Николай сказал в задумчивости:
– А почему размер пенисов в этих границах?
– Потому что меньше – это уже не пенис, – буркнул Ворпед, – а больше… таких просто не бывает!
Скоффин тут же увидел возможность оспорить, сказал сварливо:
– Ну и что? Для любителей экзотики дадим возможность увидеть и потрогать… э-э… нечто более весомое.
– Для экстремалов, – вставил заглядывающий через плечо Секира.
Ворпед сказал раздраженно:
– Пошли вон! Будете отвечать за пенисы, вот тогда и делайте что хотите. А я не хочу, чтобы меня привлекли за умышленное нанесение вреда здоровью потребителя. Вот с этим, видите?.. и то уж бывали разрывы вагины и прочие неприятности. Я что, с потолка беру? Вот справочник!
Скоффин взял в руки, полистал, брезгливо рассматривая иллюстрации.