Убить президента
Шрифт:
Никитин снова кивнул, с неудовольствием вспомнив то, как он неожиданно столкнулся с Ланой Стаскевич в резиденции «Дрозды». Чертова девка! Никитин взял грех на душу и не стал докладывать об инциденте. Неприятности были бы и у девушки, и у его коллег в «Дроздах». А тот прораб, так он просто больше не получит пропуска на правительственные объекты, и все. Без всяких разъяснений его руководству. Есть у КГБ такое право – ограничивать доступ без объяснений.
– От нас не требуется согласовывать аккредитацию иностранных журналистов, – согласился Никитин, слушая доводы контрразведчика. – Наша задача – обеспечение технической безопасности
– Я это говорю лишь потому, что угроза теракта существует, – сказал контрразведчик. – В зависимости от принятого решения посещения тех или иных объектов, нам придется перестраиваться на ходу. Нам – я имею в виду и нашу временную оперативную группу, и мое подразделение, и ваше подразделение. В том смысле, чтобы потом не тратить время на объяснения и дополнительные согласования.
– Хорошо, за маршруты мы ответственности не несем, а объекты мы прикрыли. Или есть еще какие-то дополнения и пожелания?
– Пожалуй, нет, – ответил контрразведчик. – Если только составом группы провести в последние дни проверочные выезды на три объекта как на наиболее вероятные к посещению. И еще бы я вместе со службами безопасности поработал на объектах энергетики. Президентам никак не избежать этих вопросов, а уж визитов туда тем более.
– Я думаю, что там постараются ребята из службы охраны российского президента. У них в руках маршрут, им и карты в руки.
– Неприятно будет, если возникнут инциденты. Я бы посоветовал на местах разработать и согласовать с нами план и порядок встречи президентов. Маршрут следования, удаление максимального количества посторонних с маршрута, количество и пофамильный список допущенных на короткий митинг с вопросами и пожеланиями от «народа». Главное, чтобы там никаких командированных или деловых партнеров не было.
– Резонно, – согласился Никитин. – Сегодня я этим займусь.
Фотографий было много. Максим два дня ездил по правительственным объектам и фотографировал подходы, подъезды, окружающую территорию. Сейчас группа сидела с планами города, скачанными с «Гугла» спутниковыми снимками и анализировала ситуацию.
– Исходить придется из того, – сказал Росляков, – что визит президента может быть на любой из этих объектов.
– Смысл? – пожал плечами Демичев. – В Полесье они вряд ли последуют, в «Дроздах» стройка идет…
– Пошевели мозгами, – посоветовал ему Росляков. – А если Лукашенко захочет похвалиться строящимся ледовым комплексом? Не допускаешь?
– Молчу, – поспешно ответил Андрей. – Если здесь будет демонстрация теракта, как в Чехии, то нам не уследить за всеми точками. Подъезжай с любой стороны и «бабахай».
– Плевать! – отрезал Росляков. – Нам не имитации надо бояться, наша задача – реальное покушение предотвратить. Ты бы какое место выбрал…
Демичев задумался. Зато ответил молчавший до этого времени Максим.
– Исходить надо из того, что действовать им придется наверняка. Никаких неудач и проколов у них быть не должно по определению. Значит, место выбирать и способ они будут самые реальные. И они не дураки, они понимают, что спецслужбы все стационарные объекты «закроют». Просто ни одна машина не подъедет ближе двухсот метров ни к резиденции, ни к штаб-квартире СНГ.
– И что? – язвительно спросил Демичев.
– Я бы на их месте выбирал место, которое досконально не перекроешь. Например, такое место визита,
– По пути следования не получится, – возразил Росляков. – Решение о маршруте при таких визитах принимается в самый последний момент. Проходит команда по связи, и дорожная милиция перекрывает улицы. Тут почти стопроцентная гарантия, потому что исходя из возможных вариантов маршрутов террористам придется готовить фугасы в припаркованных машинах минимум в пяти местах. Нет у них столько взрывчатки.
– Кавказ рядом, – хмыкнул Демичев, – могут и запастись.
– Я бы первым делом занялся разработкой нового Торгового центра, – предложил Максим, – потому что там представлены наши компании. Президент может посетить. А еще узловые пункты в системе транзита газа. Вопрос больной, его обсуждать будут во время визита обязательно. Тоже может посетить.
– В общем-то, резонно, – нехотя согласился Андрей, – надо изучать подходы к этим объектам. Если «рвать» там, то килограммов десять в тротиловом эквиваленте им надо. Чтобы несущие конструкции повредить, трубопроводы.
– Максим, – задумчиво проговорил Росляков, – давай-ка, на всякий случай, займись кавказцами. Не очень мне верится, но чем черт не шутит. Нашими все каналы более или менее перекрыты, с Кавказа почти ничего серьезного не поступает, и лидеры разного уровня вроде все под контролем. Но…
– Я понял, – кивнул Максим.
– Понял – хорошо. Теперь давайте освежим в памяти данные по базе террористов. Ну-ка, Андрей, садись за компьютер. А ты, Максим, смотри и запоминай. Можешь случайно на кого-нибудь наткнуться. Что-то мне не особенно верится в чеченских боевиков, слишком все как-то сложно. И Чехия эта неспроста…
В отличие от Андрея Демичева, полковник Росляков прекрасно знал или, точнее, догадывался, какой опыт имел Максим Алексеев. Давая задание капитану «порыться» в среде местных кавказцев, он умышленно не потребовал от него плана внедрения, не просил посвятить его в свои идеи по выполнению полученного задания. На начальном этапе Росляков хотел посмотреть, как Максим будет действовать, насколько он самостоятелен в выборе методов и средств. Идея со способом проникновения в санаторий «Белорусочка» давала основания полагать, что опыта и фантазии у Максима хватит. А вмешаться со своими советами никогда не поздно.
Получив задание, Максим только кивнул. Росляков не ошибся в том, что молодой оперативник привык обходиться только тем, что у него есть, не требуя от руководства полного обеспечения, создания условий. Руководству виднее, и если оно не сочло само всем обеспечить выполнение задания, то это надо понимать, что он сам должен обо всем позаботиться. Так Максим и понял свое задание.
Подход он решил применить самый что ни на есть элементарный. Ему нужен был пистолет, которым в случае чего не жалко пожертвовать. Свой керамический он использовать не стал, оставив его на конспиративной квартире. В тот же день Максим спустился на улицу, дошел до ближайшего книжного магазина и купил рулон кальки, гуашь, а вернувшись, занялся творчеством. Нарезав стопку бумаги по размеру долларовых купюр, он старательно и долго подбирал цвет, смешивая краски, а потом так же тщательно и аккуратно выкрасил листочки на обрезах. Теперь, при определенной ловкости, он мог достаточно убедительно продемонстрировать то, что в его бумажнике имеется пачка стодолларовых купюр.