Участь Эшеров
Шрифт:
— И давно вы болеете?
— С тех пор, как упала комета, — ответил он. — Я не помню, когда не болел. Хворь то сильнее, то слабее. Ну как, холодно все еще? — Он скосил здоровый глаз в сторону очага.
Рэйвен почувствовала спиной тепло раньше, чем услышала внезапное шипение огня. Пораженная, она мгновенно обернулась к очагу. Дрова пылали. Старик их не касался, но они загорелись.
— Как вы это сделали? — спросила она.
— Что сделал?
— Огонь. Как вы его зажгли?
—
Мальчик ведет машину. Это он. — Старик помедлил, его трость была вытянута вперед, как носовая антенна истребителя. — Да. Все верно, это он.
Рэйвен все пялилась на горящие поленья. Она была в ступоре и почти не слышала старика. Девушка протянула к огню руки, чтобы убедиться в его реальности.
— Женщина видит желтую машинку, — пробормотал старик. — Узнала, хочет ехать обратно. — Он быстро взглянул на Рэйвен. — Она тебя недолюбливает.
— Кто? — Рэйвен потерла виски онемевшими пальцами. — Миссис Тарп?
— Да. Боится тебя. — Он помедлил, а затем удовлетворенно хмыкнул. — У мальчонки побольше ума. Они идут вверх по тропе. — Король Горы заковылял встречать гостей.
Оставшись одна, Рэйвен отвернулась от очага. Она чувствовала себя не в своей тарелке, понимая, что вторглась в чужой мир, не соответствующий ее представлениям о реальности. Старик не касался дров, но они вспыхнули. Он проведал, что кто-то идет, с расстояния в сто футов или, возможно, больше. Даже узнал, что Майра Тарп ее боится. Что он за человек и почему предпочел одинокую жизнь среди этих руин? Рэйвен оглядела царящий вокруг беспорядок. Под дырами в крыше стояли ведра, чтобы собирать воду. Повсюду валялись сухие листья, бутылки и консервные банки.
Взгляд остановился на матрасе, и до нее постепенно дошло, чего она не заметила раньше.
Под оранжевым одеялом угадывались очертания человеческого тела.
Рэйвен смотрела не шевелясь. Затем медленно приблизилась к матрасу и стянула одеяло.
Под ним оказался целый ворох газет, лохмотьев и журнальных страниц. Оттуда поднимался сырой запах плесени.
Фигура, погребенная под тряпьем и бумагой, виднелась более отчетливо. Рэйвен решилась сбросить одну из тряпок на пол.
Под ней снова бумаги. Она взяла пожелтевшую газетную страницу за край и аккуратно приподняла.
Она поняла, что смотрит на хрупкую руку скелета.
Убрав еще лоскут, девушка обнаружила часть грудной
Быстро отступив от матраса, Рэйвен поняла, что Король Горы спит на своей кровати вместе с мертвецом.
Из огня летели искры. Рэйвен оглянулась и увидела в дверях старика. Давно ли он там стоит, она не знала, но сейчас он, казалось, совсем потерял к ней интерес. Король Горы пересек комнату, чтобы погреться у огня, и несколько раз кашлянул, освобождая легкие от слизи.
В следующий момент в дом вошел Нью, одетый в свитер и коричневый пиджак. На бледном лице мальчика ярко выделялись заживающие царапины. Он нес бумажный пакет.
Майра Тарп остановилась в дверях, ее рот искривился.
— Гляди-ка, — сказала она, — снова вы, точно чертик из табакерки. Я видела внизу вашу машину. Хотела возвращаться, да Нью отговорил.
— Здравствуйте.
Сморщив нос, Майра вошла в дом. Она встала рядом с дверью, прислонившись спиной к стене. Ее испуганный взгляд метался между Рэйвен и Королем Горы.
— Нью, отдай то, что мы принесли.
Нью протянул старику пакет. Тот осторожно принял его, заглянул внутрь, а затем взял за угол и вытряхнул содержимое на пол. Посыпались консервы.
— Бобов не было, — нервно сказала Майра, когда он стал рассматривать банки. — Но мы принесли фрукты и пару банок тушенки.
Король Горы отобрал консервированные фрукты, потряс их возле уха.
— Свежие, — заверила его Майра. — Куплены всего несколько дней назад в Фокстоне на рынке.
Он хмыкнул, явно удовлетворенный. Его глаз смотрел на мальчика.
— Нью. Так тебя зовут?
— Да, сэр. Ньюлан Тарп.
Внутри у Нью все дрожало, но он был твердо намерен не показывать страха. Когда они с матерью поднимались по тропинке, Король Горы неожиданно появился сзади них. Затем, не говоря ни слова, повел через руины в этот старый дом. Мать Нью заупрямилась, обнаружив машину Рэйвен Дунстан, но Нью ее убедил. «Мы же далеко заехали, что ж теперь возвращаться? Ну и что с того, что газетчица тоже там, в руинах?
Какое это имеет значение?» Майра сказала, что имеет, и большое, но появление Короля Горы прекратило дальнейший спор.
— Сколько тебе лет?
— Пятнадцать, сэр.
— А ты знаешь, сколько мне лет? — спросил старик не без гордости. — Я родился в… дай подумать… я родился в тысяча девятьсот девятнадцатом году. Когда мне было пятнадцать, я… — Он осекся, но потом договорил: — Я был вот здесь.
Это уже после того, как упала комета. У меня теперь нет ясности в голове. Но я помню, когда мне было пятнадцать, потому что в том году Лизбет исполнилось одиннадцать и он ее чуть не утащил.