Ученик
Шрифт:
— Что-то случилось, — сказала Анжела. Она сидела на диване в окружении мужа и младшего сына Майкла и безрадостно смотрела на подарки, выставленные на кофейном столике — такого количества пены для ванн и талька ей явно должно было хватить на следующее десятилетие. — Может быть, он заболел. Или с ним что-то случилось, а мне никто не позвонил.
— Ма, с Фрэнки все в порядке, — уверяла ее Джейн.
— Да, — поддержал сестру Майкл. — Может, его послали… как это называется? Когда они играют в войну?
— Маневры, —
— Да, на какие-нибудь маневры. Или даже за границу. Может, там даже телефона нет, чтобы позвонить.
— Он же обычный сержант, Майкл, а не Рэмбо.
— Даже Рэмбо посылает матери поздравительную открытку, — проворчал Фрэнк-старший.
Воспользовавшись паузой, гости дружно принялись за торт и в течение последующих минут сосредоточенно жевали.
Грейси Камински, ближайшая соседка Риццоли, отважилась первой нарушить молчание.
— Торт так хорош, Анжела! Кто его испек?
— Я сама, — сказала Анжела. — Представляешь, самой печь торт на собственный день рождения. Но в этой семье именно так и происходит.
Джейн вспыхнула как от пощечины. Во всем был виноват Фрэнки. Именно из-за него так злилась Анжела, но Джейн, как всегда, приняла удар на себя.
— Я же предлагала привезти торт, ма, — спокойно произнесла она.
Анжела пожала плечами.
— Ну да, из булочной.
— У меня не было времени печь самой.
Это была правда, но говорить ее не следовало. Джейн слишком поздно осознала свою ошибку. Она увидела, как вжался в диван Майкл, как покраснел отец.
— Не было времени, — повторила Анжела.
Джейн вымученно рассмеялась.
— Впрочем, мои торты все равно есть невозможно.
— Не было времени, — снова сказала Анжела.
— Ма, хочешь мороженого? Как насчет…
— Раз уж ты так занята, мне, наверное, следует пасть на колени и благодарить тебя за то, что ты вообще соизволила приехать на день рождения родной матери.
Дочь ничего не ответила, лишь стояла перед матерью, красная как рак, с трудом сдерживая слезы. Гости вновь принялись уписывать торт, не смея даже коситься друг на друга.
Зазвонил телефон. Все застыли.
Наконец Фрэнк-старший ответил на звонок. Он произнес:
— Твоя мать рядом, — и передал трубку Анжеле.
Господи, Фрэнки, почему ты так опоздал со своим звонком?
С видимым облегчением, Джейн принялась собирать со стола грязную посуду.
— Какой подарок? — произнесла мать. — Я ничего не получила.
Джейн поморщилась.
О нет, Фрэнки, не пытайся повесить на меня всех собак.
И уже через мгновение голос матери приобрел волшебное звучание:
— О, Фрэнки, я понимаю, дорогой. Да. Военные моряки так много работают.
Покачав головой, Джейн направилась на кухню, когда ее остановил окрик
— Он хочет поговорить с тобой!
— С кем? Со мной?
— Так он говорит.
Джейн взяла трубку.
— Привет, Фрэнки.
Брат огрызнулся в ответ:
— Какого черта, Джейн?
— Прости, не поняла.
— Ты знаешь, о чем я.
Она тут же вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.
— Я попросил тебя об одной-единственной услуге, — сказал он.
— Ты о подарке?
— Я звоню поздравить с днем рождения, а она рявкает на меня.
— Этого следовало ожидать.
— Ты, наверное, руки потираешь от удовольствия! Подставила меня.
— Ты сам себя подставил. И, похоже, опять пытаешься увильнуть.
— Тебя это так злит?
— Мне все равно, Фрэнки. Это ваши с мамой дела.
— Да, но ты все время там шныряешь. Так и хочешь выставить меня полным идиотом. Не могла приписать мое имя, когда отсылала этот чертов подарок?
— Мой подарок к тому времени уже был доставлен.
— И я так понимаю, было очень сложно купить что-нибудь от меня?
— Да, сложно. Я так и буду тебе подтирать одно место? Не забывай, что я работаю по восемнадцать часов.
— О, да. Постоянно только это и слышу: бедная малышка так тяжело работает, что и поспать-то некогда.
— Кстати, ты со мной так и не рассчитался за последний подарок.
— Ну вот еще, придумала. Я тебе все вернул.
— Нет, не вернул. — И меня коробит, когда мама лишний раз напоминает: «Та чудесная лампа, которую подарил мне Фрэнки».
— Так, выходит, все дело в деньгах, я правильно понял?
У нее на поясе заверещал пейджер. Она посмотрела на номер абонента.
— Мне плевать на деньги. Просто противно, как ты ко всему относишься. Ни черта не делаешь, а все лавры достаются тебе.
— Тебе опять хочется повоспитывать меня?
— Я вешаю трубку, Фрэнки.
— Передай ее матери.
— Сначала я должна ответить на звонок с пейджера. Перезвони через минуту.
— Какого черта? Я не собираюсь оплачивать еще один междугородный…
Она разъединила связь. Выждала минуту, чтобы успокоиться, а потом набрала телефонный номер, высветившийся на экране пейджера.
Ответил Даррен Кроу.
Она была не в настроении беседовать с еще одним не вызывавшим симпатии мужчиной, а потому довольно резко бросила в трубку:
— Это Риццоли. Мне звонили.
— Боже, что это мы не в духе?
— Докладывайте.
— Мы на Бикон-Хилл, здесь десять-пятьдесят четыре. Слипер и я прибыли сюда примерно полчаса назад.
Из гостиной донесся хохот, и она покосилась на дверь. Сразу же подумала о той сцене, которую предстоит пережить, когда она объявит о том, что покидает вечеринку по случаю дня рождения матери.