Удар кобры

Зан Тимоти

— Но могу ли я доверить это вам? — он сжал губы, не зная, как быть.

— У тебя есть время подумать, — спокойно сказала она, когда пауза чрезмерно затянулась. Взглянув на часы, она поднялась. — Вряд ли список будущей команды будет готов через неделю или две. Обговорите это с Джонни. Подумай логически, и мне кажется, ты поймешь, что я должна быть на борту. Но нам пора вернуться в зал и подготовить рекомендации для Совета.

Корвин тоже встал.

— Хорошо, только раз я голосую сейчас с вами «за», мне бы хотелось, чтобы потом вы поддержали кандидатуры Юстина и Джошуа, независимо от того, поддержит

мой отец ваше прошение или нет.

Она криво усмехнулась.

— Понял, что слишком открылся, да? Но на ошибках учатся. Не сомневайся, я поддержу твоих братьев. Это хорошая идея. И буду с тобой откровенна: я не думаю, что для участия в миссии мне понадобится поддержка Джонни.

Когда пришла очередь голосовать Корвину, счет был 4:2 в пользу предложения Телек. Избегая смотреть в глаза Хемнеру и Рою, он изменил соотношение на 6:2, чувствуя на себе их изумленные взгляды. Стиггур записал результаты голосования.

Спустя три часа Совет в полном составе сделал решение официальным.

Лежа распластавшись на больничной кровати, Джонни молча слушал сообщение Корвина о заседании губернаторов, собрании Совета и о той частной сделке, которую он заключил самостоятельно.

— Мне следовало бы рассердиться на него, — думал Джонни, чувствуя, как через внутривенные катетеры в него вливается прозрачная жидкость. — Наверное, в этой колдовской смеси антибиотиков содержался какой-то успокоительный компонент. Или я заранее знал, что мой план все равно не удастся?

Корвин замолчал и теперь ждал. Лицо выдавало его напряжение.

— А ты говорил об этом с Юстином и Джошуа? — спросил Джонни. — Или хотя бы с матерью?

Корвин поморщился.

— На оба вопроса отвечаю «нет». Идея в целом пришла мне на прошлой неделе, но я надеялся, что мне не придется предлагать ее, во всяком случае, предварительно не поговорив с тобой. Но я думаю, что они не будут против.

— О да, они не будут возражать. Дело не в этом, — Джонни повернул голову и посмотрел в окно. Внизу были видны уличные фонари Капитолии. Городской пейзаж накладывался на отражение окружавшей его больничной палаты. — Вы, мальчики, всегда были очень дороги вашей матери, и ты это знаешь, — сказал он. — Вы давали то домашнее тепло, которое я был не в силах дать ей. Слишком часто не в силах. Сначала как Кобра, потом как член Магистрата… затем как губернатор… Служение людям требует так много времени, Корвин. Это время отнимается у твоей семьи. Ты пришел работать ко мне, Юстин становится Коброй… А теперь мы собираемся отнять у нее и Джошуа. — Он внезапно понял, что говорит бессвязно, и снова перевел взгляд на Корвина.

Тот выглядел очень несчастным.

— Прости меня. Возможно, мне и не следовало этого делать. Но они все еще могут отказаться.

Джонни покачал головой.

— Нет, ты поступил совершенно правильно, во всем. Если близнецы будут на борту, мы получим главное тактическое преимущество. И вероятно, весь Совет в целом не смог бы поддержать мое предложение, так же как не поддержали его Бром и компания. Особенно на фоне тех подсчетов, которые провели Колли и Альмо. — Он покачал головой. — Жаль, что Колли слишком стар, чтобы тоже участвовать в экспедиции. Было бы очень неплохо иметь там Кобру с военным опытом… — На некоторое

время он задумался. Было видно, что ему в голову пришла какая-то идея.

— Но ведь ты же не собираешься отправляться туда сам, а? — с подозрением спросил Корвин, проникаясь его мыслями.

— Хм? О, нет. На самом деле, нет. Я просто пытался представить, как можно было бы преподнести это вашей матери. — Глубоко вдохнув воздух, он со вздохом выпустил его. — Меня выпустят отсюда утром, во всяком случае, так они говорят. Так что у нас есть еще время сказать ей. Почему бы тебе сегодня же не поговорить с Джошуа и не узнать, что он по этому поводу думает? Если возможно, то нам надо быть всем вместе, когда мы скажем Крис.

— Все, кроме Юстина, — напомнил ему Корвин. — Он будет в хирургическом изоляторе еще неделю.

— Я это знаю, — сказал Джонни. Суровый тон прорвался через эмоциональный барьер, которым он был окружен сейчас. — Но мы трое должны быть дома.

— Хорошо, — кивнул Корвин и поднялся. — А теперь я ухожу, отдыхай. Увидимся утром. По дороге отсюда я узнаю, когда тебя выпишут, и буду здесь, чтобы отвезти домой.

— Прекрасно. Да… если будешь спрашивать об этом, не попросишь ли ты доктора заглянуть ко мне, когда у него будет время? Я хочу кое-что обсудить с ним.

— Конечно, — ответил Корвин. Еще мгновение он смотрел отцу в глаза, потом повернулся и вышел.

Устроившись поудобнее, Джонни закрыл глаза и почувствовал, как напряжение оставляет его. Оставались ли еще на лице Корвина признаки подозрительности, когда он уходил? Достоверно Джонни этого не знал. Но в конце концов, какое это имело значение. В отличие от сына у него, кроме Телек, были и другие губернаторы, с кем он мог бы совершить сделку… А к тому времени, когда Корвин узнает об этом, все уже будет устроено.

И тот непременно его одобрит. Со временем.

ГЛАВА 5

Комната, в которую его поместили, оказалась для Юстина сюрпризом, а он-то думал, что во время первого этапа постоперационного периода новые стажеры будут находиться все вместе. Быстрый взгляд, которым он обвел помещение после того, как эскорт покинул его, вызвал у Юстина еще один шок: ни у одного из инструкторов Кобр не могло быть такого богато убранного офиса. Письменный стол — как будто он уже видел его, — резное дерево на пленках, по которым учился во время лекций по подготовке Кобр еще до того, как подал заявление на операцию. Если это так, то сейчас он находился в личном офисе самого Координатора Солнца. И сейчас он мог с определенностью сказать, что то, что происходило, в его учебное расписание внесено не было.

Расположенная в стене позади стола дверь для личного пользования открылась. Юстин напрягся, но когда в комнату вошел человек, он почувствовал, как на его лице появилась широкая улыбка облегчения.

— Альмо! Я думал, что ты все еще в районе Сызры охотишься на остистых леопардов.

— Здравствуй, Юстин. Нет, прошу тебя, не вставай. — Пайер сел за стол.

Тут только до Юстина дошло, что во время приветствия тот даже не улыбнулся ему.

— Что случилось, Альмо? — спросил он, и от его радостного удивления не осталось и следа. — Что-то не так? Боже милостивый, что-нибудь с отцом?