Удар кобры
Шрифт:
Камера повернула за угол и замерла. Теперь была видна пневматическая дверь и Юстин на ее фоне. Юстин один? — подумал Корвин. Но ведь и Альмо был тоже там. Экран вдруг вспыхнул и погас. Корвин перевел взгляд на мониторы стационарных камер как раз в то время, когда Пайер спрыгнул с потолка и приземлился на корточки рядом с обезвреженной телеуправляемой моделью. Руки его с вытянутыми вперед мизинцами находились в боевом положении.
— Все чисто, — прошептал он Юстину.
— Почти готово, — также шепотом отозвался Юстин.
— Внутри, — сказал «Солнце», — находится ключевой пункт слежения за ракетами. — Он наклонился вперед и включил еще один дисплей, на котором появился
Юстин поднялся, толкнул дверь и… за мгновение до того, как она начала медленно поворачиваться, напряженную тишину прорезала сирена сигнала тревоги.
Позже Корвин узнает, что Уинуорт и Линк случайно вызвали тревогу, но в то первое мгновение ему с очевидной ясностью показалось, что Юстин и Пайер попали в смертельную ловушку. Оба Кобры тоже как будто в это поверили, и вместо того чтобы ворваться в открытую дверь, они бросились к той стене, в которой была эта дверь. Корвин услышал, как рядом Джонни пробормотал какое-то ругательство… Когда Кобры поняли, что совершили ошибку, было уже слишком поздно. Модели в комнате слежения были начеку, и когда Пайер рискнул заглянуть в приоткрытую дверь, то за такое любопытство едва не схлопотал лазерный луч.
Корвин с такой силой сжал челюсти, что ему стало больно. Но фигуры на экране не стали тратить времени на взаимные упреки. Пайер сделал Юстину знак рукой и, получив понимающий кивок, казалось, весь подобрался. Всего секунда понадобилась мужчинам, чтобы направить ручные лазерные лучи в дверной проход, и потом, схватившись за косяк как упор, Пайер влетел в комнату и к потолку. Мониторы слежения отлично запечатлели дугу его закрученного в воздухе полета, который походил на полет странной формы гироскопа, запущенного в воздух из катапульты. Лазерный луч, бьющий из его левой ноги, оставил после себя смертельный конус разрушений. Он как раз достиг пика своего прыжка, когда вслед за ним на сцене появился Юстин. Горизонтальный полет молодого Кобры, кувырок через голову, приземление на спину в положении плода… и смертельная пляска его бронебойного лазера.
Это был классический маневр «верх-низ», который был знаком Корвину по рассказам отца о войне. Против ведомой сенсорами воздушной атаки Пайера и низким горизонтальным фонтаном Юстина не могло быть эффективной защиты, и в течение, возможно, полутора секунд половина из восьми дисплеев телеуправляемых моделей погасла.
Корвин вдруг почувствовал, что сдерживал дыхание. Тут он рискнул отвлечься и быстро взглянул на то, что делали Уинуорт и Линк. Когда он в последний раз их видел, они разделились. Линк находился возле открытой двери, как будто выходящей наружу, а Уинуорт стоял настороже на пересечении двух коридоров с вытянутыми в боевом положении руками. Между ними, как было видно на общем плане, валялось впечатляющее количество выведенных из строя телеуправляемых моделей. Вспышка и громовой разряд отвлекли внимание Корвина к другим экранам. В это время Юстин направил лазер правой руки на одну из контрольных панелей комнаты слежения и включил электромет. Руки самого Корвина тотчас, как только раздалась вторая вспышка и треск, сжались в кулаки. Когда он был маленьким, то обжегся однажды, неправильно использовав электрическую
— Акустический деструктор, — проговорил «Солнце», обращаясь в основном к трофту.
Через секунду Корвину показалось, что он различил приглушенный треск, и гудение исчезло, хотя Пайер продолжал работать.
Их бегство из комнаты с раздавшимися вслед двумя электрометными взрывами было столь поспешным, что Корвин даже не успел почувствовать облегчения. Как теперь было ясно, Линк и Уинуорт все это время занимались тем, что расчищали путь к отступлению, поэтому на долю Пайера выпало убрать лишь две телеуправляемые модели. Как только они миновали охраняемый Уинуортом перекресток, он тоже присоединился к ним. И к тому времени, когда они уже вчетвером, выскочив через дверь Линка, бежали к лесу, сердце Корвина практически пришло в норму.
— Это значит, — сказал «Солнце», — что все телеуправляемые модели уничтожены и команде дан сигнал к возвращению.
Корвин бросил взгляд поверх центральной консоли. Он видел, как в затемненных участках комнаты одновременно погасли все дисплеи, а телеоператоры моделей начали вставать и потягиваться. Он почувствовал, как отцовская рука легла на его плечо.
— Я уже забыл, что это значит — видеть Кобру в настоящей боевой обстановке, — сказал Джонни. Голос его выдавал пережитое им напряжение.
— Удивительно, сколько адреналина способен выбросить в кровь человеческий организм, — раздался чей-то знакомый голос.
Корвин в изумлении посмотрел через плечо отца. Он был настолько захвачен происходящим на экране, что в группе, окружающей «Солнце», не заметил присутствия старого друга отца Колли Холлорана. Холлоран приветливо кивнул Корвину и перенес внимание на трофта, в молчании стоящего рядом.
— Я понимаю, что владение Балью-кха-спми считает, что стоимость предварительной экспедиции слишком велика, Спикер номер 1, — сказал он. — А теперь, увидев Кобр в действии, вы согласны?
Спикер номер 1 вздрогнул, мембраны его рук расправились, подобно крыльям летучей мыши, но тут же легли на место.
— Владение Тлос-кин-файи всегда было в курсе боевых способностей воинов Кобр, — ответил он.
Это, на взгляд Корвина, фактически не было ответом. Подобная увертка не обманула и его отца.
— Но, насколько я понимаю, впечатление не слишком сильное, чтобы взять на себя часть тех затрат, от которых отказывается владение Балью? — предположил старый Моро. — Может быть, ваш господин владения пожелает взглянуть на запись тренировки?
— Вероятно, ему это действительно было бы интересно, — согласился трофт. — При условии, что цена будет разумной.
— Вполне разумной, — кивнул Джонни, — особенно, если учесть тот факт, что вы сможете возместить часть расходов, продав копию владению Балью. Я думаю, что, вероятно, после этого просмотра ваши владетельные господа смогут прийти к новому заключению относительно того, кто и сколько будет платить за наши услуги.
— Хорошо, — сказал Спикер номер 1, и Корвину даже показалось, что в его голосе он уловил нотку задумчивости. — Думаю, что это возможно.