Угол белой стены
Шрифт:
— Ну и отличился ты сегодня ночью. Еще одна свадьба — и ты всю шайку переловишь.
— Было дело. Ибадов уже пришел?
— Пришел. Он ту газету чуть не до утра сторожил. Никто ее не взял.
— Гм… — закуривая, покачал головой Сергей. — Странное дело. Чья она может быть? Юсуфа на свадьбе я не видел. Неужели я его проморгал?
— Ничего удивительного. Там же человек сто было.
— Если не больше.
— Ну вот видишь.
— И все-таки странно…
— Что думаете делать дальше? — спросил Нуриманов, взглянув на Сергея. — Людей у вас хватает?
— Пока хватает.
— У нас сейчас обозначились четыре линии работы, — неторопливо произнес Вальков. — Леров ищет владельцагазеты. Теперь круг сузился. Это кто-то из вчерашних гостей.
— Юсуфа не исключаете? — спросил Нуриманов.
— Нет, конечно, — с сомнением в голосе ответил Вальков. — Это как раз уже легкопроверить. Теперь вторая линия. Установка Николая Борисова. Этим занимается Ибадов. Письмо до востребования из Борска могло быть получено только по его паспорту. Поэтому в любом случае его надо установить.
— У Ибадова осталось, кажется, двести таких Борисовых?
Сергей посмотрел на Валькова. Тот кивнул.
— Ему дали двух человек в помощь.
— Я просил трех, даже четырех, — недовольно возразил Сергей. — Эту работу надо форсировать.
— Дадим, — коротко произнес Нуриманов.
Узкое лицо его оставалось невозмутимым. Откинувшись на спинку кресла, он внимательно слушал.
— Дальше, — попросил он.
— Теперь третья линия, — продолжал Вальков. — Дина Сокольская. Ее связь с Гусевым, ее друг, которому она написала письмо, что она сама из себя представляет. Словом, очень важная линия работы. Вчера только этим и занимался.
— Беседовал? — спросил Нуриманов.
— Нет еще. С пустыми руками к ней идти бесполезно. Надо сперва все, что можно, узнать о ней.
— Ну вот, — заключил Сергей. — А четвертая линия — Юсуф. Этим я сам займусь. Ведь такие деньги мне совал, подлец, вы только подумайте!
— Прокурор даст санкцию на его арест? — спросил Нуриманов.
— Надеюсь. Для начала его опознают Трофимов и его хозяйка. Надо за ними послать. — Нуриманов молча кивнул в ответ. — И еще, думаю, — продолжал Сергей, — кое-что даст и обыск. Тщательный, квалифицированный обыск. — Он обернулся к Валькову: — Тебе это надо возглавить, Алексей Макарович.
Вальков досадливо вздохнул:
— Плохо. Без подготовки придется проводить. Так что большого успеха не ждите.
— Зато внезапно, — утешил его Сергей.
…Очная ставка не дала результата, которого ждал Сергей. Правда, и Трофимов, и его квартирная хозяйка уверенно опознали человека, ночевавшего однажды в комнате у ребят.
И Юсуф каждый раз хмуро подтверждал:
— Знаю его, зовут Борис… Знаю, зовут Зара Хамидовна. Ночевал там. Это точно…
Однако на вопрос, какое дал поручение Трофимову, отправляя его в Борек, злобно сверкнул глазами:
— Никакого не давал. Врет он, собачий сын.
Больше в том доме Юсуф не показывался. Судя по приметам, сообщенным хозяйкой, чемодан для Трофимова принес туда Рожков.
А к концу дня вернулась бригада сотрудников во главе с Вальковым, проводившая обыск в доме Юсуфа. В качестве понятых и добровольных помощников с ними ездила
Несмотря на скептический прогноз Валькова, обыск все же кое-что дал. В подвале в двух из многочисленных кастрюль были обнаружены залитые топленым салом целлофановые мешочки с наркотиком.
Теперь имелись уже все основания просить у прокурора санкцию на арест Юсуфа Якубова.
Попытку дать взятку Коршунову доказать было невозможно; одних показаний Коршунова тут было мало, свидетели, естественно, отсутствовали, а Юсуф категорически отрицал этот факт. К тому же он проявил немалую осмотрительность: записки, j которые Юсуф подбросил Сергею, оказались написанными не его рукой. Юсуф решительно от них отказывался.
Ничем пока не удалось подкрепить и показания Трофимова.
Но обнаружение в доме Якубова наркотика резко меняло дело.
На следующий день прокурор дал санкцию на его арест.
После этого Сергей снова совещался с Нуримановым.
— Странно, — сказал тот, — мы совсем не знаем Якубова. Он не проходил ни по одному делу, он даже близко не стоял к ним, его никто никогда не называл. А для спекуляции…
— Тем более наркотиком, — вставил Сергей.
— Да, — согласился Нуриманов. — Для этого нужны связи. И кто-то должен был его назвать. Значит, очень ловкий человек, очень хитрый.
— Интересно… — задумчиво произнес Сергей. — Очень ловкий, говоришь… Гм… А «Правду Востока» он, между прочим, не выписывает… Ловкий…
В этот момент, кажется, впервые у Сергея закралось неясное подозрение. Не очень уж ловким показался ему Якубов. Во всяком случае, с ним, Сергеем, он поступил не так уж осторожно. Но по началу все было организовано неплохо. Сергей так и не смог установить, откуда брались записки. Он не заметил Якубова и на свадьбе. Там был кто-то другой из шайки, оставивший газету. Этот же человек, возможно, находился и в «Москвиче». Великолепный водитель, кстати, и Юсуф, конечно, не случайно взял его с собой. Выбор момента и места встречи с Сергеем был сделан тоже удачно. Но потом… Как Якубов решился сам пойти на эту встречу? Это был явный риск и просчет. Потом с Трофимовым. Опять Якубов сам появился в том доме. Все сам! И разговор с Гусевым около аэропорта. Почему Якубов все время подставляет себя под удар? Если бы он всегда так действовал, он бы давно попал в поле зрения милиции. А он не попал. В чем же дело? Странно. Действительно, очень странно…
— Где он работает? — отрывисто спросил Нуриманов.
Очевидно, мысли его тоже сейчас кружились вокруг Якубова. Но он не разбирался в поведении, в поступках Якубова, да и не мог в них разбираться, потому что не знал тех деталей, которые знал Сергей. Нуриманов пока стремился выяснить то первичное и самое необходимое, по чему можно хотя бы в какой-то мере судить о человеке.
— И как живет? — добавил он.
— Живет дай бог, — ответил Сергей. — Свой дом не далеко от города. Машина. Много ценностей. Вопрос только, откуда это все. Ведь работает сторожем магазина. Через двое суток на третьи. А впрочем… — он задумался, — дело не в этом. Но вот все сам, все сам…