Угол белой стены
Шрифт:
Сергей снова вернулся к занимавшей его мысли.
Но Нуриманов думал о другом. Он по-своему уже видел будущий допрос Якубова и оценивал возможные его результаты.
— Пока ничего не даст, — мрачно заключил он. — Допрашивать его сейчас нельзя. Надо поработать.
— Нет, — покачал головой Сергей. — Допрос надо провести сегодня же. Немедленно. Пока он не остыл, не разобрался до конца в случившемся. У нас есть о чем с ним поговорить. И кое-что допрос может дать. Надо только постараться.
У Сергея
Он понимал, что нельзя терять времени, нельзя упустить тот единственный момент, когда этой догадкой, если она окажется верна, можно воспользоваться с наибольшим успехом.
Когда Якубова ввели к нему в кабинет, Сергей сразу заметил, как изменился тот за двое суток. Худые, небритые щеки еще больше ввалились, вокруг усталых, покрасневших глаз легли темные круги, руки безвольно болтались вдоль туловища. Руки! Вот что в первый же момент привлекло внимание Сергея.
— Здравствуйте, Якубов, — сказал он спокойно, даже как будто доброжелательно. — Садитесь. Вы плохо спали?
— А у вас разве можно спать хорошо? — раздраженно ответил Якубов.
— Вам, — Сергей сделал ударение на этом слове, — хорошо спать действительно у нас трудно.
— Почему именно мне?
— По многим причинам, — уклончиво ответил Сергей. — Я их вам назову. Не сразу, правда. Начнем мы с другого. Прежде всего познакомьтесь с санкцией прокурора на ваш арест.
Сергей подвинул ему через стол бумагу.
— Ах, есть уже и санкция, — иронически произнес Якубов.
Тем не менее он внимательно прочитал весь текст документа.
«Для сторожа ты, однако, слишком умен и развит, — подумал Сергей. — И в одном, по крайней мере, я, кажется, не ошибся».
— Крупного преступника вы, оказывается, поймали, — сказал Якубов, закончив чтение и откладывая бумагу.
Несмотря на насмешливый тон, было видно, что санкция прокурора произвела на него впечатление.
— Не очень крупного, — покачал головой Сергей. — Ловим и покрупнее. Но вот что я вам должен сказать. Преступление, в котором вы замешаны, наш закон считает особо опасным.
Сергей отметил про себя, что лицо Якубова оставалось бесстрастным, вот только руки… руки задрожали, и он поспешно сцепил их на коленях.
— Я хочу, чтобы вы поняли и учли это, — продолжал Сергей. — А теперь пойдем дальше. Дело ваше групповое. Мы докажем вашу связь с Рожковым, с Трофимовым, с неким Каримом и с другими. А участие в групповом деле всегда отягощает вину, Якубов. Но мало того. В групповом деле всегда имеется главарь.
Сергей заметил, что Якубов насторожился, темные глаза его
— Да, главарь, — повторил Сергей, — который несет главную ответственность за преступление. Этим главарем наши работники считают вас. Не скрою, так думал и я.
— Вот как… — насмешливо проговорил Якубов.
— Думал, — с ударением повторил Сергей. — Но сейчас я так не думаю. И вот почему. Судите сами. Ну кто, например, по своей воле будет все время лезть на рожон, все время рисковать собой? А вы все время выполняли очень опасные, очень рискованные и в общем совсем не сложные дела, которые, будь вы главарь, вы поручили бы другому. И одно из этих дел, вполне естественно, кончилось вашим провалом.
— Никаких таких дел я и не выполнял, — хмурясь, сказал Якубов.
Но в голосе его не было убежденности, не было решительности, было лишь упрямство и еще растерянность. Якубов, видно, не мог решить для себя, что же выгодней: отрицать, что является главарем, и тем ставить себя в положение, когда надо будет такого главаря назвать, или утверждать, что главарем является он, и тем брать на себя всю тяжесть новой, дополнительной ответственности. И он старался оттянуть момент, когда придется такой выбор сделать.
— Ну как не выполняли? — возразил Сергей. — Мы ведь уже достаточно много знаем, Якубов. Вот хотя бы вербовка Трофимова. Примитивное, но рискованное дело. Или наша с вами встреча. Тоже, согласитесь, не безопасное дело. Вас кто-то послал на эту встречу.
— Никто меня не посылал! — запальчиво воскликнул Якубов.
Сергей покачал головой:
— Вас ведь не было на свадьбе. Там за мной следил другой человек. Но он не рискнул встретиться со мной. Вместо себя он послал вас. Он вас и в тюрьму пошлет вместо себя.
— Я не собираюсь за другого… — Якубов вдруг осекся, словно захлебнулся последними, не произнесенными еще словами.
— Надеюсь, что не собираетесь, — спокойно согласился Сергей. — Что, хотите еще примеры? Пожалуйста. Кто ездил в кишлак? Опять вы.
— Не я ездил!..
— И вы тоже. А в день убийства Гусева? И тут именно вы оказались на его пути. Это вам он объявил, что «завязывает», что больше…
— Нет!.. — яростно воскликнул Якубов. — Я случайно там оказался! Случайно!.. Рожков все равно бы его убил!..
Видно было, что он ошеломлен и издерган, что у него нет больше сил сдерживаться.
— У Рожкова не было с Гусевым никаких счетов, — резко ответил Сергей. — Никаких. Ему велели это сделать.
— Все равно! Я не велел! Я даже не знал!
— Знали. Вот уж знать вы знали.
— Ну и что?! Но я не велел!
— Это верно. Велел другой человек. Тот самый, который прислал вас вербовать Трофимова, дать мне взятку, поехать в кишлак за… Кстати, вы как туда ехали — поездом, самолетом или на машине?