Укус
Шрифт:
— Давай я посмотрю. — Бросив взгляд в зеркало заднего вида, она начала притормаживать.
Оглянувшись через плечо, я увидел пару многоколесных фур вдалеке — и больше ничего. Трасса была хорошая, широкая.
— Вроде как все спокойно, — доложил я.
Кэт свернула на обочину и остановилась.
Я протянул ей карту.
— Погоди. — Теперь ее взгляд был прикован к боковому зеркальцу. — Пусть проедут.
Поначалу я не понял, о ком она говорит. Фуры, приблизившись, прогрохотали мимо — от каждого их движения наша скромная легковушка,
Проехали фуры, и за ними обнаружился еще один маленький транспортный хвостик. Вот ведь не сидится туристам, подумал я, запоздало осознав, что для машин желающих подивиться на Долину Смерти, эти автомобили как-то уж очень странно выкрашены.
А потом я понял, что это были не туристы.
Это были машины дорожного патруля.
— Ой-ой-ой, — вырвалось у Кэт.
— Может, все же взглянешь, дорогая? — громко сказал я и сунул ей карту прямо под нос. Развернувшись, та закрыла добрую половину ветрового стекла.
Патруль пронесся мимо.
— Они не остановились? — пробубнила Кэт из-за карты.
— Сейчас… погоди… нет. Нет, они едут дальше.
— Уф-ф-ф.
Она опустила край карты и проводила удаляющиеся патрульные машины взглядом. Я же, обернувшись, убедился, что дорога за нами опустела.
— Смотри на карту, — велел я Кэт. — Я сейчас вернусь.
Она одарила меня хмурой улыбкой.
— Не напорись на змейку, ковбой.
— Постараюсь. — Я вылез из машины.
Шоссе наше, образно говоря, пролегало аккурат посреди нигде. Пустыня. Горы вдалеке. И больше ничего. Я спешно подался на обочину и, аккуратно ступая по осыпающемуся песку, пошел вниз. Обогнул пару чахлых кустиков. Где-то внизу, похоже, лежало русло пересохшей реки.
Отойдя на порядочное расстояние от машины, я расстегнул джинсы и начал поливать мертвые пески.
Ощущения — самые положительные. Стоишь под солнышком, омываемый со спины легким бризом, и облегчаешься.
Идилию испортил звук мотора.
Все в порядке, сказал я себе. Отсюда меня не видно.
Ветерок доносил звук ко мне откуда-то справа. С востока. Со стороны Риджкреста, Инокема и… «Кухни Люси».
О Боже, пусть это будет не Снег Снегович.
Шансы на это были малы. Относительно малы.
Я попытался унять свой фонтан, но проблема была в том, что я только начал.
Автомобиль замедлился. Захрустел гравий под шинами, зашипел выхлоп.
Останавливается. Совсем рядом.
Я вдруг понял, что это, скорее всего, был дорожный патруль. Офицер, наверное, изменил свое мнение о нас, решил, что мы, наверное, нуждаемся в помощи
Это, конечно, лучший вариант, чем Снегович.
Но не сильно-то и лучший.
Я услышал, как хлопнула дверь автомобиля.
Аккуратно попятившись спиной вперед к обочине и стараясь не обмочить при этом ботинки, я оглянулся. Автомобиля не было видно. Никого не было видно.
В конце концов я закончил и благополучно застегнул молнию на джинсах. Что ж, теперь меня не повяжут за эксгибиционизм по отношению к пустынным лисам. Сделав пару шагов вверх, я увидел остановившуюся машину.
Мое предположение о дорожном патруле оказалось в корне неверным.
Замерший в нескольких ярдах позади машины Кэт допотопный серый фургон с тупоносым капотом понуро посверкивал запыленными окнами, тянувшимися по бокам. Через лобовое стекло мне были видны два пустых передних сиденья. То, что было за ними, скрывалось за занавесью. Как выяснилось, и боковые окна были зашторены — все как одно. То, что творилось в задней части фургона, увидеть было никак нельзя.
И водителя что-то не наблюдалось.
Впрочем, это наверняка был Снег Снегович. Угнавший фургон со сточнки «Кухни Люси» и настигший нас.
Но где же он?
Считанные секунды назад я слышал, как кто-то хлопнул дверью.
Дверь машины Кэт с моей стороны все еще была открыта — так ее оставил я. Мне не было видно, сидит ли Кэт на своем месте, или уже нет. Фургон казался наглухо законопаченным.
Кто хлопнул дверью?
Где Снегович?
Вряд ли Кэт осталась бы спокойно сидеть в машине, завидев седого детину. Она либо попыталась бы убежать, либо — что вероятнее — переехать его.
Оттуда, где я стоял, нельзя было увидеть, что творится с другой стороны машины. Коли на то пошло, я мог видеть только переднюю треть второго борта.
Я поднялся немного выше.
Признаков жизни у фургона по-прежнему не наблюдалось.
Я всматривался в пространство между колесами нашей машины и землей.
И заметил пару ног на другой стороне.
Я знал, что Снег Снегович был обут в черные мотоциклетные бутсы, а Кэт — в коричневые кроссовки из кожи с высоким верхом.
Эти же ноги были в босоножках.
Я начал осторожно обходить машину справа. Заглянул в оставленную распахнутой дверь. Кэт по-прежнему сидела за рулем, повернув голову к окну.
Она говорила с какой-то молодой женщиной.
Та, похоже, заметив меня, что-то сказала Кэт.
Та обернулась и громко обратилась ко мне:
— Быстрей сюда! У нас, похоже, проблемы.
24
Чувствуя слабую дрожь в коленках, я поднялся выше. Оглянулся. Никаких следов Снеговича.