Уместны были бы привидения...
Шрифт:
– Персонально в нас, мне кажется, точно верят. Даже слишком… Но лучше расскажи, как проходит обольщение Мари.
– Отстань.
– Ты что же, хочешь сказать, что никак не проходит? Ты теряешь форму, Джефф. Меня это беспокоит.
– Прекрати, Генри! – Джефф покраснел и стушевался, как школьник.
– Как же я могу прекратить? Хочешь, я, на правах старого товарища, доверительно расскажу ей о страстях, которые бушуют в твоей израненной душе?
– Только попробуй – голову оторву!
Крис, который все это время о чем-то шептался с девушками, повернулся
– Друзья, не хотите с нами на дискотеку в новый клуб?
– Нет, Крис, езжайте без нас, – ответил я. – У нас с Джеффом сегодня меланхолия.
Крис взглянул на Джеффа, но тот только отрицательно покачал головой:
– Бывает. Только не увлекайтесь ей чрезмерно. Джефф, я возьму твою машину, а вы доберетесь на одной, о’кей? К вечерней молитве нас не ждите, – произнес Крис.
Пэт в это время, пошептавшись с подругами, сказала, что тоже останется, потому что после всех недавних событий у нее побаливает голова, и дискотека ее добьет. Крис с двумя девушками вышли из кафе, а Пэт отправилась в дамскую комнату.
– Ну что, давай собираться? – спросил я.
– Да, пожалуй. Слушай, я видел, в замке есть проектор и куча видеодисков, можно посмотреть что-нибудь.
– Это идея. Тихий бюргерский вечер в тапочках перед телевизором, даже мило. Официант!
К нам подошел официант, я попросил счет. Когда он принес его и отошел от нашего столика, я полез было в карман и, поняв, что он пуст, сказал:
– Джефф, заплати ты, я оставил бумажник в замке.
– Да, сейчас, – Джефф полез в нагрудный карман, но потом спохватился и принялся искать что-то во внутреннем кармане. Он достал и протянул мне несколько листочков бумаги.
– Тебе.
Я посмотрел на листочки. На них было написано: «Dead Can Dance, Дублин, V.I.P.», а снизу – завтрашнее число.
– Так они же распались! Джефф!
– Так вот, новость. Они объединились для турне, будут исполнять лучшие хиты. Я услышал, как об этом говорил по телефону Мэттью, и попросил Малкольма заказать тебе их. Так что завтра – твой день.
– Вот это да! – воскликнул я. – Джефф, я действительно тронут!
Официант пришел с кредиткой Джеффа, протянул ему чек для росписи. Джефф посмотрел на него удивленными глазами и приложил руку к нагрудному карману таким жестом, каким хватаются за сердце. Судорожно вытащил из левого внутреннего кармана бумажник, раскрыл его и уставился на содержимое. Потом перевел взгляд на официанта, на его руки, на кредитную карту в них, и спросил:
– Как она у вас оказалась?
– Карта? Вы сами мне ее дали.
– Как дал? Вы разве приносили счет?
– Да, сэр, минуту назад.
– Генри, он что, действительно приносил счет? – спросил Джефф ровным тихим голосом…
– Джефф, ты что, головой ударился? Да, минуту назад нам принесли счет, и я попросил тебя заплатить. Ты дал ему карту, а мне – вот это приглашение на завтра.
Джефф дрожащей рукой расписался на чеке и положил карту в бумажник.
– Я не помню. Представляешь? Не помню! Ужас какой…
К нам подошла Пэт.
– Что, уходим? – спросила она.
–
Через минуту я уже сидел за рулем, а Джефф, которого еще продолжало трясти, расположился на заднем сидении.
– Так. Все нормально, Джефф. Ты какое кино сегодня предлагал смотреть? Джефф! Эй!
– Н-н-не знаю, – с трудом выговорил Джефф, – пока не решил.
– Я что-то пропустила? – спросила Пэт, глядя поочередно то на меня, то на Джеффа.
– Ничего существенного. Все в порядке.
Я завел двигатель.
– Слушайте, обожаю кальвадос, а в замке его нет, я спрашивал. Заедем в супермаркет по пути, о’кей? – предложил Джефф.
– В супермаркет? А почему не поручить это Малкольму? – удивился я.
– Потому что кальвадос я хочу сейчас, – сказал Джефф напряженным голосом наркомана, испытывающего ломку.
– О’кей, Джефф, какой же вечер у телевизора без кальвадоса? К тому же, иногда даже полезно быть ближе к простым житейским проблемам и радостям, – улыбнувшись, сказал я. – Это даже интересно: тысячу лет не покупал себе в ночных магазинах спиртное.
* * *
Ночной магазин был почти пуст. Тянулись унылые ряды полок с товарами, бродили меж них один-два запоздалых покупателя, освещаемые неуютным светом неоновых ламп. Казалось, что Ирландия после десяти вечера ложится спать, и улицы становятся пустынными, а такие пространства обживает странная порода полуночных жителей. Пэт затерялась в отделе косметики. Джефф, держа под мышкой жестяную коробку с простеньким кальвадосом, стоял рядом со мной, рассматривая обложку какого-то видеодиска. Это был новый мистический триллер о привидениях. Заметив это, я рассмеялся и хотел было предложить ему выбрать какой-нибудь другой фильм, как вдруг в гулком, огромном зале прозвучал холодный, искаженный динамиками, металлический женский голос:
«Мистер Джефф из Хэмфилда. Джефф из поместья Хэмфилд. Вас просят подойти к главному входу».
И снова:
«Мистер Джефф. Вас ожидают у выхода из магазина».
Я удивленно посмотрел на Джеффа.
– Вот она, истинная популярность!
Кажется, Джеффа это совсем не окрылило.
– Чертовщина какая-то. Хватит! Не пойду я никуда.
– Да ладно тебе. Мы же в любом случае не будем ночевать среди этих полок с памперсами. Пойдем, посмотрим. Может, это Крис с девушками вернулся.
– И, забыв мою фамилию, называет меня по имени замка?
Мы быстро расплатились, вышли через автоматические двери из здания. Улица была пуста. Только ярдах в пятидесяти отсвечивал полированными боками наш «Роллс-Ройс». Было прохладно, и мы только что ехали, не раскрывая крыши. Но сейчас верх кабриолета был раскрыт…
– Эй! Кто там, в машине?! – сдавленно спросил Джефф.
На пассажирском сидении сидел человек. Мы медленно пошли к машине, но почти сразу замедлили шаг и остановились. Это был Джефф. Он сидел в машине как-то неестественно прямо и, казалось, не мигая смотрел перед собой на пустую ночную улицу.