Unknown
Шрифт:
— Для начала сделаем два десятка, — сказал он. — И посмотрим, как они себя проявят.
Отправим их в испытательный дивизион истребительной авиагруппы GCI/3. Пускай
пилоты привыкают.
Девуатин вспыхнул от радости. Министерство все-таки намерено вооружить его
самолетами несколько авиагрупп! О большем и мечтать нельзя.
22 мая 1940 года, 16 часов, Аррас
— На взлет!
Французские пилоты бегут к своим самолетам.
На
говорилось, однако вполголоса: перевооружение шло медленно, новые самолеты начали
поступать в части только в январе сорокового.
Третья эскадрилья получила их вообще в начале мая.
— Вот и узнаем, так ли они хороши, как нам рассказывали. — Командир эскадрильи
капитан Адриан Лефевр шутить не любил.
Немецкая радиограмма, перехваченная французами, говорила о намерении противника
нанести воздушный удар в секторе Арраса. Мол, это поможет танковым частям
продвигаться быстрее.
Танки и самолеты, самолеты и танки. Немецкие самолеты и танки. И с каждым днем их
все больше. Многие десятки. Сотни.
— Ну так уменьшим их количество!
...Три группы Ju-87B шли к Аррасу.
Лефевр поднял «Девуатин» выше. Так, еще два «Хеншеля» — разведчики.
И, к счастью, нигде немецких истребителей. Он криво улыбнулся: германец чувствует
себя в воздушном пространстве Франции довольно уверенно. Что ж, пора заплатить за эту
самоуверенность!
Атака восемнадцати «Девуатинов» оказалась стремительной и неожиданной.
Ju-87B загорелся и упал. «Второй», — стиснув зубы, думал командир. Рядом вошел в
штопор третий немецкий самолет — разведчик. «Третий»... Сколько всего? Надо успеть,
пока не прибыли «Мессеры». А они обязательно появятся. Вопрос времени.
Еще один штурмовик рухнул на землю и взорвался.
Стремительные D.520 носились над полем боя. Самолет оказался даже лучше, чем
предполагалось.
А вот и «Мессеры». Перед самой войной проводился показательный бой между D.520 и
Bf.109, результаты которого доводились до сведения всех летчиков, которые
пересаживались на D.520.
У французского истребителя есть преимущество на высоте в три тысячи метров. Выше —
превосходство за «немцем».
— Снижаемся до трех тысяч, — успел приказать капитан.
«Мессер» поджег его самолет. Лефевр направил машину вниз, к земле, и ухитрился
посадить. К нему уже бежали немецкие солдаты. Адриан Лефевр молча поднял руки...
13 июня 1940 года, Тулон
Лейтенант Пьер Ле Глоан улыбался.
После старого «Блока» получить D.520! Он физически чувствовал, насколько новая
машина лучше,
Сын бретонских крестьян, Пьер ничего так не хотел, как вырваться из провинциального
быта. Авиация подарила ему небо и риск.
Три французских самолета против девятнадцати «Фиатов» BR.20.
Итальянцы вступили в войну, когда стало уже очевидно: Франция побеждена.
Франция может быть побеждена, думал Ле Глоан, но я — нет. Я хочу летать и сражаться.
Больше ничего.
На высоте в две с половиной тысячи метров D.520 зашел в хвост «итальянцу» и короткой
очередью подбил его. Затем настал черед второго.
Пьер не смотрел, разбились ли эти самолеты. Они ползли к своему аэродрому, но не
дотянули — их обломки видели потом французы, пролетая над этой местностью.
— Боеприпасы закончились! — выругался он. — Возвращаемся, ребята.
На подлете к аэродрому они заметили взрывы.
Над аэродромом кружила большая группа итальянских истребителей CR.42. Там шел бой.
— У кого еще остались боеприпасы?
Вернувшиеся истребители с ходу вступили в бой с итальянцами и, подбив еще два,
отогнали их.
— Жаркий денек, — заметил Ле Глоан.
...Через несколько дней он, верный своему правительству, будет вынужден пожимать руки
бывшим врагам...
16 апреля 1941 года, Тулуза, аэропорт Бланьяк
Оберст Шнитке выглядел неприступным, как скала.
Руководство французского авиационного концерна SNCASE — Societe Nationale
Constructions Aeronautiques du Sud-Ouest — «Национального Авиастроительного
Общества Юго-Запада» — должно было в полной мере ощутить, какое огромное доверие
оказывает Германия побежденной, послушной и даже отчасти союзной Франции.
— Администрация Германии дозволяет ограниченную постройку во Франции некоторых
типов самолетов. Основным решено считать D.520. Он будет производиться здесь, в
Тулузе. Надеюсь, — оберст обвел собравшихся тяжелым взглядом, — вы оправдаете наше
доверие.
8 июня 1941 года, Сирия, район Эзраа
Англичане вторглись на территорию Сирии.
— Ваша задача — оборона столицы. — Командование вишистской Франции прислало
истребительным эскадрильям четкие указания. — Британец может быть где угодно.
Вылетайте на разведку, штурмуйте, бомбите.
Старший лейтенант Пьер Ле Глоан и старший сержант Мертинзен подняли свои D.520 и