Устье
Шрифт:
– Ты куда собрался, милый?.. – проговорила Салли, не открывая глаза.
– Я здесь. Спи спокойно, дорогая. – Затем прошёл в кабинет, снял со стены Миммеринг и взмахнул им. – Похоже, скоро я снова отправлюсь в поход, – сказал он вполголоса. Затем отодвинул книгу в книжном шкафу, вытащил фляжку и сделал несколько глотков. – Твоё здоровье, Фенрир-волк, – кивнул он своему отражению в зеркале.
За окном шёл дождь.
…На Верхней Кроне светало рано, там почти не было ночи – солнце, подобно гончару, крутило в руках город, не выпускало его, и чуть потемневшее небо снова
– Фьялар, хотите мороженого?.. – Салли спустилась из спальни, Фьялар сидел в гостиной, накрывшись пледом. Он не спал. – Нет, благодарю…
– А я куплю! Сейчас приедет мороженщик! Себе клубничного, а Форсетти шоколадного! Вы ведь его старый товарищ! Воевали с ним?..
– Можно сказать и так.
– Благодарю за розу! Она очень красивая!.. И загадочная – добавила она, посмотрев на цветок в вазе. Он распустился и походил на маленькое весеннее облако, улетающее за горизонт.
– Очень рад, что вам понравилось.
Салли выбежала во двор, к весело звенящему зелёному грузовичку. По лестнице спустился Форсетти.
– Вижу, ты не спал, Фьялар…
– Нет… А зачем мне сон? Зачем познавать иллюзорные области? Я просто сижу и вспоминаю… Много что вспоминаю! Я старше тебя, Главный Егерь. И всё, что я помню, старые размытые картинки, при пристальном взгляде вновь обретающие резкость, это и есть мои сны… Движение от устья к истоку!..
– Нам скоро выезжать. С мотоциклом знаком?..
– Да.
– Нам недалеко, до Вестервикского маяка, это соседняя Ветвь.
Спустя час они отправились в путь – Форсетти на большом трёхколёсном байке, а Фьялар – на лёгком красном мотоцикле, принадлежавшем Салли. Она долго махала Форсетти в окно, а когда он уехал, пошла в сад – сажать цветы.
Они выехали за город, мимо проносились зелёные холмы.
– Я вижу, ты вернул свой байк, Форсетти! Который оставил Скирниру!..
– Да. Нашёл весной.
Фьялар помолчал и продолжил разговор.
– Какая идиллическая Ветвь! Такая симпатичная! Эти зелёные холмы, не хватает только коров на них! Коров с бубенчиками! И пастушков! С пастушками! Пожалуй, её Салли выбрала, а?.. Или ты?.. Знаешь, тут очень разреженное время, как воздух ранним утром. Вот прямо как на рассвете. Или в горах. Разреженное время – ведь это почти вечность?.. А когда время сгущается – оно ведь может сгущаться, очень сильно, так бывает в кошмарах, спрессованное время, ты в нём вязнешь, в этом времени, оно буквально засасывает тебя!.. Время-болото!..
– Тебе оно, наверное, хорошо знакомо?..
– Да, более чем! Эти концентрические круги, уходящие вглубь циферблаты часов, стрелки на которых крутятся и крутятся, но время не течёт! Оно слишком густое! Оно замёрзло!.. Кстати, Форсетти, у тебя не найдётся сигареты?..
– Найдётся.
Они остановились на обочине, Форсетти протянул Фьялару портсигар. Тот закурил.
– До маяка, откуда мы отправимся к Императору, примерно час пути. Скоро съезд на Эстакаду, а там – совсем рядом… – сказал Форсетти и добавил, – у нас не так много общих знакомых, но всё же есть.
– Галар пропал. Возможно, совсем. Не выбрался из Кипящего Котла! Но я не знаю точно, такие ходят слухи! А Гоин занимает солидную должность! Множество нарядов! Дел! Звонков! Приёмов! Не то что у меня…
Фьялар затянулся сигаретой.
– У тебя хороший табак, Форсетти. А за нами нет хвоста?..
– Нас сопровождает Специальная Служба. Так что если ты хотел пострелять или что-то вроде этого, придётся подождать.
Через час они подъехали к маяку. На берег накатывали волны, а дальше у горизонта, где переливался огнями, темнел и светлел ствол Древа, море менялось – над его поверхностью плавали разноцветные киты, поднимали вверх фонтаны из яркого конфетти, и рыбак шёл на ходулях по волнам, сжимая в руке удочку.
– Там начинается море Ближних Снов, – сказал Форсетти. – Скоро прибудет корабль, мы поплывём ему навстречу.
Они спустились вниз, сели в лодку. Форсетти взялся за вёсла.
Вскоре из разноцветной дали Ближних Снов показалась шхуна. Над ней реял Императорский штандарт.
Глава III,
в которой, в частности, повествуется о клоуне-злодее и печальной участи мухи
Клоун держал в одной руке связку разноцветных воздушных шаров – словно разноцветные сочные плоды. А в другой руке – бумажный кораблик Джорджа.
– Хочешь свой кораблик, Джордж? – улыбнулся клоун.
В небоскрёбе тушили свет, но на верхних этажах ещё горели окна. Гоин сняла туфли и вытянула ноги под столом. чёрные чулки шуршали по ворсу ковра. За окном, на низких серых облаках, светилась реклама. Шёл редкий дождь; влетая в красный свет вывески, капли казались горящими кусками целлофана. Гоин нажала кнопку громкой связи.
– Вызовите ко мне Офнира и Альва.
Вскоре в кабинет вошёл бородатый молодой человек в пиджаке, узких брюках и цветном галстуке. За ним – юноша с разноцветными окрашенными волосами и пёстрой одежде.
– Вижу, ты уже восстановился, Альв!.. Фьялар переиграл тебя в прятки, – усмехнулась Гоин.
Альв промолчал, но когда Гоин отвернулась, скорчил ей рожу.
– Знакомлю вас с новой сотрудницей Департамента! Позовите Моин, – приказала она секретарше.
Моин вошла через минуту – темноволосая девушка с короткой стрижкой, в чёрном платье с нарисованными клубничками.
– Обсудим текущие вопросы, – сказала Гоин. – Офнир.
– За выслеживание Фьялара отвечал я! И всё было бы замечательно, прояви Альв большую расторопность! Но нет… Он оказался слишком медлительным. Я бы на его месте повёл себя совершенно иным образом!
– И как же? – поинтересовалась Гоин.
– Кинул нож в Форсетти! Уложил его! А потом и Фьялара!
– Думаю, у тебя ещё будет такая возможность. Через слуховые трубы в Ближних Снах Подслушивающие уловили выход в море Императорской Шхуны. Вероятно, Фьялар заключит какую-то сделку с Асгардом. Без них – ему конец. А они могут воспользоваться его услугами. Это создает потенциальные угрозы. Тем более у него – корона Локи.
– А зачем нужна эта бессмысленная железка? – спросил Офнир. – Королевства Локи больше нет!.. Мы – республиканцы!