В никуда
Шрифт:
– Так вот, – повернулся я к Сьюзан, – здесь кроется еще один кусочек головоломки. Письмо, которое нашли на теле Тран Кван Ли в долине Ашау, было написано его братом Тран Ван Вином именно в Куангчи. Тран Ван Вина ранило во время новогоднего наступления шестьдесят восьмого года. Он лежал в одном из здешних зданий и видел нечто, что имело отношение к американцам. Ты знала об этом?
– Нет.
– Хорошо. На следующий день он пишет письмо из подвала буддийской высшей школы – той самой, что мы видели по дороге сюда, – и оно попадает к его брату в
– И что же он видел?
– Из-за того, что он видел, я здесь. Другой вопрос, пережил ли он войну: тот бой и все последующие в течение семи лет; если да, то дожил ли до наших дней; если дожил, то что сумеет мне рассказать. – Я опустил ту часть задания, которая касалась убийства этого человека и, возможно, моего собственного последующего уничтожения.
Мы продолжали идти. Наконец Сьюзан спросила:
– И это все?
– Все.
– Неужели то, что он видел, настолько важно?
– Очевидно, иначе я бы не тратил здесь государственные средства.
– Что он говорит в письме?
– Говорит, что видел, как здесь, в Цитадели, капитан американской армии хладнокровно убил лейтенанта американской армии. Сам Тран Ван Вин в это время лежал, раненный, этажом выше.
– Так это расследование убийства? – немного подумав, поинтересовалась Сьюзан.
– Судя по всему.
– Но... – начала она.
– Вот именно, "но", – перебил ее я.
Она остановилась и обвела глазами пустое пространство.
– Именно здесь?
– Где-то здесь. Я не могу точно сказать, где находились здания, но даже через тридцать лет полезно побывать на месте преступления. Даже если место преступления сметено снарядами и бомбами. Копы такие же мистики и суеверные люди, как солдаты на войне. Нам кажется, что мертвые, их тени, могут нам что-то рассказать или по крайней мере вдохновить на поимку их убийцы. Я в это не очень верю, но и отмахиваться не хочу. Ну так что, займемся спиритическим сеансом?
Сьюзан улыбнулась в ответ на мою улыбку.
– Мне понятно, как может вдохновить на расследование осмотр места преступления. Но как ты считаешь, не стоит ли за этим нечто иное?
– А ты как полагаешь?
– Понятия не имею.
– Почему тебе сказали, что это имеет отношение к бухте Камрань?
– Не знаю.
– Как это может быть связано с убийством во время войны?
– Без понятия.
– Почему разведывательные службы влезают в расследование уголовного дела?
– Ни малейшей идеи. А у тебя?
– Слишком много. Некоторые из них объясняют отдельные факты, но ни одна – все. Мне нужно больше фактов. У тебя они есть?
– Нет... разве что... Билл и полковник Гудман уж больно гоношились по поводу этого дела. Здесь нечто большее, чем убийство.
Я кивнул.
– Ты такая умная. Постарайся догадаться, в чем тут дело.
– Ну... – начала она, – убийца, капитан или свидетель Тран Ван Вин являлись в то время или являются сейчас очень важными персонами.
– Очень проницательный ответ.
Сьюзан изобразила на лице улыбку.
– Получила сигнал
Мы стояли на месте, которое было свидетелем по крайней мере двух больших сражений, но теперь хранило мертвенную тишину. Под покровом травы покоились с миром кости и бомбы: именно покоились, а не ждали моего возвращения.
– Как ты думаешь, этот Тран Ван Вин жив? – спросила Сьюзан.
– В этом-то ирония судьбы или совпадение, – ответил я. – Через два дня после того, как северяне захватили город, мы получили приказ спуститься с холмов и установить заградительные кордоны, чтобы противник не просочился из города. В те дни мы убили немало вражеских солдат. Так что не исключено, что я или кто-то из моей роты уничтожил моего главного свидетеля.
– В самом деле ирония. Если не жуть.
Я кивнул.
– Но у меня такое ощущение, что Тран Ван Вин не умер.
– И проживает в деревне Тамки?
– Конечно, нет. Это было что-то вроде кодового имени. Мой связной в Хюэ сообщил мне настоящее название.
– И какое же оно?
– Сейчас тебе сказать не могу. Может быть, позднее.
– Где эта деревня?
– На севере. Неподалеку от Дьенбьенфу. Знаешь, где это?
– Примерно. Неблизкая дорога. Это ты туда собираешься завтра?
– Планирую.
– Отлично. Дьенбьенфу в списке мест, которые я хотела посмотреть. Как мы туда доберемся?
– Я еще не знаю, как я туда доберусь. Думаю, насколько возможно, вдоль побережья на поезде, а дальше на внедорожнике.
– Неплохая идея. Но поезда начинают ходить только в пятницу. Тебя это не смущает?
– Смущает. А как бы ты поступила?
– Скажу, если угостишь меня ужином.
Я посмотрел на нее и спросил:
– У тебя в самом деле есть что-то на уме?
– Вчера я не весь день ходила по магазинам, – ответила Сьюзан.
– Расскажи.
– Нет. В свое время узнаешь. – Она взяла меня за руку, и мы повернули к мосту.
Первое, что бросилось мне в глаза: дети по ту сторону рва куда-то исчезли.
И второе: посреди крепостного поля стоял человек и смотрел на нас. Это был полковник Манг.
Глава 35
Мы глядели друг на друга через сотню метров пустого пространства.
– Кто это? – спросила меня Сьюзан.
– Попробуй догадаться.
– О... А что он здесь делает?
– Ну, для начала ждет, чтобы я к нему подошел, но я не собираюсь этого делать.
– Пол, я знаю таких людей: если ты вынудишь его потерять лицо, он совершенно взбесится.
– Вот что, Сьюзан, я чертовски устал от белых, которые только и делают, что пекутся, как бы азиаты не потеряли лицо.
– Я пойду поговорю с ним.
– Нет, ты останешься здесь.
Она не ответила, но и не двинулась с места.
За спиной Манга еще примерно в сотне метрах стояли два человека в форме с винтовками в руках. Даже на таком расстоянии в одном из них я узнал своего приятеля Пихалу из Сайгонского аэропорта.