В тылу врага
Шрифт:
– Слушаюсь, пани, – покорно ответила Мариана. Но мозг ее сверлила мысль: “Что означает уединение этих четырех и усиленное питание. Может быть, перед вылетом? Как бы не опоздать”.
Подойдя с полным подносом к столу, она медленно стала выкладывать рюмки, бутылку с французским ромом и закуски.
– С чего это фрау Эльза так расщедрилась? – спросил один из сидящих за столом и отбросил движением головы клок рыжих волос, падающий на лоб. Он говорил на чистом русском языке, показывая глазами на ром и как бы не замечая официантки.
– Это не фрау, а шеф раскошелился. Кормит собак перед охотой, как и наш батя Власов, черт
– Ну их к черту. Все равно пропадать. Давай, ребята, тяпнем, как говорят русские, – отозвался третий и стал открывать бутылку с ромом.
Мариана не подавала виду, что понимает, о чем они говорят. На кухне она умышленно задержалась подольше.
“Пусть выпьют по две-три рюмки, язык у них развяжется”, – думала она, готовя тарелки под бифштекс.
– Ну, что ты там возишься столько? – окликнул ее повар из своего окошка.
– Зараз, зараз, пан. Нужно, чтоб все было аккуратно. Так наказывала фрау Эльза, – ответила Мариана.
Она не ошиблась. Власовцы уже тяпнули, как они выражались, и беседовали в ожидании горячего.
– Барышня, видно, решила нас сегодня голодом заморить, – сказал курсант с рыжим чубом, падающим на узкий лоб.
– Не барышня, а товарищ. Привыкай, дружище, – поправил другой.
При слове “товарищ” Мариана вздрогнула и почувствовала, что в горле застрял комок: “Продажная шкура. Священное слово товарищ – не для твоей грязной пасти”, – подумала она. Мариана поняла, что эта четверка уже готовится к вылету. Через несколько дней они должны приземлиться в тылу советских войск, везя с собой смертоносный груз. “Нет, не бывать этому, предатели, – поклялась в душе Мариана. – Завтра, и не позже, вы позавтракаете в последний раз”.
Разведчица до мелочей продумала выполнение своей задачи. Мину она поставит в отверстие дымохода. Нужно рассчитывать так, чтобы она взорвалась в разгар завтрака. Но как уйти самой?
Вечером она еще раз посоветовалась с товарищами. Главная трудность заключалась в том, что все должно произойти днем. Было решено, что Мариана исчезнет незаметно за пятнадцать минут до взрыва. Пока ее хватятся, произойдет взрыв. Пользуясь паникой, группа успеет скрыться.
Так и сделали. Мариана завела часовой механизм мины на 8 часов 30 минут, когда в столовую собирается весь персонал школы. В 8 часов она накинула платок, пальто, схватила графин и побежала к буфету пани Елены, сказав часовому, что ее послали с поручением.
Как только Мариана скрылась с глаз патрулей, она свернула в сторону и побежала к тому месту, где ее ожидали друзья.
Ровно в 8.30 раздался страшной силы взрыв. В воздух поднялся столб черного дыма…
Разведчики облегченно вздохнули.
– Вот вам, гады, за все! – не сдержался Андрей.
На новом месте Мариана прежде всего развернула рацию. Антенну на сей раз растянули на ветках деревьев, и короткие волны понесли на Родину известие о новом подвиге советских разведчиков в тылу врага.
ПРОСТИЛИСЬ С ЮЗЕКОМ НАВЕКИ!…
Последние события – взрыв диверсионной школы, уничтожение арсенала, бомбардировка эшелонов с военными грузами и многое другое – сильно обеспокоили гитлеровское командование. В этот район для борьбы с партизанами было направлено два батальона пехоты, поддержанных танками, тяжелой артиллерией и самолетами. Были взяты в
– Надо разойтись, – решили разведчики. До утра во что бы то ни стало нужно было выбраться из лесу. В отдельности это сделать легче. Встретиться условились у деда в Кемнице.
Товарищи обнялись на прощанье, и каждый пошел своей дорогой. Мариана осталась с Андреем. Натянув антенну, она передала: “Мы в опасности”. В ответ поступил приказ: “Прекратите работу. Маскируйтесь”.
Только благодаря сметке и находчивости, разведчикам удалось выбраться из окруженного немцами леса.
Дом старика в Кемнице стоял в трех километрах от леса. Старик приходился родственником Юзеку. Когда-то он бывал в России и с тех пор сохранил чувство симпатии к русским людям. Старик спрятал разведчиков, он стремился хоть чем-нибудь быть им полезным. Юзек ликовал. Он завоевал право называться честным польским гражданином. В короткие минуты отдыха он делился с разведчиками мечтами о будущем, заветным желанием побывать в Москве… Его чувства разделяли все. Девушки обнимались и плакали от радости.
– Значит, скоро, я увижу свою Украину.
– Скоро, скоро! – ответила Мариана и тоже представляла себя в родной Молдавии.
В условленный час радистка связалась с центром и приняла необыкновенную радиограмму: “Поздравляем высокой наградой Мариану Флоря орденом “Отечественной войны”, Андрея Павленко – Орденом Красного Знамени, Григория Михалюка – Орденом Красной Звезды, Ольгу Слюсаренко – Орденом Славы, Юзека Станкевича – Орденом Красной Звезды”.
Андрей от полноты чувств запел свой любимый марш, а Юзек вскочил на ноги и сорвал шапку с головы:
– Служу Советскому Союзу! Спасибо, товарищи, – отрапортовал он. Глаза у него заблестели. Непрошенные скупые мужские слезы покатились по его щекам.
– Как подойдут советские войска, я уйду с вами, не отстану от вас, друзья. Вот только схожу, попрощаюсь с матерью.
– Не знаю, Юзек, можно ли вам выходить, – выразила опасение Мариана. – Заметит кто-нибудь из недругов – беды не оберешься.
– Ничего, я буду осторожен. Надо успокоить старушку. Я ведь один у нее. Глаза, поди, все проплакала, ожидая меня. Через два-три дня вернусь.
К вечеру Юзек ушел. Но прошло пять суток, а он не возвращался.
Мариана послушала последние известия: советские войска вступили на территорию Германии.
– В нас, по-видимому, уже нужда отпала, сказала Мариана. – Но где Юзек? Что с ним?
Андрей и Гриша отправились на поиски: кое-что разузнать взялся и дед из Кемница. На следующий день разведчики вернулись с поникшими головами и поведали страшную историю.
…С тех пор, как Юзек ушел с русскими за ним установили слежку. Не успел Юзек переступить порог, как сидевшие в засаде схватили его, связали руки и выволокли во двор. Там его привязали к дереву и начали избивать, требуя выдать русских партизан. Юзек молчал. Когда стало окончательно ясно, что ему живым не уйти, он плюнул в лицо одному из палачей. Его выволокли в лес и там расстреляли…