Вечный волк

Чащина Татьяна

Теперь, намываясь в душе, я могла вспомнить, что произошло в купе и рассуждать о последствиях.

Я изменилась. Вот и теперь, стоя над раковиной, плевалась кровью, потому что непроизвольно вылезали верхние клыки и мелкие нижние, но очень острые. Я не готова к такому сюрпризу в своём рту, поранила язык.

Это всё метка на моей груди, она меня так трансформировала. И не накалывал её Гуру, ему хватило меня укусить. Благодаря этому, я смогла отбиться от четверых мужчин. Исключительно благодаря этому!

Гуру.

Заныло всё между ног.

Тоска наваливалась, хоть волком вой. И я завыла.

Стук в дверь меня отрезвил.

– Эль, там девочка к тебе пришла.

Я накинула халат, взяла в ладонь флэшку и вышла в прихожую.

Юля лет четырнадцать в полосатых чулках с конским хвостом на макушке жевала жвачку и лопала пузыри. Я поздоровалась с ней за руку, оставив в её ладони носитель.

– Спасибки, – чпокнула пузырём девица и ускакала по своим делам.

Они заплатят. Я надеялась на это, половину суммы уже получила, осталось немного.

В документах был договор с одной азиаткой фирмой на поставку дешёвых современных станков. Но договор только в проекте, если сбить цену, то можно было нашему гендиректору сорвать всю сделку, чем конкуренты и займутся. Но это уже не моё дело. Я уволена.

Юркина рука проехалась по моим голым бёдрам под халатом, погладила попу. Противно стало, хотя я всегда была не против. Он, как чужой стал.

– У нас есть что выпить? – увильнула я от ненужных ласк.

– Иркино шампанское в трёхлитровых банках.

– О, нет! С нового года стоит?

– Стоит, – усмехнулся Юра, с тоской зелёной глядя на меня. – Открыть?

– Мы траванёмся и у нас по квартире начнут ходить люди в химзащите, искать оружие массового поражения, – рассмеялась я.

Спать не хотелось даже после плотного ужина. Юра пытался меня отвлечь разговорами, а ближе к полуночи свёл тему к сексу.

Я ему отказала, сославшись на усталость. Уже собралась уйти в свою комнату, как в дверь позвонили.

6

Ирка приходила так поздно в крайне редких случаях. Теперь подвыпившая и с неугомонным хохотом доставала трёхлитровые банки с шампанским из нашего холодильника. Юра готовил стаканы.

– Он меня бросил, тварь.

Подруга моя была одета в офисную одежду. Красивый костюм молочного цвета на её точёной фигуре смотрелся отлично. Крашеные светлые волосы были уложены в причёску. Ей тридцать лет. Она красивая. Но её опять бросили.

– Чем ты смыла перекись водорода? – смеялась Иришка, с консервным ножом в руках. Открыла крышку, она вылетела, только не в потолок, а в стену. Зашипело, задымилось адское варево Ерёменко.

– Кто тебя научил шампанское в банки закручивать? – смеялся Юра, подмигивая моей подруге.

Тут я осеклась. Раньше не замечала их взаимную симпатию, а теперь просто растаяла от счастья. Это всё решало. Настроение моё улучшилось, я из банки разлила шампанское по стаканам.

– Когда завод вино-водочных изделий закрывали, дед мой грибы винные с

собой забрал, теперь разводит в подполе и продаёт за деньги. Тары нет, закатывает в банки, как самогон.

Шампанское от обычного советского ничем не отличалось. Пить приходилось быстро, чтобы не выдохлось. Мы чокались и задвигали тосты, про вечную любовь и верность. Ирка даже всплакнула на этот счёт. Верности ей в жизни не хватало совершенно.

– Вот, вот Юрка, – рыдала Ира, – вот он мужик!

«Забирай», - подумала я, а сама продолжала смотреть на подругу с лёгкой улыбкой. Шампанское накатывало, и попа захотела приключений, и это после прошедших суток.

Ерёменко уставилась на меня, как впервые увидела, потрогала волосы и лицо.

– Телефон стилиста дай.

– Помолодела как, – усмехался Юрка, гордый мной. – Как в свои восемнадцать.

В мои восемнадцать, Юра мне очень нравился, я даже однажды перед поступлением в университет спросила у него, может мне стоит остаться с ним. Он меня тогда послал и очень жёстко, потому что был гулящий красавец и гроза всех девчонок на своём автомобиле. Только денег он так и не смог заработать. Весь свой потенциал на кроватки женские растратил, пока не попал в аварию.

Теперь Ирке нравился, что домашний, что не пьёт и не курит, зарабатывает. Сейчас ещё на ноги встанет, и совсем красота.

Подруга под градусом продолжала кидать Юрке комплементы, тот чесал затылок, скромно улыбаясь. Ира о нашей связи не знала, считала, что мы брат и сестра.

– А поехали в клуб, – созрела Ира, распуская свои волосы по плечи.

– Я точно нет, – покачал головой Юра и посмотрел на меня. – Если не устала, можешь сгонять, потанцевать. На большое тебя не раскачать сегодня.

Последнее он сказал тихим шёпотом, Ира не услышала, а я сумела.

Мой внутренний зверь, что кусал сегодня охранников на работе, уже внутри пританцовывал, в предвкушении движения и радости ночной жизни.

– Юрка, – Ира полезла целовать его. – Я за тебя замуж выйду. Вот увидишь, никому такого драгоценного не отдам!

– Ещё и встану на ноги скоро, – Юра хитро покосился на меня, ожидая ревности.

– Я поеду, – ответила я, отправляясь в свою комнату.

– А насчёт работы ты не беспокойся, – долетал до меня голос Ирки. – Дам твой телефон одной фирме, они только открылись, им такой опытный сотрудник будет очень нужен.

Я открыла старый чемодан, извлекла на свет розовое платье, в котором ходила на выпускной. Шёлк обвил мою фигурку, под ним ярко выделилась торчащая грудь. На тонкие лямочки легли пряди пепельных волос. И краситься не надо.

Юра обалдел. Я накренилась к нему, поцеловала в лоб.

– Помнишь это платье? – спросила я.

Он тяжело сглотнул, заглядывая в мои груди:

– Помню.

– Для тебя одела на выпускной. А ты даже не взглянул.

Наши глаза встретились. Укор он понял. Мне не стоило так давить на него, но Юра не на грани самоубийства, он вообще живучий.