Вигил
Шрифт:
Индейцы решили поиграться с добычей, окружили Кенреда и тыкали его копьями, заставляя крутиться на месте и размахивать клинком, от многочисленных порезов рубаха Облитиуса пропиталась кровью, сам же он шатался все сильнее. Выглянула Мария как раз вовремя, чтобы заметить перемену настроения. Дикарь с дубиной явно готовился раскроить легионеру череп и поэтому сначала пришлось снимать его. Сжав двумя руками Дэльту она прицелилась и на выдохе, почти как во время учебы, выстрелила. Замешательство, возникшее среди дикарей, когда их товарищ рухнул на землю с дырой в голове, было очень недолгим. Один рванул к Кенреду, а второй развернулся в сторону сарая, за которым пряталась Мария. Ждать его она не собиралась и всадила две пули в грудь, целиться в голову уже не было времени.
— Надо прятаться, выстрелы могли услышать, — сказала он и Мария поспешила подхватить легионера левой рукой, правой продолжая сжимать пистолет.
На всякий случай выстрелила в головы двум дикарям, чтобы уж точно не встали, и потащила Кенреда к сараям. Дойти до них вышло, но на этом везение закончилось. Покачнувшись под тяжестью почти потерявшего сознание Облитиуса, она спасла себя от стрелы, что вошла в доски рядом справа. Резко нырнула за сарай и практически рухнула вместе с легионером. Укладывать его удобнее времени не было. Выглянула на плац, чуть не словила еще одну стрелу и отшатнулась. Высунув руку выстрелила два раза, опустошив магазин и сразу же полезла за Эпсилоном, времени на перезарядку не было. Как выяснилось, на то, чтобы выхватить свежее оружие его тоже не было. Мария успела только поднять голову, заметив движение, и тут же получила сильный удар ногой по лицу, от которого отлетела в сторону и растянулась на земле. Как назло, пистолет выпал из руки и добраться до него не было возможности. Над ней стояло двое дикарей с луками. Один тут же отбросил его и наставил на неё копье. Второй подошел к Облитиусу со вполне понятными намерениями.
Не обращая внимание на боль в носу и железный привкус от заполнившей рот крови, Мария внимательно наблюдала за дикарем, ожидая момента для атаки. Тот сделал обманный выпад копьем и отрывисто хрипло засмеялся, когда девушка дернулась в сторону. От следующего удара она увернулась и наконечник ударил землю. Она схватилась за копье и нацелилась ударить промеж ног, но дикарь в последний момент отшатнулся и удар пришелся в бедро. Встать он ей не дал, вырвал копье из руки и снова попытался пригвоздить к земле. Этот момент выбрал второй нападающий, чтобы засадить ей ногой в бок и когда она повернулась, первый резко дернул, рухнул на неё своим весом и уперся коленом в поясницу, левой рукой сжал сзади за запястья, а правой схватив за волосы приподнял голову вверх и сказал «Смотри». Она пожалела, что достаточно выучила их язык, чтобы понять его. Дернулась было, но хватка у мужчины оказалась железной, только почти вывернула себе руки. Стоявший над обессиленным Кенредом дикарь увидел нового зрителя и оскаблился, вытащил из обмякших пальцев легионера клинок и смотря на девушку вогнал его в грудь легионера, который захрипел, впиваясь ногтями в землю. Мария зарычала от натуги, пытаясь скинуть с себя дикаря, за что её несколько раз ударили лицом в землю. Почти потеряв сознание от боли в голове она сквозь мутную пелену глядела на Облитиуса, стеклянные глаза которого уже ничего не видели, а изо рта текла тонкая струйка крови.
Дерьмо! Дерьмо! Забившись как рыба на берегу она снова попыталась вырваться и неожиданно ей это удалось. Перевернувшись девушка исподлобья покосилась на своих мучителей, на лицах которых расплылись сальные ухмылки. Один догадался взять Эпсилон и теперь на Марию смотрело дуло собственного пистолета. Она перевела взгляд с оружия на тонкие смуглые пальцы другого дикаря, которыми он расшнуровывал завязки на штанах. Дерьмо! Может, эти уроды не знают, как пользоваться армэфой? Поставив все на это предположение, она метнулась к безоружному и тут же первый дикарь хладнокровно выстрелил. Целился, очевидно, в ногу, но попал совсем рядом, выбив комья земли, после чего наставил пистолет ей в грудь. Тут уж не промахнешься.
Сжав
— Тебя нельзя и на минуту оставить, — начал появившийся Ливидус и осекся увидев картину побоища.
Сам он красовался перевязанной головой и окровавленным рукавом зеленой рубахи.
— Твою ж, — выругался пришедший следом Клавдий.
Оба мужчины помогли Марии встать. Вигил достал из похудевшей аптечки корпию и затолкал в каждую ноздрю, отчего девушка скривилась и еле слышно застонала. Неужели сломали нос?
— Ты как? — спросил Росций, весь потный и уставший.
— Жить буду, — гнусаво ответила она опираясь на него.
— Те трое твои? — Гай проверил пульс у Кенреда, не нашел и закрыл глаза сослуживцу.
— Да, — подтвердила девушка. — Что происходит?
— Подкрепление наконец изволило появиться, — выплюнул Ливидус. — Зачищают поселение. Мы за тобой пошли. Не понимаю, какого хрена он поперся сюда, да еще и раненый, — тяжело вздохнул он смотря на окровавленное тело Кенреда.
— Идем к Нидгару, — прервал его Клавдий, помогая Марии подняться.
Голова раскалывалась, от ходьбы её замутило и вырвало прямо на плацу. Нос распух и сильно ныл, потревоженная рана в боку отзывалась резью, спина болела в пояснице, руки в запястьях. Осев на поставленную кем-то скамью у входа в дом медика, Мария отрешенно наблюдала за разворачиванием полевого госпиталя через открытую дверь. Её никто не тревожил, не умирает и ладно. Мимо пронесли мертвенно бледного Тирея с жуткой дырой в животе. Она старалась отделаться от ассоциаций с Луцием, который умер от похожего ранения. Мертвые были, их положили рядком на улице. Помимо Кенреда не повезло Агриколусу и трем легионерам из подкрепления. Раненых даже не считала, их точно было больше двух десятков. В какой момент рядом появилась Лелия с куском льда в тряпице она не поняла, но послушно приложила холод к распухшему носу.
Сквозь дверной проем она могла наблюдать за работой Нидгара. Операционную не запирали и Мария видела слаженные действия медика и Галлы, которая споро зашивала раны, раздавала всем не глядя эликсиры и накладывая практически по три повязки разом. В этот момент Квинтиус поняла, что почти ничего не знает о ней, кроме обрывочных характеристик Клавдия да слухов, и это знание неполное и в большинстве своем ошибочное. Медсестра из Галлы была на загляденье. Во время подсмотренной операции она ассистировала ловко и сосредоточенно, ни разу не дрогнув от вида вывернутых наружу внутренностей и пульсирующей плоти. Через пару часов Мария задремала, проснулась от прикосновений к лицу и столкнулась с водянистым взглядом Нидгара.
— Какой вердикт, Бранд? — сипло спросила она.
— Жить будешь, — устало ответил он. — И придешь ко мне завтра. Сейчас я все выжал на остальных.
Медик заставил её выпить укрепляющий эликсир, удалился в дом и закрыл дверь. Кряхтя как старушка Мария собралась с силами и встала со скамьи, пошатываясь доползла до лестницы и тут голова сильно закружилась. Пришлось сесть на ступеньку, ожидая, пока мир вокруг перестанет вращаться. Сбоку заскрипело дерево и повернув голову она увидела севшую рядом Галлу. Медсестра уже сняла серый форменный балахон ставший грязно-бордовым от запекшейся крови и устало оперлась подбородком о ладонь.
— Чего домой не идешь? — нарушила тишину Мария.
— Что там делать? Сидеть одной или слушать крики крошечного Арнарсона, — она вздохнула.
— А Гай где?
— Поскакал с приезжими искать остатки дикарей, — обронила она и снова замолчала.
— Как там Тирей?
— Ранение тяжелое. Завтрашний день покажет.
— Надеюсь, выкарабкается, — Мария посмотрела поверх темного здания казарм на заходящее солнце. — Сегодня и так многие погибли с обеих сторон.
— Говорят, ты справилась сразу с тремя…