Волчье семя

Гвор Виктор

– Не надо, пани Ядвига!
– пошел на попятную Зигмунд под одобрительный гул прочих ягеров.
– Очень хороший цвет! На Сапоге так все благородные ходят!

Ядвига обиженно села

– Ну и отлично, - улыбнулся Арнольд.
– Раз все довольны, то с сегодняшнего вечера ходите только в нем. Хотя нет, сегодня премия будет, пооблевываете. С завтрашнего утра. Не думаю, что кто-то из вас столкнется с детьми. Но чем Нечистый не шутит. Еще раз повторяю для тех, кто до сих пор не слез с дуба! Оружием не махать, силу не применять,

говорить предельно вежливо, обязательно упомянуть меня, то есть пана Мариуша Качиньского, и попросить о встрече в любом удобном для них месте. И время пусть тоже выбирают сами. И отслеживайте любые странности. Ясно?

– Ты это каждый день говоришь, - пробурчал Зигмунд.
– Чай не тупые. Наизусть выучили...

– Ничего, лишним не будет, - хлопнул Арнольд по столу, - Раз все - всё, тогда - всё.

Капитан поднялся к себе. Не успел достать из шкафчика припасенную бутылочку, как Ядвига вломилась следом:

– Тебе понравилось моё выступление, папочка?

– Ты, дочка, у меня умница! Коротко и эффективно!

– С тебя... Э-э... Чего бы мне пожелать?..

– А тебе чего-то не хватает?

Ядвига махнула рукой:

– Разве что ручного ларга!

– Мы работаем в этом направлении, - очень серьезно ответил капитан

– Слушай, а зачем он нам?
– не менее серьезно спросила девочка, - Мы, вроде, и без него справляемся крайне недурственно.

– Может, и не нужен, - задумчиво произнес Хюбнер.
– Сдать святым братьям у меня рука не поднимется. Привык за последнее время к благородной шкуре... Но в хозяйстве пригодится. И брат у него умница.

– Умнее меня?
– ехидно поинтересовалась Ядвига.

– Это вряд ли, - усмехнулся Арнольд.
– Ты у меня самая-самая. Но вы споетесь...

Глава 51

Медвежонок ввалился в грот, перекинулся и торжественно водрузил мешок.

– Вот, - неуверенно произнес ларг.
– Принес!

– Что надыбал?
– Коготь распутал завязки, вытащил кусок пирога и присвистнул.
– Откуда?

– С пасеки!

– Опять купил?

– Не-е, - замотал головой младший.
– Угостили.

– Не понял...
– насторожился брат.

Медвежонок смущенно почесал лоб:

– Понимаешь... На старика рысь напала... Ну не мог я... Он на деда похож... Немного...

– Это ты правильно, - одобрил Коготь.
– Будут тут всякие людей жрать!

– Ну вот, - приободрился Медвежонок.
– А потом у него нога подвернулась, - он задумался, - или рысь повредила. Пришлось его на пасеку тащить. А там бабка Агнея. Я от нее увернуться не смог.

– Перекинулся бы!

– В Облике не смог, - смущенно признался Медвежонок.
– Она всех кормит. А дед Панас говорит, она еще и лечить умеет... Как там Эльза?

Оба посмотрели на спящую девочку. Когда Медвежонок уходил - Белка всхлипывала и металась, но сейчас сопела более-менее ровно.

– То лучше, то хуже, -

вздохнул Коготь.
– Сейчас, вроде, опять жар спал...

– Бабушка к себе зовет, - решился Медвежонок.
– На всю зиму...

Старший задумался.

– А смысл?

– В доме лучше, чем в пещере... И Белку вылечит.

– Не знаю, - Коготь отломил еще кусочек пирога и завернул остатки в полотно.
– Не верю я никому. Сначала все добрые. А потом сдадут: мол, объедают всякие.

– А мы объедать не будем! Я охотиться могу. Дрова поколем, еще чего. Дед сейчас ходить не может. Как он нас сдаст? Да и не ищут нас уже! Столько времени прошло...

– Может, и не сдаст, - продолжал сомневаться Коготь.
– А может, и сдаст. Кто его знает. Белке там лучше будет. Но если сдадут - не убежишь.

– Почему?
– Медвежонок улыбнулся.
– Я их того, - он махнул рукой по горлу.
– А вы пока слиняете.

– От шестилапых особо не побегаешь... Я уже пробовал...

– И чем кончилось?
– поинтересовался Медвежонок.

– С тобой встретился.

– Ну вот! Еще с кем-нибудь встретимся!

Коготь снял с костра котелок, разлил в две кружки воду, положил каждому варенья по чуть-чуть. Немного похлебали.

– Добрые они, - сказал Медвежонок.
– Я чувствую. Меня бабушка Агнея так накормила, до сих пор есть не хочется. А я ведь еще сбегал, шмутки дедовы отнес. И сюда бежал...

Отто рассматривал сосредоточенное лицо брата, освещавшееся отблесками костра. Это в Облике света, проникающего через лаз, хватает. А для обычных глаз - тьма кромешная. Коготь сосредоточенно хмурился. На перине беспокойно завозилась Белка. Всхлипнула пару раз. Вроде, притихла.

– Жить там по-любому лучше, - произнес, наконец, Коготь.
– За хавкой к Нечистому на рога бегать не придется. И светло там. Здесь кротами сидим. Днем боимся, что заметит кто, если вылезем, а ночью смысла нет. Работы даже меньше получится. Может, одежкой зимней разживемся. И шузами... Если не сдадут - лучше пойти...

– И Белку вылечат, - добавил Медвежонок.

– Если бы не это, я и не подумал никуда уходить, - признался Коготь.
– Есть Господь или нет, а береженого он бережет. Давай, сходим к ним вдвоем, поговорим. Сам посмотрю. Тогда и решим, - он зевнул.
– Пошли спать.

Медвежонок устроился на перине. Не спалось. Он лежал, слушал прерывистое, хриплое дыхание Белки, вздохи Когтя и думал. О том, что они завтра сходят на пасеку. Когтю хозяева понравятся обязательно! После переберутся туда втроем. И всё станет хорошо. Белку вылечат. Снова появится дед. Пусть не такой хороший, как настоящий, но тоже добрый. И бабушка очень добрая. Бабушки у Отто раньше не было. Так ведь и брата с сестрой не имелось. А потом... Может, он всё-таки ошибается. Дед жив, просто что-то задержало его в пути. Он найдет Отто. И станет совсем здорово!..