Волхв
Шрифт:
— Силки проверить решил?
Голос мужика разливался по окрестному лесу так же густо, как и он сам бы выглядел среди тонких 18-летних парней-горожан.
— Ну, решил, — Рядок не мог сообразить, как же вести себя с этим несомненно разбойником.
— Косой один попался. Здоровый, — он кивнул куда-то в левую сторону.
Рядок перевел взгляд. В стороне стоял молодой воин в заношенной одежде и, чуть приподняв лук, держал его на прицеле. Парень сжимал оружие расслабленно, но за этой слабостью
— Ты удачный охотник, — продолжил незнакомец. — Вторая ловушка тоже не пуста, — он глянул направо.
Рядок, уже догадываясь, что и там он увидит воина, повернул голову. Второй парень, с пушком на подбородке, тоже сжимал лук. У его ног валялся колонок. Шея его была свернута на бок.
— Правда, шкура его сейчас ни на что не годна. Ну, да мясо мы заберем, если ты не возражаешь — собак кормить.
Рядок сглотнул слюну:
— Поговорим?
— Отчего не поговорить с хорошим человеком. У тебя там костерок, чую, горит, пойдем посидим.
Рядок первым развернулся и, сопровождаемый наконечниками стрел, двинулся назад. Мужик пошел за ним.
У огня они сели напротив друг друга. Немного поодаль расположись парни, не выпускающие оружия из рук. Рядок разглядел, что они совсем молодые, не больше восемнадцати и очень похожи. И каждый из них чем-то повторяет этого кряжистого мужика. Явно отец с сыновьями.
Старший мужик внимательно разглядел воина, сидящего перед ним. Глаза у него отсвечивали голубыми бликами от огня, как и у самого Рядка.
— Варяг, — не то спросил, не то определил для себя мужик.
— Ну, варяг. И что с того?
— Да, ничего. Кому служишь? Купцам?
— Не, не купцам. Служил у князя.
— Как здесь очутился?
— Раненным в плен попал каким-то хуторским. Где-то в этих лесах. Они меня вылечили, да и бросили одного на хуторе. Я сидел, сидел, скучно стало, вот и пошел бродить по лесам. Не знаю, куда и зашел.
Мужик заинтересовался:
— А они, это кто? Объясни-ка.
— Староверы какие-то. Старик там был, главный. Седой, как лунь. Его Белогостом кличут. С ним еще люди.
— На лице мужика проявилось беспокойство. Он быстро глянул на парней. Они опустили луки и подтянулись поближе.
— Белогост, говоришь?
— Ну, да.
— И что, отпустил он тебя.
— Отпустил или бросил, не понять. Только вечером на хуторе полно народу было. Меня в сарае закрыли, а утром проснулся, сарай открыт, а на хуторе никого. И все вынесено, что можно было. Похоже, перебрался он в другое место.
— А тебя, значит, не тронул.
— Не тронул, как видишь.
— Видать, приглянулся ты ему чем-то.
— Видать, так.
— А хутор, Васильчиковский?
— Это
— А дальше что?
— А дальше… — Рядок помрачнел, вспомнив тот злополучный бой. — Перестреляли они моих товарищей, как куропаток. Я сам стрелу в руку получил. Чернец вроде сбежал, что с остальными тоже не ведаю.
— И что ты туда ходил? Что тебе староверы сделали плохого?
— Ничего не сделали. Служивый я. Человек подневольный, приказано, надо выполнять.
— Довыполнялся.
— Рана что? В нашем деле без этого не обойтись. Мы привычные. Меня, почитай, уже разов десять кололи.
— А меня и того больше.
— Что, тоже служивый?
— Мужик усмехнулся:
— Что-то вроде того. Ну, а звать-то тебя как?
— Рядком родители назвали.
— Ну, а меня зови Кряж. А это сыновья мои: Починок и Ростик.
Парни молча склонили головы, но оружие не убрали. Рядок тоже вежливо кивнул.
— Чего дальше думаете? — варяг решил воспользоваться возникшим вдруг небольшим потеплением в их отношениях.
Кряж кивнул парням, и они наконец опустили луки и подошли поближе к костру. Оглянувшись, они подтащили старую корягу и устроились на ней рядом с отцом.
— Если угостишь чем, пообедаем. А то с утра не емши.
— Конечно, угощу, — насмотря на противоестественность ситуации, он почувствовал себя неловко. Словно, забыл пришедших к нему гостей, накормить.
Рядок повернулся и вытащил из-за коряги остатки муксуна:
— Вот, у меня тут рыба осталась.
Парни заинтересованно рассмотрели ее:
— Муксун?
— Ага. Если не торопитесь, можно зайца приготовить.
— Не торопимся.
— Вот и отлично, — варяг подхватил тушку косого и потащил ее к реке — потрошить.
Дело это нехитрое, шкурка в умелых руках снимается как чулок. Не успели Кряж с сыновьями расправится с муксуном, как Рядок, обмазав тушку солью, уже насаживал ее на то же копье. Устроив ее над огнем, он присел напротив. Парни тем временем насобирали по берегу сушняка и кинули рядом с кострищем две крупные охапки.
Облизав последнюю косточку косого, Кряж скинул ее туда же куда и остальные — в котомку. Он уже давно объяснил варягу, что это для его лайки. Так же поступили и парни.
— Ну, спасибо, добрый человек за угощение, — Кряж завязал котомку и поднялся. Тут же, как по команде подскочили и сыновья. — Пора нам дальше топать.
— Далеко вам еще? — Рядок тоже встал, вытирая руки о лист лопуха. — А то посидели бы еще.
— Мы бы посидели, да пора. А ты, что с нами не идешь? — притворно удивился Кряж. — Неужто одному не надоело по лесам шастать?