Война сердец
Шрифт:
Когда Мейя решила, что больше не в силах выдерживать сладострастную пытку, Джорджио перевернул жену на живот и вошел в нее.
Слушая его постанывания, Мейя задалась вопросом: было ли ему так же хорошо с какой-нибудь другой женщиной? Однако гадать тут бесполезно. Придется выбрать подходящий момент и спросить его об этом напрямую.
Глава 13
Когда Мейя на следующее утро открыла глаза, Джорджио рядом с ней не оказалось. В этом не было ничего необычного, поскольку он всегда просыпался рано, однако
Мейя отбросила простыни, накинула банный халат и тихо пошла в сторону лестницы. Она услышала, как он разговаривает по телефону в своем кабинете. В принципе, в этом тоже не было ничего необычного, даже в столь ранний час, потому что сеть отелей располагалась в странах с различными часовыми поясами. Однако ее удивило то, что Джорджио преднамеренно говорил приглушенным голосом и явно очень сердился.
Он беседовал по-английски и, несомненно, с женщиной.
Чем дольше Мейя слушала телефонный разговор, тем сильнее сжималось ее сердце. Хрупкие надежды на счастье мучительно умирали.
— Я предупреждал тебя, чтобы ты никогда не звонила мне на этот номер. — Джорджио был разъярен. — Наше общение, как ты это называешь, давным-давно завершилось. У меня сейчас другие приоритеты.
Собеседница на другом конце провода, должно быть, что-то ответила, ибо мгновение Джорджио молчал, а затем продолжил суровым тоном:
— Я намерен отрицать каждое из твоих заявлений. У тебя нет доказательств. Любой человек поймет, что для тебя это просто легкий способ добывания денег.
Мейя не выдержала и отправилась в кухню, отчаянно желая выпить воды, чтобы смочить внезапно пересохшее горло.
Именно там она увидела утреннюю газету.
На первой полосе красовался яркий заголовок: «Миллиардер и владелец международной сети отелей Джорджио Саббатини. Каков он? Эксклюзивное интервью дает его любовница — известная модель».
Рука Мейи задрожала, когда она перевернула страницу и увидела фотографию Джорджио и той самой модели, рекламирующей нижнее белье. Ее звали Талеша Бартон. На снимке она и Джорджио были запечатлены в уютной обстановке в ночном клубе. Талеша была полной противоположностью Мейи: полноватая, высокая, темноволосая, с экзотическими чертами лица, большими миндалевидными глазами и чувственными губами.
Эксклюзивное интервью пестрело дерзкими интимными деталями. Модель поведала о том, как встретила расстроенного Джорджио Саббатини и провела с ним бурную ночь в некой квартире.
«Джорджио — удивительный любовник, — утверждала красотка. — Он может заниматься сексом всю ночь без перерыва. Это был лучший секс в моей жизни».
Мейя ощутила прилив тошноты, с трудом сглотнула и сложила газету, дрожа всем телом от гнева, отчаяния и неописуемой боли.
Джорджио вошел в кухню в тот самый момент, когда она отвернулась от стула, на котором лежала газета.
— Мейя!
Молодая женщина бросила ему газету. Она распалась на отдельные страницы и приземлилась у его ног.
— Сволочь, — процедила Мейя сквозь зубы. — Ты обманывал меня. Ты спал с ней.
Джорджио мрачно нахмурился.
— Стой, подожди минуту, — сказал он, переступая через газетные страницы. — Неужели ты считаешь, что написанная здесь чепуха является правдой?
Мейя была близка к истерике. Ощущение боли и предательства была настолько острым, что грозилось
— Как ты мог спать с этой… этой… потаскухой? — спросила она.
Его глаза напоминали льдинки.
— Ты предполагаешь, что я на самом деле спал с ней, хотя у тебя нет на то никаких доказательств, кроме статьи в газете? Клянусь Богом, ей заплатили очень много денег за то, чтобы она поведала репортерам эту сказочную историю.
— О, пожалуйста! — Мейя с презрением закатила глаза. — На фотографии вы сидите и обнимаете друг друга, словно на свидании.
— Если я не ошибаюсь, у тебя тоже было «свидание», — напомнил Джорджио.
Мейя напряглась:
— Я говорила тебе, что ничего не произошло. Кто-то специально подобрал фотографию, которая выглядела особенно интимной.
— Все равно, — отрезал он. — Да, я признаю, что действительно пару раз приглашал ее на свидание и собирался с ней сблизиться, но передумал. В то время я позволил прессе кормить общественность всякими домыслами. Я был зол на тебя за то, что ты ушла от меня, поэтому мне было наплевать, если ты прочтешь обо мне и об этой модели в газете. Теперь все обстоит иначе.
— Иначе потому, что тебе так хочется, Джорджио? — сказала Мейя с горечью. — Тебе нужна послушная уступчивая женушка, которая готова сидеть дома и воспитывать твоих детей, пока ты будешь крутить романы на стороне… как твой отец.
Джорджио сжал губы с такой силой, что побелели уголки рта.
— Не приплетай сюда моего отца! — Он повысил голос. — Моя мать давно простила ему измену. Это их дело, а не наше. И в любом случае отца уже нет в живых. Он не имеет возможности оправдаться.
— Твоя мать была дурой, приняв его обратно, — возразила Мейя. — Но, может быть, как и в случае со мной, твой отец поставил ее в безвыходное положение? Неужели он шантажировал Джованну, чтобы она приняла его назад? Или она страшилась того факта, что придется в одиночку воспитывать троих малолетних сыновей?
Джорджио пригладил волосы:
— Ты не представляешь, через что им пришлось пройти. Они потеряли свою маленькую девочку, единственную обожаемую дочь. Горе сломало их. Моя мать ужасно страдала, и в конце концов семейный доктор прописал ей сильные успокаивающие лекарства, которые сделали ее на какое-то время практически невменяемой. Мне часто приходилось ухаживать за младшими братьями, кормить их, купать и укладывать спать, если няня покидала наш дом без уведомления, поскольку моя мать в минуту отчаяния оскорбила ее. — Джорджио ненадолго умолк, чтобы перевести дыхание. — Отец не справлялся с семейными проблемами. На нем лежало управление гостиничным бизнесом. Дед и бабушка делали все, что могли, но никому не удавалось уменьшить боль потери. Я жил в страхе, боясь потерять маму и папу. Меня не оставляла уверенность, что они не хотят больше жить. Я должен был сделать все, что в моих силах, чтобы поддержать их и сохранить семью.