Врачеватель
Шрифт:
– А ногу когда потерял?
– Да после уже, – Глеб несдержанно зевнул и извиняюще посмотрел на напарников, стыдясь собственной слабости: – Они с бригадой волонтеров к границе уже возвращались, когда их отряд подорвали. Он, кстати, единственный, кто выжил в тот день. Награду, между прочим, имеет. И статус уважаемого гражданина. А, и еще он – член Союза Ветеранов.
– А вот это уже проблема, – Влада похолодела от дурного предчувствия.
И не зря.
Дверь в кабинет распахнулась с пинка, и внутрь ворвался невысокий
– Вы хоть представляете, что творите, идиоты?!
Дверь за ним захлопнулась оглушающее громко. Влада вздрогнула, а Дамир поморщился.
Девушка, наконец, узнала вошедшего. Это был пресс-секретарь, которого за все это время она видела раза два, поэтому не помнила ни имени, ни звания. На всякий случай кинула взгляд на Дамира. Тот, не вставая, лениво отдал мужчине честь, и девушка повторила за ним.
Должного трепета к секретарю Миронов не испытывал. И Владу это немного успокоило, хотя напряжение не отпускало.
– Сейчас же освободите Ладышева! – мужчина в гневе стягивал с шеи галстук, словно собирался задушить им всех присутствующих в кабинете. – Сейчас же!
– С какой радости? – Дамир сложил на груди руки.
Влада испуганно покосилась на Глеба, а тот в ответ только пожал плечами. Чинопочитание у капитана отсутствовало напрочь.
Владу это пугало, и в то же время она не переставала восхищаться.
Секретарь замер. Сцепил зубы и прошипел:
– Капитан Миронов, ты не слышал, что я сказал?
– Жду обоснований, – упрямо гнул Дамир и снова без тени уважения добавил: – товарищ майор.
– У тебя нет ни одного доказательства!
– Потому и имею права держать двое суток до выяснения обстоятельств. – Миронов парировал холодно, с превосходством.
Его спокойствие постепенно передавалось и Владе. Но грубить старшему по званию она все еще не могла, поэтому тихо молчала в стороне.
– Ты идиот! – пресс-секретарь оказался слишком нервным. Холодный разум точно не был его сильной стороной, и на провокации Дамира, мужчина реагировал противным визгом: – Ладышев – член Совета Ветеранов! Да ты хоть представляешь, что здесь начнется?! Кто отвечать будешь?! Ты?!
– А если этот урод убьет еще кого-то, когда я его отпущу, отвечать будешь ты?
И снова спокойный голос и пренебрежительно «ты» в обращении. Не удивительно, что общение с Дамиром выводило секретаря из себя. Влада даже опасалась, что он бросится в драку.
– Прекратите. – голос майора Громова раздался очень вовремя.
Исаева незаметно выдохнула с облегчением.
– Павел Сергеевич, пройдите в мой кабинет. – он обращался к мужчине, но тот не обращал внимания, тяжело дышал и пронзал Миронова уничтожающим взглядом. Поэтому Громову пришлось повысить голос и снова позвать: – Павел Сергеевич!
–
А затем, на удивление легко, не говоря ни слова, он развернулся и вышел за дверь. Та опять врезалась в косяк, и от громкого хлопка задрожали стекла.
Громов устало потер глаза.
– Вы понимаете, что происходит? – подозрительное спокойствие в его голосе.
Влада закусила губу, а Дамир уверенно кивнул.
– Общество это так просто не оставит. Поднимется шум. Ошибка будет стоить всем нам работы.
Снова кивок.
Майор выдохнул и продолжил:
– Я смогу успокоить его. Но у вас есть два дня.
Влада сжала кулаки и поморщилась. Больно.
– Вызвали комиссию? – догадался Дамир.
Громов кивнул.
– Да. Через два дня из столицы приедет комиссия. Давно пора была сделать нормальный отчет и передать им всю информацию. Сейчас, на фоне общей шумихи, сможем провернуть все без потерь. Но вы обязаны мне предоставить неопровержимые доказательства, что задержание этого человека не было безосновательным. Слышите? Неопровержимые! В противном случае, будем вместе побираться на улицах.
Он замолчал. А напарники, переглянувшись, в один голос отозвались:
– Так точно.
34
Дверь за майором закрылась, и в кабинете воцарилось молчание. Только нервный стук пальцев Глеба по столу нарушал гробовую тишину. Парень чувствовал себя особенно неловко, поэтому и заговорил первым:
– Ничего себе поворот… – выглядел Тюрин шокированным.
Растерянно чесал голову и переводил потерянный взгляд с Влады на Дамира, словно вот-вот ожидал, что кто-то его успокоит.
– Выкрутимся, – неуверенно пообещала девушка и постаралась улыбнуться.
Вышло криво. Она сама своим словам не верила.
– Ну, по крайней мере, постараемся? – добавила тихо.
Дамир хмуро смотрел на напарницу, а та неловко переминалась с ноги на ногу. Снова тяжелое молчание.
– Конечно, постараемся, – Тюрин пытался подражать Владе: – За работу?
Исаева кивнула, а Миронов неожиданно мрачно приказал:
– Руку подними.
– Что?
– Руку. – напарник чуть повысил голос.
Влада вздрогнула и на автомате подняла ладонь в воздух. Бинты пропитались кровью, и девушка снова вспомнила о режущей боли. Снова накрыло чувство, что весь сегодняшний день – длинный и странный сон.
Дамир раздраженно цыкнул и поднялся на ноги.
– Почему не обработала до сих пор?
– Я обработала, – попыталась оправдаться Исаева. Наткнулась на угрюмый взгляд и вяло добавила: – там осколок застрял, наверное. Пинцета у вас не было в аптечке. Я потом..
Тюрин сдавленно охнул и пугливо сглотнул, а Миронов покачал головой. Сжал локоть напарницы и потащил за собой.