Враги
Шрифт:
[2] Рассказ «Враги. Ведьма»
Глава 12. Ночь в лесу — 2
Ночью, в незнакомом лесу, окружённый толпой дикарей, Терри прекрасно осознавал, что без магии обречён на поражение. Но Ученик просил о помощи, и он был обязан попытаться найти выход…
Говорят, в минуту сильнейшего отчаяния человек теряет страх, да и, судя по всему, остатки разума тоже, потому что бросается в бой с гораздо более сильным противником, зная, что ему не победить. Возможно,
Но в ту ночь в незнакомом лесу, окружённый толпой дикарей, я прекрасно осознавал, что без магии - обречён на поражение, и при всём желании мне с ними не справиться… И да, Терри-Ворону было до коликов страшно умирать. Но у ног лежал мальчишка Граст, и его хрупкое тело ещё вздрагивало, словно говоря:
– Видишь, я борюсь за жизнь, и ты обязан попытаться…
Нельзя было его подвести - Ученик просил о помощи, поэтому первый маг разведки выровнял дыхание, решив начать с урода, на груди которого было особенно много шрамов, а голову украшали длинные разноцветные перья. Хмыкнул:
– Этот, похоже, у них главный: ишь, не пожалел, сволочь, птичку - весь хвост ей ободрал, - и, прежде чем броситься в бой, сжав меч так, что хрустнули пальцы, сам не понимаю зачем, рявкнул во всё горло:
– За Граста и… птичку!
Видимо, сказано это было настолько от души, что даже «новая сила» проснулась, вот только, в отличие от привычного приятного тепла, кожу покалывали языки холодного пламени. Это было крайне необычное ощущение, и в изумлении я увидел, как тело окутали лёгкие прозрачные волны, искажая его пропорции и форму:
– В кого же ты превращаешься, Терри, так-перетак, или тебя уже ранили, и это всего лишь предсмертная агония?
Вокруг послышались испуганные крики дикарей, и, с трудом отведя взгляд от происходивших со мной ненормальных изменений - ведь трудно оторваться от зрелища, когда собственные руки укорачиваются, оборачиваясь в корявые когтистые лапы, тем не менее, не отпустившие меч, а вместо ног появляется широкий, гибкий и невероятно устойчивый хвост - я охнул:
– Даже думать не хочу, на что сейчас похоже моё симпатичное лицо… Наверняка, оно ещё страшнее той образины, что напялил на себя в Губернаторском доме. Иначе с чего бы этим психам падать на колени, так истошно завывая? Сжечь их, что ли, как тех стражников в тоннеле? Нет, это слишком просто, лучше уж…
Закончить мысль «Особенный маг» не успел - впечатлённые увиденным, дикари растворились в лесу так же тихо, как и появились. Беглый осмотр тела подтвердил предположение, что «превращение» было лишь отпугивающей иллюзией, хотя странное ощущение, что мои кости действительно способны гнуться и растягиваться– смущало и беспокоило. Пришлось оставить выяснение этого вопроса «на потом» - были дела и поважнее…
Колени подогнулись, но даже не заметив болезненного удара о землю, я положил руку на грудь Граста, обратившись к оккупировавшей живот «новой силе»:
– Ну раз уж принял тебя, действуй - покажи, на что
На поле боя мне приходилось видеть много подобных ранений. Прекрасно понимая, что надежды практически нет - вытащить копьё означало мгновенно убить Граста - упрямо продолжал посылать горячие волны из ладони… Пока вдруг тепло не сменилось холодом, мгновенно превратившим древко копья в кусок обычного хрупкого льда, тут же растаявшего от прикосновения второй, «горячей» руки.
Замерев от восхищения, маг Терри наблюдал, как струйка талой воды вытекает из глубокой раны, смывая кровь, а неровные края быстро «срастаются», оставив после себя тонкий, почти незаметный шрам. Прикрытые веки белого, словно утренний иней на траве, Граста слегка дрогнули, посиневшие губы еле шевельнулись:
– Воды… - но я услышал и, отвинтив трясущейся рукой крышку фляги, пусть и с третьего раза, влил в рот «спасённого» несколько капель…
Парнишка судорожно захрипел, с трудом сглатывая, его глаза широко распахнулись, с ужасом всматриваясь в моё лицо. Я испуганно принюхался к фляжке:
– Так-перетак… вот незадача - это же вино и, похоже, крепкое. Ничего, ничего, Грасти, это тебя не убьёт. Вон уже и щёки порозовели, и губы. Может, ещё глоточек, а? Ладно, ладно - нет так нет, только не мычи так страшно - тогда твой Учитель сам…
Опустошив флягу наполовину, понял, что кое в чём ошибся - это оказалось не вино, а хороший самогон. Видно, толстяк Док решил над нами пошутить, бесстыжий. Но мне его «зелье» пришлось в самый раз, прочистив голову и помогая немного расслабиться после пережитого ужаса. Ноги, правда, почему-то стали заплетаться, но это не помешало, подхватив за плащ, оттащить мальчишку в «дом», кое-как взгромоздив пострадавшего на лавку.
Я наклонился над ним, и ослабевший Граст поморщился, чем задел меня за живое:
– Подумаешь, неженка… Учитель только что вытащил тебя с того Света, а ты ещё недоволен, дубина неблагодарная?
Тот скорчил несчастную рожицу, показав рукой, что хочет пить, и я с готовностью поднёс к его рту заветную флягу, но, рассмотрев даже в полутьме, как он вытаращил глаза, передумал:
– Да понял я, хочешь воды? Ладно, где же ты - «живительная влага» для мелкого Избранного, ау? Вроде, ик, на столе оставлял… Ох, что за странный вкус у этого пойла, наверняка Док добавил туда сушёную змею или, как в прошлый раз, каких-то грибов, ик… - пока добрался до потухшей свечи, несколько раз успел споткнуться, обругав разведчика — экспериментатора за стремление постоянно усиливать крепость своих «творений».
Но даже с зажатым в руке оплывшим огарком мне не удалось найти ни флягу, ни котелок, которые мы запасливо наполнили из ручья. Другой бы смирился, уговорив Граста потерпеть до утра, но не я, тем более, когда в голову ударило крепкое пойло - меня потянуло на подвиги.
Облазив избушку на четвереньках и зачем-то заглянув во все углы, я добрался до двери, совершенно забыв о предупреждении разведчиков ни в коем случае не выходить ночью за порог. Видно, Док и в самом деле добавил в «вино» сушёную болотную тварь, возможно, лягушку, потому что в тот момент разум Терри-Ворона полностью уподобился ей…