Встретимся на Альгамбре
Шрифт:
Добросовестный служака, но не придира, Данила не особо докучал космонавтам личными проверками. По возрасту, да и по должности, Малютину уже давно пора было ходить в полковниках, но его почему-то упорно обходили в званиях. На несправедливость обращали внимание, но лезть в чужую душу в Звездном было не принято, а сам Данила никогда не жаловался.
К экипажу «Вездесущего» майор относился с симпатией, забегая на огонек выпить пивка и поболтать о новостях и погоде, время от времени переходя на полузабытый франгле. Сейчас он явно поджидал ястребков
— Hello guys! К Орлову собрались, парни? — пожимая друзьям руки, риторически спросил майор. — И мне в ту сторону. Вместе пойдем. Заодно и поговорим по дороге.
Он многозначительно помолчал, а затем без дальнейших обиняков перешел к делу:
— Так что там у тебя, Алексей, с этими альтаирцами? Qu'est-ce que c'est?
— «Корнилов, подлюга, заложил», — пронеслось в голове у Одинцова, когда, выходя из корпуса, он заметил говорившего по наручному комму капитана «Астарты». Увидев, в какой компании ястребки покидают столовую, Корнилов замолчал и растянул физиономию в злорадной усмешке.
Глава 6
Встреча на Альгамбре
— Добро. Мне многое тебе рассказать надо, — устав от многолетнего молчания, Одинцов вполне созрел для исповеди. — Да и не тебе бы, ежели честно. В двух словах не объяснишь. Давай-ка лучше здесь на скамейке присядем. В тени.
— Это why почему же не мне? Pourquoi pas? — в голосе майора прозвучали враждебные нотки. — Чином не вышел? Ты давай рассказывай, а там разберемся. Да и не я один тебя слушаю. Андерстанд?
Малютин машинально прикоснулся к торчащей из кармашка форменной рубашки авторучке. Алексей поморщился — запись, как же он сам не сообразил? Слова теперь придется взвешивать тщательнее. Впрочем, может быть, так даже лучше — меньше повторяться.
— Погоди чуток, сам поймешь! — Алексей говорил вполне искренне, не желая обидеть. Ему как никогда хотелось снять с себя тяжелый груз, выговориться.
Нависшая над скамейкой матерая плакучая ива надежно защищала густой завесой листвы от зноя и посторонних взглядов.
Матвеев, знавший историю «альтаирского контакта» Одинцова до мельчайших деталей и не особо стремившийся услышать об альтаирцах еще раз — наслушался! — встал со скамейки и отошел в сторонку, чтобы предупредить о появлении любопытствующих. Потревоженная Врушка, вспорхнув с плеча хозяина, переместилась на гладкий ивовый ствол и начала долбить его острым клювом, как заправский дятел, словно желая заглушить слова рассказчика.
— Что ж, ты сам этого хотел, майор Малютин! Смотри! —
Впившийся поначалу жадным взглядом в замысловатые рисунки на коже Малютин крякнул и испуганно отпрянул, почему-то схватившись за сердце. Затем вытащил из кармана большой клетчатый носовой платок и вытер бисеринки пота, выступившие на лбу совсем не от жары:
— Ну и ни фига ж себе! — сипло откомментировал он. — Мон дье! Татуировочка!
— Дык, то-то и оно! — печально подтвердил капитан «Вездесущего». — Она самая.
— Ты к делу давай, — поторопил майор. — Про альтаирцев. Чего им от тебя надо? Как эта штука на тебе вообще появилась?
— Так и появилась! Из-за альтаирцев, — только сейчас он мог объяснить Даниле, что все его беды — результат глупой юношеской ошибки. Алексей не без оснований подозревал, что именно с картинками напрямую связано и неожиданное прибытие альтаирцев на Землю.
И капитан начал рассказ о роковой встрече двенадцать лет назад, когда во время своего первого космического рейса на Альгамбру, Лешка Одинцов, девятнадцатилетний стажер с «Наутилуса», случайно оказался в знаменитом баре «На Альтаир» один, без спутников.
Капитан Орлов, покинув корабль, утрясал недоразумения с полицией, отправившись выручать двух членов экипажа, устроивших склоку с местным аборигеном в квартале Храмов.
— Жулик ваш уважаемый соотечественник! — справедливо, но без особого успеха доказывал дельгам капитан. — Лапы хочет нагреть на доверчивых гуманоидах. Вот, сами посудите!
И Орлов с возмущением тыкал пальцем в погнутую тонкую палочку, которую похожий на кузнечика абориген-дельг выдавал за священный жезл для вызывания дождя. На палочку случайно наступил неосторожный боцман, без особых коммерческих целей мотавшийся по знаменитому сувенирному рынку храмового квартала в компании штурмана Степки Корнилова.
Вызывание дождя! Может быть, когда-то у древних предков альгамбрцев и существовали подобные обряды. Но сейчас на планете Альгамбра, одном из крупнейших космопортов Галактического центра, где погоду жестко контролировали современные метеорологические службы, магический жезл мог вызвать только смех!
— Самого святого не пожалели! — пострадавший альгамбрец, матерый проныра, настроенный бороться до конца, изображал благородный гнев, надеясь выжать солидную сумму отступного. — Двести галкредитов на искупительные жертвы богам!
— Двести галкредитов! За вот это? За эту….
– от возмущения Валентин Сергеевич потерял дар речи. Стоявший за его спиной проштрафившийся боцман с хрустом сжал кулаки. Орлов одернул его свирепым взглядом. Боцман виновато потупился.
— За эту святыню, — подсказал начальник полиции космопорта, не желая усугублять обвинение новыми оскорблениями. Прекрасно сознававшие правоту капитана «Наутилуса» представители властей не собирались делать уступки землянам. Впрочем, возможно, жулик делился прибылью с полицией.