Вторая гробница
Шрифт:
Подкравшись, Сайед оказался всего лишь в двух рядах колонн от них.
– Этот человек лишил нас целого состояния, – услышал он голос Айята, – меня, тебя и твоих людей. Если он и дальше будет так действовать, то вообще лишит нас всякого дохода. Этот Картер должен уйти. Нам нужно убить его.
– Конечно, досточтимый Ага, – ответил Ахмед, – я и мои люди придумали верный план. Вот, взгляните.
Сайед видел, как Ахмед вынул из своей темной галабии свернутый листок и показал его Айяту. Как раз в этот момент на входе показалась группа англичан с экскурсоводом, который громко и в подробностях рассказывал
В тот же вечер Сайед отправился на другой берег Нила и отыскал Картера в его доме у деревни Дра-абу-эль-Нага. Говард еще издали заметил юного египтянина. За домом Говард построив нечто вроде вышки. Когда спускались сумерки, он сидел там с подзорной трубой и ружьем и высматривал подозрительных личностей, которые шли в Долину царей, или в Эль-Курну.
– Картер-эфенди! – закричал Сайед. – Вы должны знать: Айят хочет убить вас!
Новость Сайеда скорее развеселила Картера. Улыбаясь, он слез со своей вышки и спросил:
– Тебя не мучит жажда, друг мой, не хочешь ли чего-нибудь выпить? – Говард хотел уже войти в дом, но Сайед преградил ему путь со словами:
– Картер-эфенди, Ага Айят вместе с Абд-эр-Рассулом разработали план, как вас убить. Клянусь аллахом, я слышал это собственными ушами!
Картер замер и со всей серьезностью посмотрел на юношу.
– Что же ты слышал?
– Я слышал, как Мустафа Айят сказал Абд-эр-Рассулу: «Этот Картер должен уйти. Нам нужно убить его».
– Но когда это было? И где?
– Два часа назад, Картер-эфенди, в храме Карнака.
– В храме Карнака? – Говард задумался, – Что привело их в Карнак?
– Я не знаю, Картер-эфенди, но я видел, как Ахмед Абд-эр-Рассул развернул перед Айятом план. К сожалению, мне помешали и я не услышал, о чем шла речь. Вам следует быть осторожным, Картер-эфенди.
Говард поднял ружье вверх и крикнул:
– Не беспокойся, я смогу защитить свою шкуру! Тебя кто-нибудь видел? Я имею в виду, что, возможно, Мустафа и Ахмед просто разыгрывали тебя в надежде, что ты доложишь обо всем мне. Может, они хотят нагнать на меня страху, чтобы я не делал обходы?
– Это невозможно, Картер-эфенди, меня никто не видел.
– Хорошо, – ответил Говард, – позаботься о том, чтобы тебя никто не заметил и по дороге домой. Завтра я присмотрю в Карнаке за порядком.
Сайед убежал, а Картер снова занял свой наблюдательный пост. Солнце уже давно скрылось за горной цепью. На равнину Нила опустилась темнота. Говард взглянул на небо, где на западе появилась Венера, которая сияла неспокойным, мерцающим светом.
Обычный день Картера начинался в половине пятого утра. Теперь, осенью, Картер седлал сэра Генри еще в темноте и скакал в сторону Мединет-Абу, Дейр-эль-Медины или в Долину царей, чтобы следить за порядком. Часто он оставлял на обломке колонны или стене, возвышающейся из песка, записки для археологов, которые приходили на место через час после него. Поэтому казалось, что Картер вездесущ. Многим это не нравилось.
Говард уже пять часов был на ногах, а около десяти утра он переправился через Нил. Для этого он воспользовался
Он как раз хотел сесть в дрожки, чтобы поехать в Карнак как вдруг возле него остановилось ландо, запряженное двумя лошадьми. В экипаже сидела Лейла, одетая на европейский манер – длинная обтягивающая юбка и тонкая шелковая блузка. Темные волосы были заплетены в длинные косы.
– Куда путь держите в такой ранний час? – улыбаясь, спросила Лейла и, чтобы оказаться поближе, передвинулась на другую сторону сиденья.
– В Карнак, – неохотно проворчал Говард и повесил на плечо ружье.
– И чтобы туда добраться, вам обязательно иметь при себе ружье?
– Конечно, – коротко ответил Говард. Сдержанность Картера была понятна. Хотя Лейла с ее волнующей фигурой, плавными движениями и огнем в глазах, который мог свести с ума любого мужчину, нравилась ему чрезвычайно, с их последней встречи многое изменилось. При всей симпатии к женщине Говарда волновал один вопрос: не была ли Лейла подослана Айятом, чтобы прекратить его, Картера, деятельность?
Лейла склонила голову набок.
– Что с вами, мистер Картер? Мы ведь совсем недавно провели такой чудесный вечер!
Говард перешел улицу, приблизился к экипажу танцовщицы и с деланным спокойствием произнес:
– Я почти попался на вашу удочку. Но только почти, мисс Лейла.
Танцовщица не поняла, что он имеет в виду; по крайней мере, ее недоумение выглядело искренним.
– Что это значит, мистер Картер? Я чем-то обидела вас?
– Тем, что вы держите меня за дурака. Может, вам и удавалось легко обвести вокруг пальца других мужчин, но с Говардом Картером из Сваффхема такой номер не пройдет! Своей благосклонностью вы лишь хотите отвлечь мое внимание, чтобы Мустафа Ага Айят мог спокойно заниматься своими темными делишками. Я знаю, что он свел нас вместе на празднике, чтобы в это время со своими людьми украсть мумию фараона Аменхотепа, а затем спрятать ее в садовом домике отеля «Луксор». Здорово придумано, мисс Лейла, но все прошло не так гладко, как вам хотелось.
Говард в бешенстве вскочил в свои дрожки и крикнул вознице:
– В Карнак! Быстро! – И умчался прочь.
Гигантский храм в это время был пуст и тих. Говард и сам не мог сказать, что собирается здесь искать. Он тяжело ступал по песку, как вдруг за спиной услышал шаги.
– Мистер Картер, я должна с вами поговорить! – Это была Лейла. Она поехала вслед за Говардом в Карнак.
– О чем еще можно говорить? – холодно ответил Говард. – Выполняйте и дальше ваши поручения для Айята, но только оставьте меня в покое. У вас ничего не выйдет, мисс Лейла, – сердито выпалил он и продолжил путь.
Лейла шла за ним по пятам, словно верная собака.
– Вы должны мне поверить, я ничего не знаю об этих махинациях. Я бы никогда на такое не пошла!
Говард остановился и сурово взглянул на Лейлу, будто хотел сказать: «Почему я должен поверить вашим словам?»
– Это правда, – произнесла Лейла и умоляюще посмотрела на него. – Иначе зачем мне бежать за вами? Мне известно, что Айят занимается незаконными сделками, но я к этому не имею никакого отношения.
Лейла робко взяла Говарда за руку, как ребенок, который ищет защиты у отца.