Второй фронт
Шрифт:
— Хорошо. Андрей дом на тебе. Вам Карл Фридрихович есть чем заняться, так что продолжайте. А мы пока будем готовиться к встрече.
Наемная карета, была роскошной. Заплатить за ее услуги конечно пришлось, но дело того стоило, именно для этого она была и нужна. Чтобы составить о нас мнение как о состоятельных людях. Кроме нас никто не знал, что высадив, карета уедет, а забирать нас будет Демьян на двуколке.
Держа Алю под локоток, мы подошли к дверям в гостиницу, которые нам открыл швейцар.
—
— Слуга проводит вас, — низко поклонился портье, пряча чаевые.
И действительно, прислуга в довольно роскошно расписанной ливреи, проводил нас в банкетный зал, или как он тут называется. К моему удивлению гостей было не так много. Человек десять, в основном в военной форме.
— Никак не привыкну к этим галунам и мишуре. Петухи разряженные, — тихо пробормотал я, когда мы вошли в зал, и слуга объявил нас:
— Шляхтич Рокоссовский с супругой.
Ко мне уже спешил сам адмирал… по крайней мере я надеялся что это он. К своему стыду в лицо его я не помнил.
— Прошу своего извинения, что не встретил как положено, но…
— Не надо гадать Павел Степанович, мы с вами не знакомы, но я надеюсь познакомимся. Я бы хотел поговорить с вами наедине. Но сперва вручу подарок в связи с вашем награждением. Прошу, — протянул я ему ящик со штуцером.
С этим ящиком вообще была забавная ситуация. Оказалось для оружия были заготовлены специальные ящички на подобии шкатулок, длинные такие, так что мне было как-то неудобно дарить подобную адмиралу покрытую лаком и хохломой. Но видимо для переноса и хранения подобная тара было обычной вещью, адмирал даже не удивился, а сразу поблагодарив, взял ее в руки.
Нахимов быстро открыл шкатулку-ящик и вытащил оружие. По офицерам прошелся шорох изумления. По-видимому, они знали, что это за оружие, и так же его цену. Я не знал, я купил.
Дам среди господ офицеров было всего две, поэтому пока военные восхищенно крутились рядом с Нахимовым, который продолжал вертеть штуцер его в руках, разглядывая орнамент, я глазами показал Але на них. Сморщившись, она кивнула, и мы направились к дамам, где я представился и представил свою супругу.
— Прошу-с прощения, что бросил вас, но столь дорогой подарок отвлек мое внимание, — говорил он, вставляя 'с' в конце слов, было немного забавно его слушать, но вида я не показывал, привык.
— Спасибо за столько дорогой подарок, но стоило ли его дарить незнакомому человеку?
'А адмирал не дурак, понимает, что за просто так, подобное оружие не дарят. Блин, знать бы еще, что мне всучил этот приказчик, но у нового хозяина не спросишь, не хочется терять лицо своим не знанием!' — подумал я, и вежливо попросил о личном разговоре.
— Прошу прощения господа и дамы, но мы с господином Рокоссовским оставим вас на некоторое время, — неожиданно громко сказал адмирал.
Я этого никак не ожидал, думал, что мы просто выйдем незаметно,
— Прошу, — показав на дверь, сказал Нахимов.
Дверь вела в коридор со множеством дверей, пройдя вслед за адмиралом я попал в отдельный кабинет, что-то вроде особого, для знати. Дорогие обои, гобелены со сценами охоты, обеденные стол, стулья, диван для отдыха. Все это создавало ощущение покоя и уюта.
— Я слушаю вас? — сказал Нахимов, проходя к дивану. Весь его вид выражал непреклонность. Видимо он настроился на то, что я собираюсь у него что-то просить. Причем, судя по подарку что-то очень трудновыполнимое. Ну что ж он отчасти был прав.
— Давайте начнем с тех слов, которые произносят все пришельцы, я родился в тысяча девятьсот одиннадцатом году. Я из другого времени. Из будущего.
Про свой родной мир, говорить я понятное дело не стал, зачем вводить адмирала в такие дебри времени.
— Позвольте. Это шутка? — грозно нахмурился собеседник.
— Да уж какая шутка. Прошу, вот доказательства.
Достав телефон, я включил его и пользуясь большим сэнсэрным экраном включил видеоролик.
— Пожалуйста, смотрите, — подал я ему в руки, аппарат. Неловко взяв задрожавшими руками розовый телефон и уставился в экран, отставив подальше руку.
Телефон я покупал второпях, ну не было тогда других в продаже, а на цвет мне было плевать с большой колокольни.
На экранчике мелькали кадры закаченных Юрой, части роликов о военной технике, но адмиралу я включил двухминутный посвященный флоту.
И судя по тому, как прикипели его глаза к экрану, он проникся красотой показанного эсминца. Вот он выпустил противокорабельные ракеты, показали матросов, шустро скатывающихся по трапу, занимающих свои места согласно боевому расписанию, и ролик кончился.
— Это все, — сказал я, вынимая аппарат из его рук, и сразу выключая.
Минут пять адмирал был в прострации, но потом его прорвало. Теперь было понятно, почему профессор назвал его 'боцманом в адмиральском мундире'. Судя по той брани, которой я не понимал даже половины, он так приходил в себя. Я его прекрасно понимал, сам так делал не раз, поэтому откинувшись и положив одну руку на спинку, закинул ногу на ногу, стал ждать, когда Нахимов выговорится.
Рядом с диваном висел золоченного цвета шнурок с кисточкой, накрутив его на палец я лениво дернул шнурок.
— Чего изволите? — спросил кто-то, заставив меня вздрогнуть.
Обернувшись, я увидел у открытой двери слугу.
— Выпить чего-нибудь легкого, — сказал я.
Адмирал уже пришел в себя, и тоже откинувшись на спинку дивана, о чем-то думал.
Когда слуга вышел, он спросил:
— Откуда вы?
— Вы про время или страну?
— Про все!
— А вот это извините, я сказать не могу. Только Его Императорскому Величеству. Могу только сказать что мы русские, из России. Время тысяча девятьсот сорок первый.