Выпьем... "За любовь!"
Шрифт:
– А ополаскивать?
– Ладно, ополосну.
В ходе «постирушечных» работ, мой новый халат намок до колен, но на это я не хотела указывать работодателю, точнее «работо-придумывателю». Мне хотелось быстрей закончить эту дурную работу и отправиться спать. Причём спать хотелось неважно где, хоть у него, хоть у себя дома. Лишь бы поскорей!
– Умница! Я бы без тебя не смог их постирать. Давай помогу выбраться.
Но почему-то, вместо того, чтобы поддержать руку, Юрий быстро схватил меня за талию и вынес
– У меня халат намок, - не выдержала я.
– Я это уже почувствовал.
Признаюсь, находиться в его объятьях было приятно.
– Где будем шторы сушить? – задала я вопрос, но ответ меня совсем не интересовал.
– На балконе. Пусть немного с них стечёт вода, и я как-нибудь сам их повешу.
– Я могу идти домой?
– Уже поздно. Оставайся у меня.
– Мне нужно идти.
– Тебя кто-то ждёт?
– Нет.
– Тогда оставайся здесь.
– Прямо в ванной?
Он улыбнулся и поставил меня на пол.
– Конечно, нет. Я постелю тебе в зале.
– Хорошо, – на большее я уже и не надеялась и в душе стала на Юру злиться.
***
Утром, приготовив завтрак, согласно вчерашнему меню, я тихо пробиралась к выходу из квартиры. До двери оставалось пройти пару шагов, походкой кошки из африканской саванны. Но тут неожиданно услышала за спиной жёсткий голос:
– Ты куда?
– Домой, – тихо призналась, не смея взглянуть в глаза хозяину квартиры.
– Так! А меня кормить кто будет? – почти рявкнул шеф.
От силы его голоса сумка из рук у меня выскользнула и с грохотом приземлилась на пол. Я покорно стала снимать обувь, а через несколько секунд побрела в сторону кухни.
– Так гораздо лучше, Ирма.
Он пошел за мной и, войдя на кухню, занял место за столом ближе к выходу.
– Юрий Алексеевич, я завтрак для Вас уже приготовила, он на плите.
– А должен быть на столе, - пояснил он свою претензию.
Прилагая усилия не нагрубить, стала выставлять завтрак. Однако молчать было выше моих сил:
– Теперь-то я понимаю, почему от Вас ушла супруга. У Вас же феодальные замашки.
– Ты ошибаешься, с ней я был очень демократичен, от этого и проблемы пошли.
– А мне-то за что такая честь оказана, почувствовать на себе Ваш новый образ домашнего тирана? – спросила я, закончив сервировку стола и выставив перед мужчиной блюда завтрака.
– Потому что ты единственная женщина, которая не вызывает у меня отвращение.
– Я почти польщена! За исключением одного момента.
– Какого?
Никогда я так сильно не хотела огреть мужчину, как хотела сейчас двинуть шефа. Хотя с другой стороны, за что на него обижаться?
За то, что
Нет, за это я на него не злюсь. Злюсь на то, что уже третью ночь провожу в его квартире, а он…
Да, пожалуй, что и претензию не сформулировать грамотно.
– Юрий Алексеевич, когда же Вы расщедритесь и заведёте себе более квалифицированную домработницу, чем я!? Кстати, есть фирма, которая присылает домработниц, так сказать, мужского пола. Думаю, Вам, с Вашим заниженным мнением о женщинах, будет комфортно именно с мужчиной. Он Вам и истерики не будет закатывать!
– Как ты сейчас? – смеющимися глазами смотрел Юрий на меня.
Гнев же моих глаз его совсем не смущал!
– Всё! Моё терпение кончилось. Будет нужно ещё что-нибудь постирать или покушать приготовить, зови. Так уж и быть, помогу. Но больше не рассчитывай на моё круглосуточное пребывание в Вашей квартире!
Решительно пошла в сторону выхода из кухни, но Юрий, сидя на стуле у двери, ногой перегородил путь, уперев свою конечность в дверной косяк.
***
Юрий
– Далеко собралась?
– спросил у Ирмы.
– Пусти!
– Мне приятно, что мы перешли на «ты», а я ведь тебя об этом просил ещё шесть лет назад, когда ты пришла наниматься ко мне на фирму. Помнишь?
– Не помню. Пусти!
– Я тебе напомню. Ты тогда ещё сказала, что на «ты» разговариваешь лишь с тем мужчиной, с кем готова разделить постель. Теперь вспомнила?
– Ты меня уже достал! Я просто оговорилась! – не сдавалась Ирма.
– И сейчас тоже?
Я поднялся со стула и теперь, с высоты своего роста, пытался добиться истины.
– Пусти, - голос её стал тише.
– И куда ты пойдешь? Другого мужика искать?
– Я их не ищу.
– Ах, ну да! Они же сами к тебе липнут. Но знаешь, что меня успокаивает?
Она не ответила. Хотя я и не ждал, поэтому сразу же, ответил на собственный вопрос:
– Никто из них, за те дни, что ты была у меня, тебе не звонил.
– Звонили, - слово далось с надрывом, обнажая его выдуманность. – Я, просто, на «без звука» телефон ставила.
– Ирма, самой не противно врать?
Перехватил её за талию и, нависая своим телом, вызывал панику в женском взгляде.
– Противно. Но ты сам вынудил.
– Опять ты сказала это волшебное слово «ты». Значит, ты меня всё-таки хочешь?
– Ты ошибаешься.
– О, опять!
Её взгляд не грел душу, хотя безумно соблазнял. Ирма попыталась отстраниться от меня, но спровоцировала лишь то, что теперь мои руки полностью властвовали на её теле, блокируя любые попытки вырваться. Я понимал, что веду себя бесцеремонно. Понимал, но был бессилен над своим телом.