Выпьем... "За любовь!"
Шрифт:
– Придумала оправдание, способное меня остановить?
Ирма молчала.
– Умница! А то я думал, опять ускользнёшь.
Она не ускользнула ни от поцелуя, ни от того, что по логике следовало после него.
***
Ирма
Сорвавшись с большой высоты своих сомнений в бездну желания, я, словно, полетела, наслаждаясь той лёгкости, которая появилась в моём теле. Но что важней, в моих мыслях.
«Сытый» мужчина заснул на смятых простынях собственной постели. Я выскользнула, из его объятий и после
О чем я только думала?
Нет, я хотела того, что между нами произошло, но что мне делать теперь? Увольняться? Это будет катастрофа! Другую такую же работу мне не найти, а после секса я не смогу общаться с шефом, на равных, как раньше. Надо же, я и не представляла, что мне будет так хорошо с ним. Да что там с ним, я вообще не думала, что обычный секс может быть настолько… необычным!
Совсем запуталась. С одной стороны мне хочется вернуться к нему в постель, но с другой… Я же понимаю, нельзя так привязываться к мужчине. Что мне делать? Он же из меня идиотку влюблённую сделает. Надо сопротивляться. Но не сейчас. Сейчас я не смогу противостоять.
Точно! Мне нужно время! Хотя бы несколько дней.
Приехав домой, позвонила Дмитрию. Предупредила, что ухожу на больничный на несколько дней. Попросила все дела разрулить без меня. В противном случае, отсылать «проблемы» на электронную почту. А после того, как Дмитрий заверил, что всё понял, я отключила телефон. И отсоединила от него аккумулятор. Чтоб ух наверняка.
***
Юрий
Таким счастливым я не просыпался давно. Мне, кажется, улыбка на моих губах уже была, когда я открывал глаза. Но открыв их, не увидел Ирму рядом с собой. А ведь она точно лежала рядом. Иначе бы я не заснул.
Куда она делась? Пошла принять душ?
Откинул одеяло, встал с кровати. Не стал одеваться, пошел в ванную. Однако к моему глубокому разочарованию, Ирмы там не обнаружил. Нашёл телефон и позвонил ей. Бесполезно. Телефон её был выключен.
Раздосадованный тем фактом, что не отобрал у неё ключи и не спрятал свои, а позволил уйти, вернулся в спальню и завалился лицом вниз на кровать.
В обед позвонил Николай.
– Юр, объясни мне, пожалуйста, что у нас происходит на фирме?
– А что у нас происходит?
– Мы обезглавлены. Ты приходишь на работу через день. Дружинина так же редко стала нас баловать своим присутствием. И что характерно, нет тебя - её нет. Странное совпадение, тебе не кажется?
– Ирмы нет на рабочем месте?
– Нет.
– Я перезвоню позже!
Отбросив телефон на подушку, вскочил с кровати и стал одеваться.
***
Через час вошёл в подъезд Ирмы, подошёл к лифту. Ещё пару минут и был на последнем, девятом этаже. Номер квартиры не знал. Нажал на первый попавшийся дверной звонок. Ко мне вышла очень пожилая женщина. На все мои расспросы относительно Ирмы, она отрицательно качала головой.
– Нет, сынок, не живёт твоя зазноба на нашем этаже. Здесь живёт Банников Сергей
– Ладно. Все равно, спасибо.
Я стал спускаться вниз пешком. Но дойдя до пятого этажа, вспомнил, что нашему поцелую в лифте помешал некий Петр Николаевич. На память я никогда не жаловался, поэтому ошибиться с именем не мог.
Позвонив опять в первую попавшуюся квартиру, на этот раз уже на пятом этаже, я спросил Петра Николаевича. Мне подсказали, его квартиру. Я извинился, поблагодарил за помощь и позвонил в квартиру Петра Николаевича. Через несколько секунд, дверь распахнулась и явила пожилого мужика, которого я сразу же узнал.
– Добрый день, Пётр Николаевич.
– И тебе не хворать!
– Вы меня, наверное, не помните, я… друг Ирмы.
– Как же не помню, очень даже помню! Проходи, - избавил меня Петр Николаевич от выступления на публику. А публика уже стала собираться. Из той самой квартиры, в которой мне помогли, указав на дверь квартиры Петра Николаевича, высовывалось уже две головы.
Я вошел в квартиру, дверь за мной закрыли.
– Пётр Николаевич, тут такое дело… Мне нужно с Ирмой срочно встретиться, а я не знаю номер её квартиры.
– О, как! – мужик улыбнулся. – Узнаю Ирму. Она никого к себе не водит. Я ещё удивился, увидев тебя с ней. Подумал, ну, слава Богу, с этим, наверное, что-то серьёзное, раз к себе привела. А оно вон что… Не довела, значит, тебя до квартиры. Передумала.
– Ничего она не передумала. И всё у нас серьёзно. Она просто…
– Передумала! – улыбаясь, добил меня Пётр Николаевич.
Не зная, что сказать, а может, просто от расстройства, я без разрешения присел на пуфик, что стоял в прихожей.
Хозяин квартиры пристально на меня смотрел. Я же опустил глаза и думал, зачем я вообще сюда пришёл?
– Тебя как звать? – неожиданно услышал я вопрос к себе.
– Юра.
– Ну, что, Юра, тут будем беседовать или на кухню пройдём?
О чём мне с ним беседовать? Судя по всему, Петр Николаевич разгадал моё молчание и, положив руку мне на плечо, добавил:
– Я Ирму хорошо знаю, она дочка Игоря, а он был мне другом с детства. В прошлом году его не стало. Квартира Игоря перешла дочери. Ирма переехала жить в неё. Но я знал её с самого детства, – он на пару секунд замолчал, а потом предложил, - Юр, пошли на кухню?
Я кивнул, в знак согласия, и мы пошли.
Увидев на столе бутылку водки, я надеялся, что она здесь стоит только для антуража. Но я ошибался!
Через два часа я знал всё, что знал Пётр Николаевич о Ирме. Жизнь её не баловала. Она болезненно перенесла развод родителей, но это было ничто против того удара, который нанёс ей жених на кануне свадьбы. Пётр Николаевич рассказал, что жених Ирмы, Артур, за три дня до свадьбы сообщил невесте, что от него беременна другая женщина и, поскольку та другая совсем не против брака с ним, он разорвал помолвку с Ирмой, отменил свадьбу и ушёл. Что было на душе у Ирмы понять не сложно.