Вьюжинка
Шрифт:
Неслышно промелькнувшая за спиной гостя Рондель задержалась на полушаге, сделала неслышно пару-тройку жестов. Колдун одними лишь ресницами кивнул - вижу, мол - и продолжил свою немудрёную беседу. И лишь когда солдат уже осоловело от тепла и сытости покачнулся на лавке, Грендель резко переменил тему и свой тотчас зазвеневший металлом голос.
– А вот скажи мне, служивый, отчего тебя мои звери боятся? Да и солдат из тебя аховый, как в балагане у лицедеев - одна только видимость и есть…
Лен всё же не выдержал, улыбнулся и моргнул виновато. Пожав плечами, он выудил из левого рукава притаившуюся
– Хозяев не трогать, зверей тоже, - негромко распорядился он змее, которая совершенно по-хамски приняла стойку и зашипела на отшатнувшегося колдуна. Ну чисто тебе благоверная башмачника Линдера, когда упирала воинственно руки в боки и для разминки начинала вполголоса и полсилы, с простеньких и самых незамысловатых ругательств…
– Это она так, больше для порядку, форс держит, - заметил он и в свою очередь поинтересовался - а отчего солдат из него аховый?
Брови колдуна напротив сначала скакнули вверх, потом медленно сползли на своё место, и лишь потом он отозвался. Известие о том, что любой настоящий солдат в случае чего сначала за оружье хватается, а уж пугается потом, Лен проглотил молча. Ну да, пожалуй, что и так… На замечание Рондель, что кислятиной и застарелыми портянками от него не прёт - у женщин нюх всегда острее - он лишь кивнул. Но окончательно добили его слова хозяина, что любой солдат без вина и за стол-то не сядет. Всю душу вымотает, но вытребует - по крайней мере, пива.
– Н-да! Знатно обложили, как волка… - Лен усмехнулся и пожал плечами под изрядно тяготившей их кольчугой.
– Лаен я, или Лен. Всё верно, то личина была - маскировался я. Не знал точно, кто тут живёт. И в порядке ли у него…
Видя его заминку, хозяин тоже усмехнулся и закончил фразу.
– С головой? Ну и как, в порядке?
Лен криво усмехнулся, покивал и заметил, что в одиночестве-то мозги чаще всего и становятся набекрень. А раз подруга жизни есть…
– Да, у вас, как я приметил, ещё кто-то живёт?
Колдун не видел особого смысла крыться.
– Да, кстати, Рондель - а где Слав?
Девица отмахнулась и беззлобно проворчала, что старик отправился за дровами, как с вечера и обещал.
– Ах ну да, точно, - колдун повернулся опять к Лену и выжидательно посмотрел на него. Этак с хитринкой, с подначкой - ну, мил человек, а ты что за зверь-птица и чего тебе тут надобно?
Не раз и не два рот у него открывался было, но потом, словно спохватившись, захлопывался опять. Какую правду или часть её сообщить местному колдуну? Вроде и нормальный чел, без особой червоточинки, но и раззваниваться совсем тоже не след… и наконец, Лен решился.
– Какие ветры последнее время веют с полудня?
Колдун в ответ зыркнул остро, внимательно. Заметно подобрался и даже посерьёзнел. Точно так же он ответил не сразу, всё рассматривал гостя, как-то незаметно скинувшего личину простого и незамысловатого увальня.
– Недобрые, парень, ох как недобрые. Смертушкой веет - лютой да многой.
Лен медленно кивнул и ещё медленнее протянул к лениво перетекавшей по столу змее ладонь.
– Верни кольцо, милая - не жмотничай…
Снова Скарапея покосилась своим странным взглядом,
– Ох, матушка… - Рондель ухватилась за щёки и тихо опустилась рядом с колдуном на лавку.
Всё верно, всё верно. Не узнать кольцо королевской воли невозможно - даже тому, кто ни разу его не видал. А Лен пошевелил его на ладони, словно не замечая, как кроваво-алые брызги бросили сполохи на лица хозяев, и осторожно выдохнул:
– То, что было у шаманов степняков, уже у них отобрано - и на корабле с надёжными людьми уплыло подальше. Теперь остались орки…
Колдун с расширившимися от удивления глазами ошеломлённо кивнул, поддерживая под руку свою попеременно то красневшую, то бледневшую подругу. Положение спас топот и грохот откуда-то снаружи пещеры, а затем чей-то надтреснутый голос рявкнул:
– Рондель, да помоги! Откинь полог, а то у меня руки заняты!
Та спохватилась, метнулась к выходу. Сначала там шуршали и топали, потом тихий сбивчивый шёпот прервался солидным мужским хмыканьем.
– Сейчас посмотрим, что тут за гости странные…
Поуобернувшийся Лен с интересом и странно заколотившимся сердцем смотрел на кряжистого крепкого дедка в потёртом зипуне, а тот стоял замерев не хуже, как твой каменный столб. И лишь с негромким стуком сыпались из слабеющей хватки того насобранные валежины.
– Лаен - разрази меня гром - Лаен!
Стены пещеры ощутимо покачнулись в тот миг, когда вдруг пришло узнавание. Странно даже, что и вовсе не кувыркнулись - с изумлением Лен признал в старике Мечеслава, грозного и таинственного учителя по головорезным делам.
"Надо же, уж и в живых-то не думал увидать" - Лен потряс головой, даже зажмурил на миг и протёр глаза - но перед ним и впрямь стоял старый вояка, некогда обучавший графских следопытов и лазутчиков. Да и самого парня тоже погонял-помучил вдоволь…
– Ну, деда, спасибо тебе… - только и прошептал расчувствовавшийся Лен, ощутив вдруг как разжалось что-то в груди. Что-то тёплое и полузабытое шевельнулось, когда он неловко подхватился с лавки, едва не опрокинув стол и переполошив замершую там змею.
"А ослаб, ослаб" - некстати отметил он, тиская Мечеслава в объятиях и вопя что-то бессвязное, но вроде бы радостное и без особых, не при женщинах будь сказанных, слов. Это ж надо, какая удача! Один из вернейших людей - и жив! Если и есть в мире что-то настоящее, надёжное, так это вот такие неброские с виду мужчины, на надёжных плечах которых держится мир, и за плечами же которых укрывается в случае чего.
– Грендель, это Лаен, ученик мастера Колина - помнишь, я рассказывал?
– Мечеслав поспешил объяснить хозяевам причину столь бурной встречи.
И понеслось… разговоры и рассказы без утайки, воспоминания и горечь потерянных друзей. В принципе бесконечные, но потом словно помолодевший Мечеслав вдруг хлопнул себя по лбу.
– А, погоди - мы тут тоже зимой ворон не считали. Раз такое дело… - Грендель по его знаку пошарил где-то в глубине пещеры, бормоча какие-то заклятья и старательно загораживая что-то спиной.
– Вот, смотри!