Warm
Шрифт:
– Вот они, экспроприаторы, - раздался в темноте голос Евгения.
– Теперь продукты никто не охраняет.
– Гондурасы они, а не экспроприаторы, - слышалось, что Артему слова давались через боль.
– А ведь они сварятся, - озабоченно произнес женский голос.
– Я про продукты.
– Вареное безопаснее.
– Я серьезно.
– Ну, и кто пойдет на подвиг, спасать продукты?
– Да, подождите, может этот жар ненадолго?
– Денис решил успокоить народ, но не был уверен в этом, потому что не мог понять причины его возникновения
Воображение рисовало огромный поток лавы, приближающийся к разлому, в котором они находились. Её красный, с черными прожилками остывающего камня «язык», отплевываясь раскаленными газами, стекал по краю разлома. Мусор, которым они заткнули четвертый проход, для лавы не представлял никакого препятствия. А бежать отсюда было некуда. Все, кто волею случая выжили во время толчка, провалившись под землю, стали заложниками судьбы, бессильно взирая на все, что она приготовила.
Быстрая смерть под плитами торгового комплекса уже не казалась такой страшной. Страшнее было сгореть заживо, и видеть, как сгорают другие. Особенно дети. Денис нащупал в темноте голову Вероники и потрепал ее волосы.
– Чё?
– спросила девочка, не поняв жеста.
– Всё будет хорошо, - пообещал ей Денис.
– Ага, - согласилась Вероника и неожиданно добавила.
– Дурацкое лето.
– Да-а-а, - выдохнул Денис, - давно таких дурацких лет не было.
– Хочу вас обрадовать, это, скорее всего, последнее дурацкое лето.
Денис не смог определить, кому принадлежал голос. Шутка была черной, и смех после нее зазвучал какой-то грустный.
Спустя время температура начала подниматься и на парковке. Возможно, что она и не поднялась сильно, просто забылся контраст между той, что была наверху и здесь. Звуки, исторгавшиеся комплексом, пугали. Бетон, где-то наверху лопался пушечным залпом, сотрясая весь комплекс. Каждый раз казалось, что после этого он рухнет вниз, в братскую могилу. Железо тоже корежило, заставляя его стонать, как корпус корабля в шторм.
– Бензин!
– неожиданно раздался испуганный мужской голос.
– Там же бензин наверху полыхнет теперь!
Народ зашумел.
– Надо кому-то сбегать и спустить его сюда.
– Посоветовала какая-то женщина.
– А кому? А если он взорвется по дороге?
– Спокойно!
Денис опознал голос. Он принадлежал водителю фуры.
– Я свинтил все крышки, и с бутылок, и с бака на генераторе. Ученый уже. Он там испарился давно.
– Спасибо, - поблагодарил его женский голос.
– Какой Вы смекалистый. Главное, чтобы пожара не было. Бежать отсюда некуда.
– Да тут и без бензина есть чему гореть, пластика вокруг сколько. Если тлеть начнет, любой сквозняк разожжет тут такой кострище, мало не покажется. Сами еще в яму прыгать начнем, чтобы не задохнуться.
– Ой, ну не надо нагнетать. И без того тошно.
– А кто знает, сколько сейчас времени?
– Шестой час.
– Да уж, третьи сутки пошли.
– У меня такое ощущение, что прошло гораздо больше времени. Я этот
Как только разговоры замерли, и наступила тишина, парковка снова наполнилась звуками трансформации здания. Вдобавок к этим пугающим звукам потянуло едким дымком. Вначале запах казался неуловимым, но с каждой минутой он чувствовался все явственнее. Денис включил фонарь и увидел под потолком волнующуюся дымку, тянущуюся сквозняком в сторону выхода.
– Я пойду, гляну, что творится снаружи, - сообщил Денис Алене.
– Зачем? Не надо. Что ты изменишь?
– Ничего, просто посмотрю, обещаю, никуда лезть не буду. Вдруг мы задохнемся здесь, думая, что снаружи еще пекло?
– Денис, я с тобой!
– выкрикнул из темноты Федор.
– Хорошо, как Артем?
– Нормально, - ответил сам за себя Артем.
– Болит и кровью харкается.
– Вот, твари!
– возмутился женский голос.
Денис прежде не бывал на подземной парковке и поэтому плохо ориентировался в одинаковых перекрестках. Помогли ему стрелки и указатели. Они с Федором выбрали направление, противоположное им и вскоре поднялись к опущенному жалюзи на въезде. Температура здесь была нестерпимой. Да и загазованность дымом оказалась значительной. Можно было и не подниматься выше, чтобы понять, что снаружи ничего не поменялось.
Дым клубился у входа, уходя на улицу сквозь щели. На слух звуков пожара слышно не было. Хотелось верить, что причиной дыма было тление, которое при удачном стечении обстоятельств не переросло бы в пожар.
– Как кроты в норе, - высказался о создавшемся положении Федор, - ничего не увидели, ничего не узнали.
– Узнали, что там ничего не поменялось.
– Вот и хрен-то, - Федор почесал макушку.
– А тут у вас еще глубже помещений нет?
– Вроде, нет. Хотя, я могу об этом не знать.
– Делать все равно нечего, можно обойти парковку и посмотреть, что здесь интересного, - предложил Федор.
– Пошли.
Уровень воды упал. Она куда-то уходила и вполне возможно, как раз в помещения, которые были глубже парковки, либо в трещины в полу. Денис внимательно вглядывался в воду, чтобы не угодить в такую трещину. Вскоре, на пути им попалась воронка, в которую с шумом уходила вода. Эта часть парковки пострадала сильнее остальных. Три соседние колонны разрушились. Плиты перекрытия, лишившись дополнительных опор, провисли «пузом» вниз.
– Смотри, Денис, - Федор указал на дверь с табличкой «служебное помещение».
Металлическую дверь в нем выдавило наружу из-за просевшего перекрытия. Она с тяжким скрипом поддалась на усилия. Внутри помещения находился стол, на котором стоял компьютер, несколько стульев и шкафы вдоль стен. Федор, первым делом, проверил их и наткнулся на коробку с надписью «тепловизор». Открыл и обнаружил в ней прибор, похожий на гибрид женского фена и видеокамеры.
– Что это за хрень?
– Федор показал находку Денису.