Я вернусь
Шрифт:
— Думаю, будет правильно отправить первым с Гектором Терифа, — смущенно сказала сутулая Хуфра, держась чуть позади нас. Она вперила взгляд в землю.
— Хорошая идея, — поддакнул Кор. — После Терифа отправим Теша, затем — Хуфру и меня. А там поднимем великана, если тот захочет, конечно.
Я кивнул. Неплохой выход из ситуации. Пожалел, что это предложил не я. В последнее время приступы злости появлялись всё чаще и становились продолжительней. Вывести из равновесия мог любой резкий звук или случайно брошенное
«Хватка уже не та, Гектор. Будь сдержаннее».
— Вы запомните этот подъем на всю жизнь, — сказал я, улыбаясь.
Теш ответил не сразу, с неохотой:
— Хотелось бы верить. Возможно, ты нас всех разыгрываешь.
— Хватит, — попросил Териф. — Забудьте на время обиды.
Я поправил заплечный мешок и направился к канатным застежкам.
— Ладно! Давайте выдвигаться.
Хмыкнув, Териф плюнул под ноги, но пошел следом за мной.
«Надо будет с ним поговорить по душам. Не понимаю причин его агрессии».
Холод проникал в тело даже сквозь теплую одежду. Думал, кожаный плащ спасет меня от ветра, но ошибся — каждый резкий порыв ощущался всеми костями. Стараясь хотя бы не думать о морозе, я расставил четыре жар-камня у дыры, вообразил несколько геометрических фигур, вспыхнуло белое пламя. Затем помог Терифу выбраться на поверхность. Как только его колени коснулись снега, лицо парня застыло в каменной неподвижности. Он смотрел в небеса, и его душа словно покинула тело.
Многое бы отдал, чтобы сейчас узнать, о чем думал Териф. Какие воспоминания коснулись сознания? Увидев воочию ледяную пустыню, ощутил ли он ту же мистическую связь, что и я? В его глазах выступили слезы, дыхание стало тяжелым и прерывистым. Первым моим желанием было подойти к нему и обнять. Меня тоже распирало от невероятной красоты этого места.
Но я не сдвинулся с места. Засунул руки в карманы плаща, пытаясь отогреть закоченевшие пальцы.
— Мы сможем найти Мезармоут, — прошептал Териф, по-прежнему не отрываясь от звезд.
— Что? — неуверенно спросил я.
— Мы сможем найти Мезармоут, — повторил он мне словно ребенку. — Теперь вопрос лишь времени, когда я… я найду способ обнаружить город. И никакие боги нас не остановят!
Териф поднялся на ноги, медленно обернулся, пытаясь разглядеть огни чадящих костров Венерандума.
— Гектор, ты понимаешь, что ты сделал? Ведь понимаешь? Теперь группа не имеет права гнить в пещере.
— Успокойся.
Его плечи поникли. В один миг Териф словно уменьшился.
— Я спокоен, Гектор. Я виню себя за то, что не пошел с тобой к расщелине. Что не помог растопить лед. Я должен был догадаться, что корка слишком тонкая! Должен!
— Все
Он неуверенно взял сосуд одной рукой, облизал губы, а затем сделал несколько глубоких глотков.
— Здесь красиво, — сказал я. — Во снах пустыня выглядела… блеклой, что ли. Не помню ни этого колкого блеска снега, ни пульсирующих звезд. Реальность оказалась такой прекрасной.
Скривившись от горечи напитка, Териф выдавил:
— Думаешь, наши сны не плод воображения?
— Вряд ли. Внутреннее чутьё подсказывает, что я уже был здесь. Неконкретно здесь, конечно. Но стоял на стенах Венерандума, мерз на ветру и глядел на пятак луны.
— А ты задумывался над тем, что сны не принадлежат нам? — спросил Териф.
— В каком смысле?
— Ну… Как сновидения о смерти Безымянного Короля. Кто-то их передает нам на расстояние. Возможно, твой бог, Гектор.
— Наш бог, — поправил я.
Териф задрожал от холода, обхватил себя обеими руками за плечи. Я скинул пузатый заплечный мешок, вытащил два одеяла и накинул их на парня.
— Спасибо, — с благодарностью сказал он.
— Я просто хочу поговорить, — ответил я, пытаясь выровнять дыхание — морозный воздух обжигал легкие при каждом вдохе. — Пока никого нет. Понимаю, момент не совсем подходящий, но когда выпадет случай побыть с глазу на глаз?
— О чем ты хочешь поговорить?
— Помоги мне, Териф. Убеди группу покинуть Дом. Хотя бы временно. Мы должны отыскать Венерандум. Пока есть шанс.
— Но ты же сам не хотел уходить из пещеры?
— Теперь считаю иначе.
— Меня никто не послушает, — сказал Териф.
Его растрепанные кучерявые волосы и борода, казалось, так и рвались из-под воротника плаща. Я поднял голову и уставился на крупную красную звезду. «Звезду Тестатема», — подсказал внутренний голос.
— Тебя как раз послушают, — сказал я, стараясь говорить четко и без эмоций. — Сам прекрасно видишь во что превращается группа. Мы вырождаемся. Перестаем работать головой, много отдыхаем и часто пьем.
— Не понимаю, при чем здесь я.
Териф плотнее укутался в одеяло.
— Ты всегда отличался от остальных. Голова у тебя работает за пятерых. Постоянно что-то придумываешь, постоянно меняешь нашу жизнь. Понимаешь, к чему клоню? Ты единственный, кто сохранил трезвый ум. По-прежнему умеешь думать логически. Настала твоя очередь вести группу, Териф. Я прошу. Стоит тебе сказать, что сможешь придумать способ как добраться до Венерандума, как люди пойдут за тобой. Мне они не поверят. Даже после того, как я нашел выход на поверхность.