Зеленый Всадник

Бритен Кристен

Торн оказался превосходным рассказчиком. И слушая его наглое вранье, Кариган даже пикнуть не смела. Джендара держала кинжал, приставив его к спине пленницы. Ужасно обидно, когда до помощи рукой подать, но добрые люди введены в заблуждение лживыми словами наемника.

— Мало нам громитов, переходящих границы, — проворчал один мужчина, снимая кожаную шапку и приглаживая волосы широкой ладонью. — Еще не хватало, чтобы наши братья убивали и грабили.

— Громиты? — удивленно переспросила Джендара, вторя мыслям Кариган. — Переходят границы?

— Именно, — подтвердил

человек. — Убили целую семью не далее, чем в пяти милях отсюда, на Путнальской дороге. А королевских солдат не видать, не слыхать. Мы послали наших ребят в город за помощью. А остальные спят в пол глаза, не выпуская оружия. По ночам теперь караул выставляем.

— Мудрые предосторожности, — проговорила Джендара. — Ну и дела, громиты пересекают границы…

— Да уж, и все еще хуже. Наши охотники обнаружили тушу невиданного чудища и трупы его потомства. — Кариган прислушалась. — Мы бы не поверили, коли б не лучшие следопыты говорили, те, что ни разу за целую жизнь не соврали. И тот кто это чудище убил, еще опаснее, чем оно. Клыками острющими ему брюхо пропорол, не иначе. Начинаешь верить старым сказкам менестрелей про Морнхэвена и Черный лес.

Кариган едва не расхохоталась. Может, ей назвать свою саблю Клык? Все великие воины называют свои мечи, а то и носят оружие с древними славными именами. Знай они только, кто на самом деле убил мерзкую тварь!

Толпа начала болтать о древнем зле, старинных пророчествах и Долгой войне. Кариган погрузилась в размышления. Эстрал, настоящий кладезь сведений, упоминала о беспорядках на границах. Но громиты? Трудно поверить, что эти твари осмелились покинуть свои логова на далеком севере, после того как их перебили и разогнали в Долгой войне. В их сердцах навсегда отпечатался страх перед Союзом.

Пережив немало приключений, Кариган легко поверила в то, что громиты, легендарные подданные Морнхэвена Черного, бродят по границам Сакоридии. Эти твари не были людьми, скорее напоминали зверей и в битвах были страшны. Многие считали их вымыслом, но в сердце девушки не осталось места для неверия. Только не после Иммереза. Только не после чудища из Канморан Вейн. В мире творятся страшные вещи, и любимая Сакоридия перестала быть безопасной землей.

Из задумчивости Кариган вывел маленький мальчик, потянувший ее за рукав плаща. У него были взъерошенные соломенные волосы и серьезные карие глаза. Наверное, ему исполнилось лет шесть.

— Ты правда убила кого-то? — заворожено спросил он.

Кариган огляделась по сторонам. Поселенцы и наемники слишком увлеклись разговором, чтобы что-нибудь замечать. Тогда девушка перевела взгляд на мальчугана.

— Нет.

— А ты не врешь?

— Нет.

— Вот и мне так кажется. — Малыш улыбнулся пленнице и побежал к матери, стоящей в сторонке посреди группы женщин. Та обняла его за плечи и злобно посмотрела на Кариган.

Джендару и Торна пригласили отобедать с селянами. Приезжие, несущие вести издалека, стали для этих простых людей поводом для маленького праздника. Пир устроили на улице, потому что ни один домик не вмещал больше одной семьи. По кругу передавали горшки с мазью от

комаров и зажгли дымящие свечи, чтобы отогнать гнус.

Кариган, конечно, и не подумали хоть как-то защитить от насекомых — ее привязали к ясеню за пределами дымовой завесы, заткнув рот старой тряпкой. В довершение страданий до пленницы доносился дразнящий аромат жареного мяса. В желудке яростно урчало. Хлебная корка, кинутая ей Торном час назад, не особенно смягчила сосущий голод.

Один из жителей деревни стоял на страже в сторонке. Казалось, он куда внимательнее смотрит на праздник, чем вокруг. Зазубренное лезвие ржавого меча опустилось. До девушки доносились звуки музыки, по большей части простых свирелей и барабанов, смех и удары в ладоши. Народ весело отплясывал.

Кариган позволила себе чуть всплакнуть — по щеке скатилась пара слезинок. Ах если бы у нее была брошь с крылатым конем или цветок мирта.

Девушка тосковала по гостеприимным сестрам Флорес. И по Эстрал, и по отцу. Где он теперь? Что поделывает? Ищет ли ее, или счел давно погибшей? Встретятся ли они снова? Слезы полились ручьями, и Кариган всхлипнула, пытаясь вдохнуть через кляп. Как ей одиноко! Ну почему она вляпалась в такие жуткие неприятности? Нет, если удастся выбраться, решила Кариган, никогда больше ее не будут манить приключения. Только родной дом.

В других обстоятельствах ночь показалась бы девушке на редкость приятной. Над деревьями взошла молочно-белая луна и небо усыпали звезды. Веселый смех селян напоминал о доме, но от него становилось еще более одиноко. Кариган глубоко вздохнула и медленно выдохнула через нос. Мягкий ветерок осушил ее слезы, шепча о грядущем лете, — здесь было бы легко чувствовать себя счастливой, если бы не веревка и не кляп.

Жаль, что я не могу тебе помочь.

Казалось, слова прилетели по ветру. Кариган внимательно всматривалась, старалась заглянуть за дерево, но и там никого не увидела.

…аль… помочь тебе…

Девушка выпрямилась.

Я… тебя… опасность… дороге. Мы говорили…

Кариган издала негромкое ворчание через кляп, не в силах ответить.

…нет сил… помочь сейчас. Жаль… помочь…

Пленница забилась в путах, пытаясь высвободиться. Может, это Ф'риан Коблбей пытается поговорить с ней? Неужели она настолько спятила, что слышит голоса призраков?

— Ив-ва твове повофь! — вот и все, что сумела сказать Кариган через кляп.

Рядом с ней раздалось хихиканье. Девушка подняла голову и увидела, что вокруг нее собрались все детишки поселения и глядят на нее так, будто она диковинный зверь в зоопарке Корсы. Впереди всех стоял тот мальчуган, который уже заговаривал с ней раньше.

— Ты убийца? — спросила маленькая девочка, засунув в рот пальчик. — А что такое убийца?

— Тише, Тош, — со знанием дела заявил мальчуган. — Это не убийца. Она сама мне сказала.

— Может, она просто спятила? — предположил другой мальчик. — Моя старая тетя сошла с ума, и ее заперли на чердаке.